«Каузальное воздействие»
Определив принцип презентативной непосредственности, Уайтхед обращается к каузальному воздействию. Эти «два источника информации о внешнем мире» 65 дополняют друг друга и не совпадают, пересекаясь лишь в символическом отношении.
Чтобы пояснить природу каузального воздействия, философ вступает в полемику с Д. Юмом и И. Кантом. Он выступает против идеи Юма о невозможности для разума, во-первых, избежать информации из органов чувств, и, во-вторых, понять реальный объект, описываемый этой информацией, из чего следует, что чувства пассивны, а разум, в данном случае, бессилен. Уайтхед не может согласиться с положением, что разум — пассивно воспринимающий феномен, а не субстанция. Более того, Юм отвергал рациональную идею субстанции, утверждая, что на основании чувств ее составить невозможно, ибо она рассыпается на различные восприятия, и, с другой стороны, ее невозможно составить из рациональных суждений, поскольку они распадаются на «страсти и эмоции». Поэтому идея субстанции в человеческом разуме не выражает никакой объективности.Уайтхед не согласен с этой точкой зрения, ибо из нее следует отрицание каузального воздействия и признание права на существование только презентативной непосредственности, которая, однако, не дает убедительного знания о внешнем мире.
Что касается кантианцев, то они хотя и признают реальность каузального воздействия, но лишь в феноменальном мире, а не в мире сущностей. Оно существует в способах мышления об этом мире, но не в способах его чувствования. Однако мир, как мы его видим, возникает в сознании благодаря трем компонентам, которые неразрывны: чувствам, категориальному мышлению и интуиции. Поскольку они спаяны воедино, то и каузальное воздействие неотъемлемо не только от мышления, но и от восприятия. Уайтхед высказывает глубочайшую мысль о том, как мы можем знать мир сущностей. Знание о мире сущностей — это, безусловно, знание истины.
Знание о мире явлений — относительное знание. Но всеобщий характер истины вытекает из всеобщности относительности (влияние на философа науки двадцатого века): каждый конкретный, отдельный, относительный факт требует от вселенной для себя соответствия себе вселенной! Если вся вселенная обязана соответствовать отдельному относительному факту, поскольку он существует, то через факт мы можем познать истину.Итак, для Юма и Канта каузальное воздействие — это элемент мышления о чувственных данных, присутствующий в презентативной непосредственности. Мышление обладает известной самостоятельностью, чувственные данные — относительной неопределенностью, поэтому влияние каузального воздействия на познание может быть лишь незначительным и неадекватным.
Возникает естественный вопрос: так ли это? Действительно, зависит ли переживание каузального воздействия от восприятия и мышления? Нет. И здесь философ обращается за примером к неорганическому миру: каузальное воздействие солнечного цвета на цветок так же очевидно, как и на человека: цветок реагирует моментально, двигаясь вслед за солнцем. Даже каменная глыба реагирует на климатическое воздействие окружающей среды. Ни у того, ни у другого нет ни воспри- ятия, ни мышления.
По Уайтхеду, существуют две части человеческого опыта: сложная и примитивная. Первая — презентативная непосредственность. Она зафиксирована в сознании, определена, подвержена волевому усилию. Каузальное воздействие, наоборот, неосознаваемо, навязчиво, неуправляемо. Презентативная непосредственность представляет данные об одновременном, современном мире, о внешних вещах, о видимостях. Каузальное воздействие говорит о прошлом, связанном через настоящее с будущим и влияющим на нас. Каузальное воздействие
— грубое и примитивное. Утонченность восприятия через презентативную непосредственность может ослабевать, и это явление может совпасть с усилением примитивных компонент опыта. Тогда-то на авансцену психики человека выходят животные страсти, страсти, бессознательно определяющие судьбу.
«Гнев, ненависть, страх, ужас, влечение, любовь, голод, пыл, огромное удовлетворение — это чувства и эмоции, тесно переплетенные с примитивными функциями»66. Это все— реакции человека на внешнее окружение через психику, воспринимающую это окружение посредством тела. И в этом акте, в этой реакции очень важно соответствие: важно признать, что мы реагируем адекватно, то есть что наше внутреннее состояние соответствует внешнему окружению, и, кроме того, настоящее соответствует прошлому.
Презентативная непосредственность, думается, обладает свойством очевидности. Другая философская позиция назвала бы ее «покрывалом Майи» — блестящим, прекрасным, изящным, легким, но укрывающим суть вещей. В то время как грубое, примитивное, бессознательное каузальное воздействие прорывает этот покров, показывая изнанку мира.
Если рассмотреть эволюцию живого, то на первых стадиях развития организмов доминирует каузальное воздействие, считает философ, а затем уже появляется презентативная непосредственность. Впоследствии они сливаются в символическом отношении, которое осознается и осмысляется разумом, что дает возможность предвидеть последствия тех или иных действий.
