1.2.1.2. Свобода и равенство как основные принципы либеральной концепции и конфликт между ними
Для поиска решений этой проблемы необходимо рассмотреть различные подходы к пониманию свободы и равенства. Рассмотрим сначала различные точки зрения на свободу. Как отмечаег Р. Дворкип, существуют два различных понимания свободы: идея свободы как вольности, то есть той степени, в какой человек свободен от социальных и правовых факторов, препятствующих ему делал» то, что он пожелает, и идея свободы как независимости, подразумевающая статус человека как независимого и равного, а не подчиненного22. Идея свободы как вольности находит свое отражение в описаниях естественного состояния в классических теориях естественного права. Так, Т. Гоббс рассматривал свободу как основу естественного права, которое он определял как «свобода всякого человека использовать собственные силы по своему усмотрению для сохранения своей собственной природы, то есть собственной жизни и, следовательно, свобода делать все то, что по его суждению, является наиболее подходящим для этого»23. Под свободой Т. Гоббс понимал «отсутствие внешних препятствий, которые нередко могут лишить человека час™ его власти делать то, что он хотел бы, но не могут мешать использовать оставленную человеку власть сообразно тому, что диктуется ему его суждением и разумом»24.
Таким образом, по Т. Гоббсу, свобода состоит из двух элементов: во- первых, ото отсутствие внешних препятствий, во-вторых — возможность действовать в соответствии со своим суждением и разумом, то есть свобода воли.Другая концепция свободы отражает свободу в гражданском состоянии. Па ней основывается традиционное буржуазно-демократическое понимание свободы. Ст. 4 французской Декларации прав человека и гражданина 1789 г. провозгласила, что «свобода состоит в возможности делать все, что не наносит вреда другому: таким образом, осуществление естественных прав каждого человека ограничено лишь теми пределами, которые обеспечивают другим членам общества пользование теми же правами». Ж.Ж. Руссо, чьи политико-правовые идеи оказали значительное влияние на конституционное законодательство Франции XVIII века, считал, что в гражданском состоянии человек обретает, помимо прочего, моральную свободу, которая делает его хозяином самому себе «ибо поступать лишь под воздействием своего желания есть рабство, а подчиняться закону, который ты сам для себя установил, сеть свобода»25. Иными словами, свобода противопоставляется желанию и сводится к подчинению закону. Это делает данную теорию противоположной первой. «...[Ч]тобы общественное соглашение не стало пустою формальностью, — пишет Ж.Ж. Руссо — оно молчаливо включает в себя такое обязательство, которое одно только может дать силу другим обязательствам: если кто-либо откажется подчиниться общей воле, то он будет к этому принужден всем Организмом, а это означает не что иное, как то, что его силою принудят быть свободным»26. Таким образом, как отмечает Дж.О. Нельсон, данная концепция, в отличие от предыдущей, исходит из возможности быть свободным и быть принужденным одновременно" . Следует также отмстить, что, несмотря на то, что у Ж.Ж. Руссо одновременно говорится о законе установленном для самого себя и о том, что этот закон выражает общую волю, представляется очевидным, что если возникает необходимость в принуждении, то это означает, что общая воля не совпадает с волей лица, которому данный закон адресован, а, значит, является внешней по отношению к нему.
Из этого следует, что такой закон не является установленным для самого себя, а свобода в рамках рассматриваемой концепции является условной.Что касается проблемы равенства, то, как и в случае со свободой, существуют различные подходы к его пониманию — как равенство возможностей (формальное равенство) или как равенство результатов (фактическое равенство). Ф. Фсхер и Л. Хеллср говорят даже о разных типах или формах равенства — равенство по отношению к владению имуществом и равенство в оценке людей как индивидов27. Такой подход позволяет исключить из концепции равенства равенство по отношению к владению имуществом, которое не может быть обеспечено в рамках либеральной концепции прав человека. Либеральная концепция предполагает лишь формальное равенство, равные возможности индивидов осуществлять свободу и собственный выбор, а не уравнительное распределение благ. Различия между людьми при таком подходе могут быть объяснены тем, что люди различаются по своим способностям и талантам, а потому и результат их свободной деятельности различен. Р. Нозик сравнивает равенство возможностей с соревнованием в беге за какой-либо приз. «Соревнование, где часть участников стартовала ближе к линии финиша, — пишет он — не может считаться справедливым, равно как и соревнование, где часть участников должна нести какой-либо груз или бежать с камнями в своей обуви»28. Таким образом, главной задачей становится обеспечение справедливых условий «соревнования». На наш взгляд, однако, даже если понимать под равенством равные возможности, на практике все равно едва ли удастся до конца примирить принципы свободы и равенства. «Равные возможности» — это лишь идеал, который может быть в большей или меньшей степени реализован. Однако существует ряд факторов, не зависящих от воли людей, которые делают подлинное равенство возможностей недостижимым. Это относится, помимо прочего, к праву наследования. Кроме того, люди живут в разных местностях, по-разному восшггываются и т.д. Все это приводит к тому, что «равенство возможностей» — не более чем иллюзия, вводящая к тому же в заблуждение относительно истинных причин фактического социального неравенства.
Вместе с тем, следует иметь в виду, что существует множество различных проявлений свободы, и далеко не всегда они противостоят принципу равенства.
Поэтому представляет интерес точка зрения, согласно которой противостояние свободы и равенства следует рассматривать не как общую проблему, а как совокупность противоречий между различными свободами и видами равенства, причем в каждом конфликтном случае это противостояние должно быть разрешено в пользу того, что является справедливым в данной ситуации. Как известно, существует принцип, согласно которому осуществление свобод одними людьми ограничено свободами других людей. Из этого следует, что при коллизии различных свобод существует, хотя и не всегда явно выраженная, иерархия этих свобод. Д.Л. Филлиис полагает, что такая же иерархия необходима и применительно к различным свободам и вилам равенств. «Конфликты между свободой и равенством давно уже признаются политическими теоретиками, и многие считают, что такой конфликт может быть решен ссылкой па еще более высокий авторитет — справедливость»29. Представляется, однако, что это не решает проблему, поскольку не существует одной общепризнанной теории справедливости. Разные теории справедливости, в частности — эгалитаристские и утилитаристские — могут давать разный отвег на вопрос о том, что должно считаться справедливым в случаях таких конфликтов.Еще один вариат* снятия противоречий между свободой и равенством предлагает Р. Дворкин. Он исходит из противопоставления свободы и закона и указывает иа то, что законы нужны для защиты равенства и неизбежно представляют собой компромиссы относительно свободы. Поэтому он полагает, что общего права на свободу, то есть права на свободу как таковую не существует, сеть лишь права на отдельные свободы. Цс1гтральным в его аргументации является понятие равенства, а не свободы. Он сформулировал либеральную концепцию равенства, основой которой является принцип, согласно которому правительство должно относится к своим гражданам с равной для всех заботой и уважением30. При этом он выводит из принципа равной для всех заботы и уважения два права, которые действуют при разных обстоятельствах.
Первое — это право па равное обращение, подразумевающее право на такую же долю распределяемых благ и возможностей, какую имеют или получают все остальные. Второе — право па обращение как с равным, предполагающее право на равную заботу и уважение при принятии политических решений о том, как должны распределяться блага и возможности в тех случаях, когда их распределение является неравным31.С точки зрения Р. Дворкина, основополагающим должно быть право на обращение как с равным, а более ограниченное право на равное обращение должно действовать только при определенных обстоятельствах, когда это необходимо в силу особых причин (в качестве примера он приводит равное избирательное право). Мы уже указатн, что Р. Дворкин считает, что существует не общее право на свободу, а только отдельные свободы. В этой связи он полагает, что индивидуальные права на отдельные свободы должны признаваться только в тех случаях, когда можно доказать, что этих прав требует более основополагающее право па обращение как с равным. Тогда — полагает он — право на отдельные свободы не вступает в конфликт ни с каким предположительно конкурентным ему правом на равенство, а, напротив, вытекает из концепции равенства32.