<<
>>

§ 2.2. Роль резолюций Г енеральной Ассамблеи ООН в процессе формирования международно-правового режима космической деятельности

На этапе становления отрасли международного космического права государства приняли решение, что международной площадкой для обсуждения вопросов, касающихся международно-правового регулирования космической деятельности, станет ООН, а именно Г енеральная Ассамблея ООН.

В свою очередь, в силу важности и сложности нового направления международного права, Г енеральная Ассамблея ООН, согласно её полномочиям в соответствии со ст. 22 Устава ООН создавать вспомогательные органы для осуществления своих функций[317], инициировала создание органа, ответственного за вопросы исследования и использования космического пространства в мирных целях. Таким образом, был создан Комитет ООН по космосу, являющийся вспомогательным органом Г енеральной Ассамблеи ООН. Как ранее было отмечено, все решения в Комитете ООН по космосу принимаются на основе консенсуса, что подчеркивает авторитетность документов, разработанных в нем, и в дальнейшем помогает достигать договоренности при дальнейшем голосовании в Генеральной Ассамблее ООН за подготовленный Комитетом проект[318].

В первой главе настоящего исследования был подробно рассмотрен процесс становления, развития и текущего состояния международного космического права. Было отмечено, что на начальных этапах работы Комитета ООН по космосу государства разработали в нем проекты основных пяти международных договоров по космосу, далее одобренных на Генеральных Ассамблеях ООН и затем принятых на международных дипломатических конференциях. Однако, в начале 1980-ых гг. XX в., ситуация по согласованию проектов международных договоров в Комитете ООН по космосу изменилась: вместо разработки проектов международных договоров государства-участники Комитета ООН по космосу стали разрабатывать проекты принципов и рекомендаций, в дальнейшем утверждаемых Генеральной Ассамблеей ООН.

Указанные изменения были обусловлены, в первую очередь, сложившейся ситуацией в международной политике, не позволяющей урегулировать отдельные направления космической деятельности и обеспечить её безопасность нормами универсальных международных договоров.

Это привело к образованию так называемых «серых дыр»[319], то есть к отсутствию в международном космическом праве необходимых норм. К таким «серым дырам», как с точки зрения безопасности, так и с точки зрения наибольшей эффективности космической деятельности, следовало отнести: непосредственное телевизионное вещание, дистанционное зондирование Земли, использование ядерных источников энергии, борьба с космическим мусором.

Сложности в регламентации возникших в связи с этим новых отношений обусловлены тем, что только ограниченное число государств имеют возможности осуществлять указанные виды космической деятельности. Кроме того, спутники, используемые для прикладных видов космической деятельности, часто имеют двойное назначение (гражданское и военное), что также вызывает сложности в разработке обязательных для всех норм международного космического права. Отдельную группу государств со своими особыми интересами составляют развивающиеся страны, не имеющие возможности самостоятельно осуществлять космическую деятельность, но так нуждающиеся в выгодах, которые она приносит. Для развивающихся государств дешевле с экономической точки зрения использовать возможности спутникового вещания, нежели чем проводную телефонную связь[320]. Именно поэтому, в связи с невозможностью учесть интересы всех государств, участвующих и не участвующих в осуществлении космической деятельности, на помощь пришел новый регламентирующий инструмент «мягкое право».

Как пишут К. Брюннер и Г. Кёнигсбергер, термин «мягкое право» и термин «жесткое право» в праве не существуют, они являются «изобретением» ученых- правоведов, которое описывает особый феномен в международной и национальной системах[321]. Они приводят различные точки зрения ученых, которые объясняют «мягкое право» по-разному. Например, Д. Харрис пишет, что «“мягкое право” состоит из письменных документов, разъясняющих правила поведения, которые не предназначены стать юридически обязательными, поэтому они не являются предметом права договоров и не образуют opinion juris, необходимое для подтверждения практики государств, способствующей образованию обычая.

В то же время это звучит парадоксально и обескураживающе называть что-то «правом», когда это не является таковым, тем не менее данное понятие полезно для определения инструментов, которые несомненно влияют на международные отношения и которые в дальнейшем могут закрепиться в обычае или стать основой для договора»[322].

Можно встретить и другое определение «мягкого права», которое будет означать «инструкции, установленные или публичной властью, или социальными институтами, предназначенными определить или урегулировать поведение и действия, и достигающие согласия путем принятия необходимых предписаний, как результата рыночного механизма, или другими способами, не принимающимися формальным путем»[323].