Презентативная непосредственность и каузальное воздействие вступают в символическое отношение далеко не всегда. Этот факт имеет место только в случае пересечения того и другого, то есть когда хотя бы один элемент структуры двух форм познания совпадает.
Есть два таких элемента. Философ называет их «чувственными данными» и «локальностью»67.
Презентативная непосредственность обладает чувственными данными, это ее основа. Но чувственные данные происходят из каузального воздействия. Если презентативная непосредственность — пространственная характеристика, которая демонстрирует одновременный мир, то каузальное воздействие — характеристика временная, представляющая прошлое в настоящем. Поэтому восприятия, включающие и ту, и другую характеристики, обладают чувственными данными двояко: и со стороны презентативной непосредственности, и со стороны каузального воздействия.
Двойственность восприятия выражается в том, что чувственные данные причиняют страдание, но, с другой стороны, они являются результатом переживания страданий. Например, если поврежден какой-либо орган тела, то он и сам страдает, и одновременно причиняет страдание нам. То есть в факте чувственных данных презентативная непосредственность и каузальное воздействие пересекаются. Критикуя Юма, Уайтхед доказывает, что, отрицая каузальное воздействие, Юм признавал, что информация о внешнем мире поступает к нам через глаза, уши и другие органы чувств, и тем самым предполагал наличие каузального воздействия. Ведь если чувственные данные «даны» презентативной непосредственности, то они даны через органы чувств, работающие в каузальном воздействии.Общим местом является тот факт, что чувственные данные приходят в наш опыт под воздействием окружающей среды, которой являются также и органы нашего тела. Поэтому каузальное воздействие снабжает презентативную непосредственность внешней информацией. Через взаимодействие двух форм восприятия происходит связь между прошлым со - стоянием внешнего мира и нынешним состоянием мира внутреннего.
Получается, что, определяя каузальное воздействие, Уайтхед фактически понимает его в двух смыслах (хотя явно он этого не высказывает): во-первых, как воздействие внешнего мира на органы чувств и, во-вторых, как воздействие информации из этих органов на психику и сознание. Тогда каузальное воздействие может быть определено как влияние внешнего мира и как форма перцепции. Больной орган и страдает, и приносит боль.
Что касается локальностей, то ими являются либо сами органы тела, органы чувств, либо те объекты, которое воздействуют на эти органы. Скрещение того и другого также дает возможность возникновения символического отношения, без которого адекватное представление о внешнем мире практически невозможно. Ибо оно дает шанс выстроить концептуальную систему вселенной, используя факты опыта. Хотя, как уже было сказано, символическое отношение как опосредованный акт может внести ошибки в процесс познания.
В этом случае необходимо пересмотреть концептуальную систему с сохранением, однако, доверия к символическому отношению.Символ, по сути, требует легкости в обращении с собой. Поэтому в качестве символов обычно используются чувствен - ные данные, поскольку их можно воспринимать или не воспринимать — как угодно. «Чувственные данные «даны» для презентативной непосредственности». Однако Уайтхед предлагает еще один термин: «присутствие контроля», «контролирующее присутствие». Речь идет о наличии объективных источников информации вне нас и бессознательных феноменов внутри психики. Они, наоборот, неподатливы, неуловимы, трудноопределимы и даны для каузального воздействия. Сделаю вывод: чувственные данные имеют источником пре- зентативную непосредственность, контролирующие присутствия являются источником каузального воздействия. Между теми и другими факторами устанавливается символическое отношение.
«Мы наслаждаемся символом, — пишет А. Уайтхед, — но мы также проникаем в смысл. Символы не создают свой смысл: смысл в форме актуальных воздействующих сознаний реагирует на нас, существует для нас по своему собственному праву. Но символы открывают для нас этот смысл»68. Почему? Да потому, что опытом проб и ошибок природа (заметим, природа, а не культура) научила человека распознавать за внешними феноменами жизненно важные значения и использовать их.
Итак, каузальное воздействие — это внешняя объективная структура, влияние не зависящего от нашего сознания внешнего мира на нас. Это та неотвратимая обусловленность, к которой мы вынуждены приспосабливаться. Презентативная непосредственность зависит от нашей природы, субъективна, имеет внутренний характер по отношению к нашему сознанию, может меняться в зависимости от нашей воли. Мы можем воспринимать (видеть, слышать и т. п.) или не воспринимать тот или иной факт. Факт при этом, разумеется, не изменится. Поэтому наш внутренний мир должен подчиняться каузальному воздействию. Каузальное воздействие из прошлого влияет на нас и создает презентативную непосредственность в настоящем. Из прошлого через настоящее в будущее — таков путь нашего опыта. Результатом каузального воздействия будет непосредственная презентация образов-символов в сознании. Отношение между этими образами и предметами, соответствующими им во внешнем мире, смыслами этих образов, будет символическим отношением.
3.6.