§ 1. ЗНАЧЕНИЕ ОРАТОРСКОГО ИСКУССТВА АДВОКАТА

Давно известно, что настоящим «адвокатом-воином» можно назвать только того, кто в совершенстве владеет таким мощным оружием, как ораторское искусство, и умело применяет его в состязательном процессе.

В этой связи можно вспомнить статью А.П. Чехова «Хорошая новость», в которой он в 1893 г. по поводу введения в Московском университете курса декламации писал: «Мы, русские люди, любим поговорить и послушать, но ораторское искусство

_____________________

1 Гаррис Р. Школа адвокатуры: Руководство к ведению гражданских и уголовных дел. - СПб., 1911. - С. 156.

186

у нас в совершенном загоне... У нас совсем нет людей, умеющих выражать свои мысли ясно, коротко и просто. В обеих столицах насчитывают всего-навсего настоящих ораторов пять-шесть, а о провинциальных златоустах что-то не слыхать. Ходит анекдот про некоего капитана, который будто бы, когда его товарища опускали в могилу, собирался прочесть длинную речь, но выговорил: «Будь здоров!», крякнул и больше ничего не сказал.

Такие пробелы в воспитании и образовании особенно ощутимы в деятельности адвокатов, от неадекватной речевой деятельности которых страдают публичные интересы и частные интересы потерпевшего и подсудимого. Не случайно у Р. Гарриса некачественная речь адвоката ассоциируется с различными проявлениями человеческой глупости, абсурдного, ненадежного поведения: «Плохая речь подточит самое прочное дело. Это все равно, что нарядить миллионера в тряпки. Плохой оратор - это моряк, который при самом отплытии уже выкидывает сигнал бедствия; многие пожалеют о нем, но никто не пойдет к нему на помощь... плохая речь может погубить самое верное дело, как кутила может промотать огромное состояние, тогда как хорошая речь придает и ненадежному делу действительные или кажущиеся преимущества. В речах заурядных адвокатов совсем не бывает искусства, но при умелом пользовании им против того, кто им пользоваться не умеет и при равенстве прочих условий, едва ли можно сомневаться в исходе процесса».