Согласно словарю международного права, к «мягкому праву» относятся «необязывающие документы, например, не вступившие в силу договоры, стандарты, руководства, кодексы поведения, разработанные или принятые международными межправительственными организациями, определенные резолюции таких организаций, заключительные акты международных конференций, совместные заявления, джентльменские соглашения, а также все виды положений международных инструментов, которые закрепляют обычную побудительную формулировку и по которым не удалось достигнуть консенсуса»[324]. Некоторые ученые отталкиваются от существующего списка источников международного права, которые может применять Международный суд ООН в соответствии с ч. 1 ст. 38 его Статута - все что не входит в данный перечень, можно рассматривать как «мягкое право»[325].

В рамках настоящей работы к «мягкому праву» мы относим резолюции Г енеральной Ассамблеи ООН, посредством которых были приняты разрабатываемые в Комитете ООН по космосу документы под такими названиями, как принципы, руководящие принципы, рамки, декларации или непосредственно сами резолюции без конкретного названия (например, Резолюция 59/115 от 10 декабря 2004 г. «Применение концепции “запускающее государство”»).

Если рассматривать непосредственно резолюции Генеральной Ассамблеи ООН без привязки к вспомогательному органу, разработавшему утверждаемый в такой форме документ, то резолюции могут отличаться по своей юридической силе. Если резолюция относится к вопросам внутренней работы ООН, например, вопросы утверждения бюджета, административных или процедурных вопросов, то такая резолюция будет иметь обязательную силу для государств-членов ООН[326], но если резолюция затрагивает какие-либо другие вопросы, то её характер будет рекомендательным.

В советской/российской и зарубежной юридической литературе данный вопрос неоднократно обсуждался и, к сожалению, до сих пор нет единого мнения. При рассмотрении обязательности резолюций Генеральной Ассамблеи ООН отдельно рассматривают их обязательность в целом в отношении государств- членов ООН и государств, не являющихся членами ООН. Безусловно, решения ООН будут иметь юридическую силу только для её членов и самой Организации[327]. Обязательность же решений для государств, не являющихся членами ООН, будет лишь в том случае, если принятая норма будет признана большинством государств (так называемое международное признание) и применена на практике, о чем пишут такие юристы-международники, как С.Б. Крылов[328], Е.А. Коровин[329]. Вероятно, они имеют в виду начало процесса образования международно-правового обычая.

При этом такие ученые, как Ф.И. Кожевников[330], Н.М. Минасян[331], Г.И. Морозов[332], при решении вопроса об обязательности резолюций Г енеральной Ассамблеи ООН, считают, что если резолюции принимаются единогласно или двумя третями голосов, включая представительство трех групп государств, то они приобретают значение правовой силы и являются обязательными для всех членов ООН, так как в них выражена воля государств, представленными делегациями от лица каждого государства[333].

Проекты резолюций, разрабатываемые в рамках Комитета ООН по космосу, после их утверждения Генеральной Ассамблеей ООН также отличаются по своей юридической силе. Утверждаемая каждый год резолюция под названием «Международное сотрудничество в использовании космического пространства в мирных целях» относится к вопросам работы Комитета ООН по космосу, поэтому она имеет обязательный характер для этого Комитета (в данных резолюциях одобряются доклады Комитета ООН по космосу и его подкомитетов; провозглашаются международные дни, приуроченные к важным событиям в области использования и исследования космоса (в 2016 г. 30 июня было провозглашено Международным днем астероида); государства призываются к присоединению к договорам по космосу; утверждается принятие новых членов и постоянных наблюдателей в Комитет ООН по космосу и другие вопросы)[334], в отличие от других резолюций, затрагивающих вопросы регулирования космической деятельности и имеющих необязательный характер[335].

Однако не стоит путать обязательность норм и их образование (нормообразование), так как их характеризуют совершенно разные процессы и признаки.

Согласно теории международного права, а также в соответствии со статьей 38 Статута Международного суда, к основным источникам международного права относятся международный договор и международный обычай, которые закрепляют сложный процесс нормообразования. Однако, по мнению Г.И. Тункина, «нормообразование в международном праве не ограничивается договором и обычаем, в него входят и некоторые другие процессы»[336], к которым он относит процессы, представляющие определенные стадии становления, развития, изменения и отмены норм международного права[337].

