Судебная реформа Генриха II и новый порядок уголовного процесса

Среди других мероприятий Генриха II, относящихся к организации суда, большой интерес представляет реформа порядка разрешения земельных споров, несомненно перенесенная им из его нормандских владений, но приспособленная к местным английским условиям.

Это был способ проверки всех вопросов, относящихся к спорному земельному владению, путем расследования королевским судьей через местных людей, опрашиваемых под присягой и являющихся представителями сотни или графства (будущее жюри присяжных) *. Обычай, который лег в основу судебной реформы Генриха II, уже существовал на английской почве при первых королях нормандской династии в виде опроса под присягой местных людей. Как известно, еще Вильгельм Завоеватель применил метод исследования существующих отношений при проведении всеобщей переписи земель и населения и составлении так называемой «Книги страшного суда» в 1086 году. Характер и размеры земельных держаний и положение тех или иных групп населения удостоверялись путем опроса под присягой местного населения. И эту форму административного исследования фактически существующих земельных отношений ближайшие преемники Вильгельма стали применять при решении тех дел, в которых была непосредственно заинтересована корона. В отдельных случаях король давал такую же привилегию присяжного исследования земельных отношений тому или иному монастырю или светскому владельцу, избавляя его тем самым от необходимости прибегать в суде к ордалиям или поединку для подтверждения своего права 267. Этот способ, исключающий применение старых формальных доказательств в виде ордалий и поединков и вводящий сотрудничество представителей центральной королевской власти и местного населения в лице присяжных, в деле отправления правосудия стал исходным пунктом для всего дальнейшего развития английского процесса как гражданского, так и уголовного. Введение нового порядка проверки вопросов, относящихся к владению землей через местных присяжных, было во всех отношениях выгодно среднему классу землевладельцев (рыцарей).

Во-первых, этот порядок мог по специальному разрешению королевской курии применяться в тех делах, в которых были заинтересованы средние и мелкие держатели земли, — в делах по спорам их с крупными феодалами- о переходе по наследству земельного держания К Во-вторых, самый порядок этот, с его процессуальной стороны, избавлял держателя земельного владения от ранее неизбежного судебного поединка, который был всегда не н почете у англо-саксонских рыцарей. С этой точки зрения интересно рассуждение Р. Гланвилла о значении нововведения Генриха II. «Великая ассиза есть королевское благодеяние, которым мы обязаны милости государя и влиянию высоких его советников; посредством ее спасительно оберегается жизнь и состояние человека, так что при каждом оспаривании права, которое он имеет на свободную землю, он может уклониться от неверного по своему исходу поединка. Он может избегнуть неожиданной и преждевременной смерти или, по крайней мере, страшного стыда, следующего за произнесением тех унизительных слов, которыми побежденный должен признать свою вину». Процедура исследования (recognitio) через местных людей происходила следующим образом. Приехавший в графство как представитель королевской курии юстициарий избирал четырех самых лучших и достойных рыцарей milites, а те, в свою очередь, избирали 12 местных достойных людей (XII meliores legates homines) из землевладельцев, которые, по их предположению, лучше всего могли знать истинное положение вещей, размер соответствующего земельного владения и его условия. Они под присягой давали юстициарию свои показания. Единогласное засвидетельствование ими факта (veredictum vicineti) решало дело. Если же не получалось единогласия, избиралось дополнительное число присяжных до тех пор, пока за определенное решение не соберется 12 голосов К При этом стороны имели право заявлять отвод тем из присяжных, с которыми они находились во вражде. Из этого порядка, видимо, ведет свое происхождение принцип единогласия вердикта присяжных в Англии, а также условия образования жюри. Первоначально этот порядок, как было указано, применялся в спорах о земельных владениях, в которых лично был заинтересован король.

И в качестве правового принципа, обвсновываю- щего отказ от поединка и обращение к «голосу отчизны» приводился такой афоризм: «король не сражается и не имеет другого бойца, кроме отчизны» (rex non pugnat, пес habet alium campio- nem quam patriam). Затем эта привилегия дается в виде королевской милости отдельным землевладельцам, испрашивавшим ее у королевской курии. При самом введении ассизы Генриха II, рекогниторы (созванные местные люди) решали только один вопрос: кто из спорящих имеет больше прав на землю. Однако для ответа на такой вопрос нередко необходимо было предварительно установить наличие тех или других фактов. Поэтому практика постепенно ввела расширение функций присяжных людей в решении гражданских споров. В XIII в. оно было уже фиксировано в сочинении Брэктона. Это нововведение состояло в том, что при наличии соглашения истца и ответчика юстициарий ставил отдельные вопросы дела на разрешение «присяжных людей», избираемых из 'местного населения. Они разрешали эти вопросы, давая ответы под присягой и в этом случае назывались не ге- cognitores, а присяжными — juratores. В это время еще проводилось различие между первоначальным институтом ассиз, введенным законодателем, и новым его расширением, введенным судебной практикой. Это различие выражалось в формуле «Assisa vertitur in juratam» (ассиза превращается в решение присяжных). Это различие имело очень важное значение в смысле ответственности присяжных. Recognitores в случаях установления лживости их решения •отвечали, как за лжесвидетельство, juratores не несли ответственности за правильность данных ими показаний. Аналогичные правила о расследовании через местных присяжных людей были введены несколькими постановлениями, изданными при Генрихе II, и преследование возбуждалось потерпевшим от преступления или лицами, за которыми признавалось право выступать вместо потерпевших. Такой процесс назывался в источниках термином appeal, а обвинитель-потерпевший апеллянтом (appellator). Обвинитель отвечал за правдивость обвинения и в случае оправдания подсудимого мог по его требованию подвергнуться наказанию *.

Дела о тяжких преступлениях при этом порядке разбирательства решались на основании исхода ордалий или судебного поединка. Хотя в дальнейшем, с распространением на уголовные дела расследования через присяжных, судебный поединок применялся все реже и, наконец, совершенно вышел из употребления, он не был отменен законом 270. Дела этого рода рассматривались судом графства "под председательством шерифа или судом лорда в отношении его подвластных. Начиная с царствования Ричарда I, появляются указания источников на то, что по тяжким уголовным делам потерпевший или лицо, его заменяющее, должно было обращаться к коронеру. Ричард I, всегда нуждавшийся в деньгах для ведения своих войн, учредил эту должность указом 1194 года (capitula pcito- rum regis): «В каждом графстве должны быть избираемы трое из военного сословия и один из духовного в качестве блюстителей уголовного закона». В других постановлениях эти чиновники называются коронерами (coronatores). Смысл учреждения этой должности заключался в том, чтобы при ведении уголовных дел не были нарушены интересы фиска, так как с осуждением за уголовное преступление (placita согопае) были связаны штрафы или конфискация имущества осужденного. По-видимому, до издания Великой Хартии Вольностей коронер вел все производство по делам, возбуждаемым потерпевшим. Сюда относились: грабеж, изнасилование, телесные повреждения и убийство, при котором потерпевшим считался ближайший родственник убитого. Коронер же устанавливал наличие преступления в случаях загадочных или скоропостижных смертей. Кроме того, он ведал применением закона о праве убежища. В ряде источников указывается на постоянное участие коронера в уголовных делах с 1194 до 1215 гг. 43.

<< | >>

↑

Источник: Чельцов-Бебутов М.А. Курс советского уголовнопроцессуального права. Очерки по истории суда и уголовного процесса в рабовладельческих, феодальных и буржуазных государствах. 1957

Еще по теме Судебная реформа Генриха II и новый порядок уголовного процесса: