Исторический очерк развития Российского уголовного законодательства о необходимой обороне
Как справедливо отметил отечественный криминолог XIX века Н.В. Рейнгард, «необходимая оборона…имеет свою историю, даже очень древнюю, полную трагического интереса, отражая на своих страницах культуру народа».2
В литературе русского уголовного права, встречаются самые различные взгляды по поводу появления в российском законодательстве института необходимой обороны.
Н.С. Таганцев и В.Р. Долопчев считали, что право необходимой обороны было признано еще в договорах Олега и Игоря с греками. Ст. 6 договора Олега с Византией 911 г. предусматривала право необходимой обороны личности и имущества. Но при этом сущность положений, содержащихся в договоре была тесно переплетена с нормами обычая кровной мести, что не позволяет в полной мере выделить в данном памятнике необходимую оборону в качестве самостоятельного института. В связи с этим Г.С. Фельдштейн отмечает, что в договоре Олега с Византией осталось понятие мести и поэтому вообще не могло существовать необходимой обороны как особого юридического института.3 Русская правда в ст. 13, 14, 38, 40 содержала отдельные положения о необходимой обороне, но не выделяла её в качестве самостоятельного института.4Соборное Уложение 1649 г. установило необходимую оборону в виде защиты жизни и телесной неприкосновенности личности, имущества и женской чести, интересов третьих лиц и их имущества. За невыполнение этой обязанности предлагалось «нещадно бить кнутом». Можно сказать, что в общих чертах институт необходимой обороны наконец сформировался именно в этом законодательном памятнике, но в то время не употреблялось само понятие «необходимая оборона» и не выделялось для данного института отдельного раздела – положения о нем содержались в отдельных статьях, предусматривающих ответственность за конкретные преступления. Так, убийство при защите жилища не признавалось преступлением, т.к. обороняющийся «то убийство учинил поневоле», т.е.
по необходимости.В 1715 г. появился Воинский Устав, а в 1720 г. – Устав Морской, т.е. появились Воинские Артикулы Петра I. В них впервые появляется термин «нужное оборонение», обособивший необходимую оборону как самостоятельного понятия в уголовном праве. Пункт 3 ст. 157 Воинского Устава гласит: «И когда уже в страхе есть, и невозможно более уступать, тогда не должен есть от соперника себе первого удар ожидать, ибо через такой первый удар может тако учиниться, что и противиться весьма забудет». Морской Устав 1720 г. содержал и указание на превышение пределов «нужного оборонения». Это нашло свое отражение в следующем положении: «Ежели кто регулы нужного оборонения преступит, тот уже не яко оборонитель, но яко преступник судим да будет, по рассмотрению воинского суда, смертью, или каторжной работой, или иным чем наказан будет».5
Много внимания институту необходимой обороны было уделено в Своде российских законов 1832 г. В нем была сделана попытка расширения прав обороняющихся, однако эта тенденция была еще незначительна, поскольку выражалась в попытке воссоединить систему Воинского Артикула Петра I и Соборного Уложения 1649 г., что было не совсем удачно ввиду их полной противоположности в данной сфере.
Дальнейшее развитие необходимой обороны в российском уголовном праве зафиксировано в Уголовном Уложении 1903 г. В статьях Уложения норма о необходимой обороне сформулирована следующим образом: «Не почитается преступным деяние, учиненное при необходимой обороне против незаконного посягательства на личные или имущественные блага самого защищавшегося или иного лица». Превышение пределов необходимой обороны (чрезмерность или несвоевременность защиты) влекло за собой наказание только в случаях, особо предусмотренных законом.6
Таким образом, можно утверждать, что в основанных своих чертах к нач. XX в. данный институт сформировался в российском законодательстве.
Первый УК РСФСР 1922 г. в ст. 19 расширил понятие необходимой обороны, охватив им правомерную защиту против посягательств, направленных не только на личность, но и на права обороняющегося или иных лиц.7 Основные начала уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1924 г.
устанавливали, что меры наказания «не применяются вовсе к лицам, совершившим действия, предусмотренные уголовными законами, если судом будет признано, что эти действия совершены ими в состоянии необходимой обороны против посягательств на советскую власть, либо на личность и права обороняющегося или иного лица, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны». По поводу УК РСФСР 1926 г. М.Д. Шаргородский отмечал следующее: «Действующее советское законодательство не определяет, таким образом, понятия необходимой обороны и не дает признаков для установления пределов правомерного её применения. Закон предоставляет решение этих вопросов судебной практике».8В связи с тем, что в судебной практике допускались серьезные ошибки при применении института необходимой обороны, Пленум Верховного Суда СССР 23 октября 1956 г. в постановлении «О недостатках судебной практики по делам, связанным с применением законодательства о необходимой обороне» впервые сформировал свою позицию по проблемам необходимой обороны.9 В нормативной части постановления Пленума отмечалось, что право необходимой обороны подразумевает право активной защиты от противоправных посягательств. При этом подчеркивалась недопустимость требования к гражданам действовать активно лишь при невозможности спастись бегством. Действия предпринятые потерпевшим или иными лицами по задержанию преступника с целью доставления его в соответствующие органы власти, как правомерные приравниваются к необходимой обороне.
Дальнейшее свое развитие институт необходимой обороны в советском уголовном праве получил в Основах уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г., где устанавливалось что действия, совершенные при необходимой обороне, не являются преступлением. Было введено в законодательство понятие превышения пределов необходимой обороны, а также указание на общественные интересы, защита которых допустима при осуществлении гражданами права на необходимую оборону.
Определенную роль в совершенствовании института необходимой обороны и улучшении правоприменительной практики сыграло новое постановление Пленума Верховного Суда СССР «О практике применения судами законодательств о необходимой обороне» от 4 декабря 1969 г.
Следует отметить п.2: «Суды не должны механически исходить из требования соразмерности средств защиты и нападения, а также их интенсивности, а должны учитывать как степень и характер опасности, угрожающей обороняющемуся, так и его силы и возможности по отражению нападения. Следует учитывать и то, что при внезапности нападения вследствие внезапно возникшего сильного душевного волнения обороняющийся не всегда в состоянии точно взвесить характер опасности и избрать соразмерные средства защиты, что может повлечь иногда и более тяжкие последствия, за которые это лицо не может нести ответственности».Федеральный закон от 1 июля 1994 г. в ст. 13 УК РСФРС 1960 г. были внесены существенные изменения.10 В новой редакции указанная статья предусматривала право каждого на защиту своих прав и законных интересов другого лица, общества, государства от общественно опасного посягательства независимо от возможности избежать посягательства либо обратиться за помощью к другим лицам или органам власти. Появление этой редакции ст. 13 УК РСФСР 1960 г. ухудшением криминологической ситуации в России в целом и ростом тяжкой насильственной преступности в частности.
При принятии нового Уголовного кодекса 1996 г. законодатель исключил новации, изложенные в ФЗ от 1 июля 1994 г., и вернулся к первоначальной редакции статьи, данной в Основах 1958 г. и соответственно, в УК РСФСР 1960 г. Не прошло и пяти лет со дня введения в действие УК РФ 1996 г., как в ст. 37 УК РФ 1996 г. были внесены новые изменения ФЗ от 14 марта 2002 г.11, которые по своему содержанию близки к редакции ст. 13 УК РСФСР. Отличие Закона 2002 г., от Закона 1994 г. состоит в том, что в нем отсутствует указание на возможность причинения нападающему при защите «любого вреда», а также термин «нападение» заменен термином «посягательство».
Регламентируя подобным образом институт необходимой обороны, законодатель тем самым вновь в определенной мере расширил возможности обороняющегося при защите от общественно опасных посягательств. Следует вместе с тем отметить, что несмотря на необходимые и существенные изменения законодательной регламентации института необходимой обороны в правоприменительной практике, по-прежнему, используется действующее постановление Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 г. «О применении судами законодательства, обеспечивающего право на необходимую оборону от общественно опасных посягательств»12, что нельзя считать положительным явлением в свете новых законодательных новелл и сегодняшней криминальной ситуации в России.
2.