Несмотря на обязательный характер резолюций для государств-членов ООН, не стоит забывать, что они не будут являться источниками международного права, но будут входить в процесс нормообразования. Входя в процесс нормообразования, такие резолюции, как общее правило, имеют характер рекомендаций, что подтверждает как западная, так и советская/российская доктрина международного права. Хотя отдельная группа юристов-международников, таких как П. Ройтер[338], Е. Швелб[339], Р. Фолк[340], считают, что можно выделять «третью категорию» обязательных документов, являющихся и источниками международного права, к которым будут относиться резолюции Г енеральной Ассамблеи ООН в силу того, что различие между договорами и резолюциями международных организаций постепенно стирается. Схожего мнения придерживается и И.И. Лукашук, относя резолюции Г енеральной Ассамблеи ООН к группе признаваемых обычных норм. Он пишет: «Продолжительность практики никогда не имела решающего значения для признания обычая. Многое зависит от конкретных условий. При резких переменах и появлении новых проблем, требующих неотложного решения, обычная норма может складываться в результате единственного прецедента. Запуск Советским Союзом первого искусственного спутника и молчание государств означали появление обычной нормы о праве безвредного пролета в космосе над территорией иностранных государств. Неслучайно идея моментального обычного права находит признание в доктрине международного права»[341]. При обосновании своей позиции он также ссылается на Консультативное заключение Международного суда ООН о правомерности угрозы применения или применения ядерного оружия[342], в котором говорится, «что резолюции Генеральной Ассамблеи, даже если они не являются обязательными, могут иногда обладать нормативным значением. Они могут в определенных условиях служить свидетельством, важным для установления существования нормы или формирования opinio juris. Для определения того, относится ли это к данной резолюции Генеральной Ассамблеи, необходимо рассмотреть ее содержание и условия принятия; также необходимо установить наличие opinio juris относительно ее нормативного характера. Также серия резолюций может демонстрировать постепенное становление opinio juris, требуемое для установления новой нормы»[343].

В тех случаях, когда государства желали придать обязательный характер резолюции, принималось постановление о разработке на основе этой резолюции

проекта универсального международного договора. Ю.М. Колосов пишет, что резолюции Г енеральной Ассамблеи ООН «представляют собой зачастую хорошую основу для разработки соответствующих соглашений»[344]. Так, например, Договор по космосу был принят на основе резолюции 1962 г. (XVIII) Генеральной Ассамблеи ООН под названием «Декларация правовых принципов, регулирующих деятельность государств по исследованию и использованию космического пространства 1963 г.»[345]. Далее в своей монографической работе «Борьба за мирный космос» Ю.М. Колосов отмечает, что обязательное принятие международного договора на основе резолюции Генеральной Ассамблеи ООН было обусловлено изначальным отношением государств-членов Комитета ООН по космосу к документам «мягкого права»: «Дискуссия, проходившая на XVIII сессии Генеральной Ассамблеи ООН по космосу, показала, что государства не считают Декларацию правовых принципов деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства нормообразующим актом, устанавливающим обязательные для государств нормы международного права. Резолюция Генеральной Ассамблеи 1963 (XVIII), принятая вслед за Декларацией, рекомендовала Комитету ООН по космосу и его Юридическому подкомитету в соответствующее время разработать международное соглашение, которое содержало бы правовые принципы деятельности государств в космическом пространстве. Это можно рассматривать как косвенное признание того факта, что резолюции ООН содержат лишь принципы деятельности государств в космосе, которые не обладают юридической силой в полном объеме и должны быть конкретизированы и закреплены в международных соглашениях»[346].

В.С. Верещетин считает, что, при разговоре о «большинстве сводов принципов, касающихся конкретного применения космической техники и космического сотрудничества ..., можно говорить об их «юридической релевантности», так как некоторые из них могут приобретать юридический характер при заключении договоров или формировании обычных норм»[347].

Таким образом, резолюции Генеральной Ассамблеи ООН безусловно оказывают влияние на развитие международного права либо путем их постепенного признания и постепенного образования международно-правового обычая, либо путем создания основы и условий для принятия международного договора.

Однако, мнение зарубежных юристов-международников в отношении «мягкого права» расходится либо из-за его непризнания вовсе, либо в связи с неопределенностью его статуса в системе международного права. Например, многие французские юристы не признают «мягкое право» по причине того, что оно противоречит концептуальному пониманию права. Например, с точки зрения Ж. - Ж. Руссо и Ж.Э.М. Порталиса, «закон имеет смысл только тогда, когда представляет обязательства, имеющие юридическую силу»[348].

