37. Вербальные (устные) контракты. Стипуляция.
Вербальные договоры (вербальные контракты), как и литеральные, относятся к самым древним и формальным в истории римского частного права. Вербальными назывались договоры, устанавливаемые устным произнесением определенных слов, формул или фраз.
К вербальным контрактам относились обещание приданого, клятва вольноотпущенника (в верности патрону, то есть бывшему господину).
Наиболее наглядным примером вербального контракта является стипуляция - одностороннее обещание, применявшееся в основном на рынках.
Стипуляция заключается посредством вопроса будущего кредитора и совпадающего с вопросом ответа со стороны лица,- соглашающегося быть должником. Стипуляция требовала одновременного присутствия в одном месте сторон возникающего обязательства (представительство не допускалось), а также свидетелей, призванных удостоверить сделку. Со временем (особенно в постклассический период) формальностям стипу-ляции уже не придавалось значения.
Обязательство, основывающееся на стипуляции, является сугубо односторонним: кредитору принадлежало только право требовать исполнения обязательства, а на должнике лежала абсолютная обязанность выполнить требование кредитора.
Обязательство из стипуляции носило абстрактный характер, поэтому было весьма удобной формой договорных отношений прежде всего на заре развития гражданского оборота в древнеримском обществе. В форме стипуляции можно было совершить фактически любой договор (от купли-продажи до поручительства).
Стипуляцией нередко пользовались в целях новации, то есть стипуляцию заключали для того, чтобы прекратить уже существующее обязательство, поставив на его место новое, возникающее из стипуляции. Помимо этого в форме добавочной стипуляции на стороне должника в Риме устанавливалось поручительство.
Сгипуляция (stipulatio} являлась обобщающим названием для вербальных контрактов, заключаемых в форме произнесения ритуальных строго, определенных слов.
Такой вербальный договор является односторонним, обязательство возникало на стороне лица давшего обещание, а кредитором могло быть только лицо, получившее обещание. Она мбгла быть использована и для возникновения двустороннего соглашения - в этом случае произносились две ритуальные фразы (две стипуляции) вместо одной. Предметом могло быть любое дозволенное исполнение: денежная сумма или любые вещи.В связи с формализмом стипуляции, должник признавался взявшим на себя только то обязательство, по поводу которого было им подтверждено согласие. Например, если погибала вещь, которая была предметом обязательства, то должник считался освобожденным от исполнения (но только если вещь погибла не по его вине, а в виду непредвиденных, форс-мажорных обстоятельств).
Сгипуляция могла заключаться не только непосредственно между кредитором и должником, но и с третьими лицами, поручителями одной из сторон.Обещание приданого (dictio dotis) в форме вербального контракта, заключающегося в торжественной форме отличается от стипуляции. Если в stipulatio обязательно должен быть обмен фразами, должен звучать вопрос и ответ «Даешь? -да», то в dictio dotis говорит только тот, кто обещает приданое - pater familias, сама женщина или их должник, и обмена вопросом и ответом не требуется.
Клятвенное обещание вольноотпущенника представляло собой взятие на себя обязательств по отношению к бывшему домовладыке посредством произнесения устной клятвы (iusiurandum).
Бывший раб обещал совершить определенные действия в пользу отпустившего его хозяина, причем эти действия не являлись обычным пониманием орегае libertorum - стандартной обязанностью выполнять услуги для патрона (следует заметить, что даже орегае libertorum, являвшиеся по существу моральной обязанностью либертина, зачастую приводили к такой эксплуатации, что претор был вынужден все-таки выступать с некоторыми ограничительными мерами).
Клятва определяла как содержание, так и качество и продолжительность услуг. После принесения клятвы патрон не мог потребовать большего исполнения.