§2. Обязательства альтернативные и родовые

Специфика объекта предоставления может сказываться на субъективной юридической ситуации сторон в обязательстве. Сторо­ны могут предусмотреть возможность гибели вещи — объекта пре­доставления или сомневаться в возможности совершения определен­ных действий.

От альтернативного обязательства следует отличать обяза­тельство с возможной заменой исполнения (cum facultate solu­tionis): здесь должник управомочен предложить взамен установ­ленного предоставления другое. Предметом факультативного обязательства является только одно предоставление, и привходя­щая невозможность его исполнения прекращает обязательство. Например, при ноксальной ответственности предметом обязатель­ства домовладыки является выдача подвластного потерпевшему, тогда как возмещение ущерба представляет собой лишь факуль­тативную замену исполнения: гибель подвластного или его осво-

бождение из-под власти будет означать наступление невоз­можности исполнения и прекращение обязательства. Учение о факультативных обязательствах разработано в средние века: prudentes не прибегали к этой конструкции для описания инсти­тутов римского права, таких, как упомянутая ответственность по actio noxalis; специфика alternatio (термин римский: D. 13,4,2,3) была для них ясна и без этого противопоставления.

Соглашение о непредъявлении требования (pactum de non petendo) в отношении одного из альтернативных предоставлений не распространяется на обязательство в целом, и иск по поводу другого предоставления не может быть опровергнут исковым возражением о состоявшемся соглашении (exceptio pacti conventi).

Если в соглашении не было указано обратное, право выбора при­надлежало должнику^[342], и его выбор (electio) не определял объект предоставления окончательно: должник сохранял право изменить ре­шение вплоть до исполнения (ius variandi). Определенность могла бьггь усилена установлением срока выбора (D.31,11,1). Если выбор отдавался на усмотрение третьего лица, кредитор получал право на иск не ранее, чем объект предоставления становился определенным (D.45,1,141,1). Если выбор принадлежал кредитору, то определение предоставления происходило вместе с предъявлением искового тре­бования (Pomp, 15 ad Q.Muc., D. 45,1,112 pr):

Si quis stipulatus sit Stichum aut Pamphilum, utrum ipse vellet: quem elegerit, petet et is erit solus in obligatione, an autem mutare voluntatem possit et ad alterius petitionem transire, quaerentibus respici­endus erit sermo stipulationis, utrumne talis sit, 'quem vo­luero' an 'quem volam : nam si talis fuerit 'quem voluero', cum semel elegerit, mutare volun­tatem non poterit: si vero tractum habeat sermo illius et sit talis 'quem volam, donec iudicium dictet, mutandi pote­statem habebit.

Если кому-то был обещан по сти­пуляции Стих или Памфил, кого из них он захочет сам, то, кого он вы­берет, того и требует по иску и только тот станет предметом обязательства. Но [чтобы выяс­нить], можно ли изменить волю и перейти к требованию другого, во­прошающим следует изучить слова стипуляции, были ли они таковы.: “кого захочу" или “кого хочу"; ибо если они были: “кого захочу", то, од­нажды выбрав, он не может менять волю; если же его слова содержали протяженность и были таковы: “кого хочу”, то он, пока не устано­вит процесс, имеет право менять свой выбор.

Если невозможность исполнения одного из альтернативных предоставлений наступила по вине должника, то ius variandi (potestas mutandi) кредитора сводится к возможности выбора ме­жду истребованием предоставления, оставшегося возможным, и aestimatio — оценкой своего интереса (положительного или отри­цательного — в зависимости от иска) в получении другого.

Если объектом предоставления являются родовые вещи (genus), то существенно определение их количества и качества: тогда должник может по своему выбору осуществить замену и выдать кредитору указанное количество таких вещей (например, двоих фракийских рабов, десять мер сицилийской пшеницы и т. д.). При родовом обязательстве наступление невозможности исполнения исключено: genus nusquam perit (родовые вещи нико­гда не гибнут).

Если родовая вещь такова, что ее замена невозможна (например, весь урожай вина такой-то местности такого-то года) — genus limitatum, то возможность предоставления будет проблематична и обязательство родовым не считается (хотя может считаться неопре­деленным — obligatio incerti, например, если объектом является уро­жай будущего года).

Для выполнения требования определенности предоставления необходима надлежащая конкретизация объекта родового обя­зательства. Так, объектом обязательства не может быть дом вооб­ще, но может быть любой дом, принадлежащий данному лицу (D.30,71 рг).

Ulp., 22 ad ed., D. 45,1,75 pr-1:

Ubi autem non apparet, quid quale quantumque est in stipulatione, incertam esse sti­pulatione dicendum est.

1. Ergo si qui fundum sine propria appellatione vel homi­nem generaliter sine proprio nomine aut vinum frumen- tumve sine qualitate dari sibi stipulatur, incertum deducit in obligationem.

Там же, где неясно, что, какого ка­чества, сколько является объектом стипуляции, следует сказать, что стипуляция неопределенна.

Итак, если кто-либо стипулирует, что ему следует дать поле, не добав­ляя его названия, или раба вообще, без его имени, или вино или продоволь­ствие без указания качества, то он заключает стипуляцию с неопреде­ленным предметом.

Указание имени раба или названия имения лишит обяза­тельство родового характера. Однако обязательство останется ро­довым, если его предметом является заменимая вещь, несмотря на строгое указание количества и качества предоставления. Когда содержание предоставления определено таким образом, что возможность замены теряет экономическое значение, требование кредитора защищается посредством иска с intentio certa (condictio или actio certi ex testamento при legatum per vindicationem). Если возможность замены создает содержательную неопределенность предоставления (когда должник вплоть до исполнения сохраняет ius variandi), интерес кредитора преследуется по actio incerti.