Учение о событии и организме. Принцип всеобщей связи событий А. Уайтхеда
Уайтхед утверждает, что в античности понятие символа носило вполне конкретный смысл: это были загадочные феномены, выражающие высший разум как основание всех вещей. Исследуя историю идей, философ делит все учения на две группы: идеализм и механистический материализм.
Он предлагает концепцию, которая могла бы преодолеть крайности этих двух групп и связать органичным способом «природную реальность» с «идеалистическими учениями». Он предлагает теорию философского реализма, основанную на высшем понятии «организма» 5.Пространственно-временные характеристики, определяющие место и длительность бытия вещи, Уайтхед называет «разделяющими» и «схватывающими» по отношению к данной вещи. Разделяющими — в том смысле, что место данного предмета, его форма и длительность существования определены однозначно; он — здесь и сейчас, а не в другом месте в другое время. Схватывающими — в том смысле, что именно в этих характеристиках все вещи существуют совместно. Совокупность разделения и схватывания обозначены термином «модальность пространства-времени».
Уайтхед сопоставляет восприятие и схватывание. Сознательное восприятие и есть схватывание; тогда как бессознательное восприятие есть охватывание. Исходя из идеи Беркли о том, что существование вещи и есть ее восприятие, философ утверждает, что существование есть соединение вещей в еди - ном акте охватывания. Поэтому реальность присутствует не в вещах — она содержится в охватывании. Пространственновременные характеристики вещи «здесь и теперь» существенно связаны с другими «здесь и теперь» других вещей. Эти существенные связи, понятые в движении, составляют «процесс охватывающей унификации»[51].
Речь идет о следующем: предметы, которые мы воспринимаем чувствами, и то, что получается в результате восприятия, — разные вещи. Например, земля кажется нам плоской, хотя астрономия говорит о другом.
Издалека дом может ка - заться округлым, хотя на самом деле он — прямоугольный. Облако кажется из одной точки наблюдения имеющим определенную форму, из другой — другую. На это указывал еще Беркли («Алкифрон»). Все зависит от «точки зрения охватывающей унификации», — пишет Уайтхед. Фактически он здесь предлагает теорию относительности, отличную от теории Эйнштейна. Если Эйнштейн предполагал, что материя искривляет пространство, что было подтверждено экспериментально: луч света движется по прямой в неэвклидовом пространстве, то Уайтхед, для которого понятие материи было в принципе неприемлемым, утверждал, что свет движется в эвклидовом пространстве по кривой[52]. Свою теорию Уайтхед противопоставил материалистической теории простого местонахождения, согласно которой мы воспринимаем мир независимо от «точки зрения охватывающей унификации», то есть, проще говоря, от пространственно-временных характеристик наблюдателя. Уайтхед же находит здесь прямую зависимость.Философ перетолковывает понятие «монады» Лейбница, наделяя его смыслом «модуса» Спинозы. Получается, что существует первичная субстанция, пребывающая в постоянном развитии и ее конкретизации — модусы, представляющие собой индивидуальные события, однако в своей индивидуальности они зависят от унифицированной субстанции. Индивидуальное событие вместе с активностью охватывания составляют конкретный факт, сущность которого — «прогрессивное развитие».
Чувственный объект Уайтхед обозначает как «сущность». В каком смысле? В каком смысле, например, зеленый цвет является сущностью? Или звук? Или запах? Или осязательные ощущения? Это очень важный вопрос, ибо впоследствии Уайтхед назовет эти сущности «вечными объектами», тем самым перетолковывая «идеи» Платона. Чувственный объект назван сущностью по отношению к пространству и времени как предмет, имеющий особый принцип вхождения в то и в другое. Некий объект «А» будет, с одной стороны, объектом пространства и промежутком времени (по форме), но он будет конкретной сущностью этого пространственно-временного участка (по содержанию). Как сущность, «А» имеет единство опыта, выходящее за пределы самого «А», и, в этом смысле, относящееся к предмету «В» как его модус.
«Тем самым чувственный объект присутствует в «А», а его модус находится в «В»»[53]. Например, отражение зеленых листьев за моей спиной в зеркале — это модус зеленых листьев в «В», имеющий денотат в «А» — в растении за моей спиной. То есть чувственные объекты входят в пространство и время модальным способом. Модус «А» может присутствовать в пространстве и времени виртуально (зеленый цвет в зеркале) и реально (цвет зеленых листьев в комнате). Модальность чувственных объектов связывает пространство и время воедино. Единство пространственно-временных характеристик основано еще и на том, что любое место и любое время находятся в отношении к любым другим участкам пространства и отрезкам времени. Фактически это реализация принципа «все во всем».Здесь Уайтхед переходит к одному из основных понятий своей философии — понятию «события». Восприятие есть познание «охватывающей унификации», другими словами — познающего многообразия, коим и выступает событие. С одной стороны, охватывание — бессознательный процесс познания реальности. С другой стороны, реальность есть единство разнообразных охватываний или событий. Таким образом, первое толкование понятия события, данное Уайтхедом — это конкретная конечная сущность, понятая как процесс и результат охватывания миром самого себя.
Итак, природа, согласно принципу реализма, есть «совокупность охватывающих унификаций», пребывающих в связи через пространственно-временные отношения. Природа развивается, переходя от одного события к другому. «Реальность есть процесс»[54], — пишет Уайтхед. Реальность природы — это ее событийность.
Результат охватывания явления — единое в своей сущности пространственно-временное образование. Событие имеет временную отнесенность: у него есть прошлое — включенная в его контекст совокупная память его предшественников. У события есть современники — синхронные события. Оно имеет будущее, выраженное в обусловленности настоящего — грядущим. Поэтому событие способно предвосхищать свою судьбу.
Согласно философии реализма, «существует мир, подлежащий познанию, память о прошлом, непосредственность осуществления и предвидение будущего»[55].Если принять, что существует психика, сущность которой — познание тела, то это допущение с неизбежностью ведет Уайтхеда к формулировке концепции природы как организма.
Критикуя научный материализм XVIII века, философ утверждает, что эта философия не дала представления о мире как целостности. Философский реализм предполагает, что весь мир — единый организм, состоящий из синтеза организмов разных уровней: органических цельностей «типа электрона, протона, молекулы и живого тела»[56]. Уайтхед никогда не отрицал качественное различие уровней мирового целого. Разумеется, если в этом видеть попытку редукционизма, то идея кажется неверной. Но если рассматривать данную теорию как идею возведения низшего к высшему — то она оригинальна, плодотворна и благородна. На взгляд Уайтхеда, именно она приспособлена к «требованиям науки и конкретному опыту человечества»[57].
Отрицая принцип простого местонахождения по отношению к пребыванию тел в пространстве и времени, философ развивает идею всеобщей связи событий: любое событие в любое время включает в себя аспект существования в пространстве и времени всех других событий, отражая в себе весь мир. Наше познание мира зависит от состояния нашего тела. Если человеку уготована участь проникнуть в трансцендентное, то это — потому, что «жизнь тела объединяет в себе аспекты все-
~ 83
ленной» .
3.8.