При этом, несмотря на противоречивость мнений по поводу «мягкого права», стоит отметить, что оно всё же находит свое применение на практике, в том числе из-за определенных преимуществ по сравнению с договорными нормами. По мнению некоторых зарубежных авторов, к таким преимуществам следует отнести: быстроту принятия, необязательность, отсутствие необходимости подписания соглашения ключевыми государствами (например, по общемировым вопросам, как разоружение, экологические проблемы и т.д.), упрощенный порядок внесения изменений в текст документа[349]. Также «мягкое право» может влиять на поведение государств и в итоге иметь реальный эффект на практике, в том числе путем косвенной нормативной силы: разработкой, консолидацией и проработкой «жесткого права», а также может стать обязательным в случае отсылки на него в положениях «жесткого права»[350]. Для большей эффективности в доктрине предлагается при разработке документов «мягкого права» наделять их положения прозрачностью, публичностью, ясностью, четкостью, надежностью и вовлекать в процесс разработки потенциальных адресатов[351].

К основным функциям «мягкого права» можно отнести возможность заменять потенциальные договорные нормы, когда не удается их согласовать, на положения «мягкого права», направленные, в свою очередь, на гармонизацию национального законодательства (например, как Резолюция 62/101 от 17 декабря 2007 г. «Рекомендации по совершенствованию практики регистрации космических объектов государствами и международными межправительственными организациями»[352]) и разработку международного режима в определенной области международных отношений (например, как Принципы, касающиеся дистанционного зондирования Земли из космического пространства)[353]. К одной из функций «мягкого права» также относят урегулирование технических вопросов, таких, как использование ядерных источников энергии или борьба с увеличивающимся количеством космического мусора. В таком случае «мягкое право» становится осознанным выбором и предпочтением юридически обязательным нормам[354].

Здесь необходимо отличать «мягкое право», разрабатываемое и принимаемое субъектами международного права, и то, которое является результатом работы частных компаний и лиц, документы такого рода в дальнейшем получают названия «кодекс поведения» или «коммерческие обычаи»[355].

В силу того, что «в форме «мягкого права» обычно обозначаются документы, которые не выступают самостоятельными источниками международного права, тем не менее они могут служить пояснением к действующему праву, правовым убеждениям или тенденциям...»[356]. Кроме того, если резолюции Генеральной Ассамблеи ООН содержат в себе мнения по поводу общих принципов (например, достояние всего человечества), то подобные заявления могут служить обеспечением внутренней согласованности по поводу свода норм права или руководством для дальнейшего развития соответствующей отрасли

357

международного права[357].

В 2015 г. на 58-й сессии Комитета ООН по космосу «было высказано мнение, что одной из наиболее важных функций юристов-международников в деле содействия успешному международному сотрудничеству является определение оптимального механизма сотрудничества для каждого конкретного случая, в частности, когда юридически необязательный механизм может способствовать достижению целей сотрудничества лучше, чем договор. Яркими примерами таких механизмов являются Принципы, касающиеся дистанционного зондирования Земли из космического пространства, которые получили широкое признание в качестве основы международного режима в этой области деятельности, успешно применяемого на благо всех государств[358]», и Принципы, касающиеся использования ядерных источников энергии в космическом пространстве.

Учитывая все вышесказанное, во-первых, стоит подчеркнуть важность резолюций Генеральной Ассамблеи ООН для процесса нормообразования в

международном космическом праве, так как данные резолюции подтверждают свою значимость и практичность, особенно в условиях постоянного научнотехнического прогресса в космической отрасли, несмотря на то, что они не имеют обязательной юридической силы. Во-вторых, неоспоримо, что «мягкое право» наиболее удобно для применения в случае регулирования технических вопросов, коммерциализации и приватизации в области космической деятельности, а также иных вопросов, не связанных с обеспечением национальной безопасности или другими важными внутригосударствеными вопросами[359]. По сути, «мягкое право» должно выступать координирующим элементом между публичными и частными интересами в космической отрасли.

Однако, учитывая характер космической деятельности, значительно отличающийся от других видов деятельности на Земле, стоит очередной раз отметить, что не все вопросы могут быть урегулированы международно-правовым способом. Вопросы, которые не могут быть согласованы на международном уровне путем принятия юридически обязательных норм, регулируются положениями документов «мягкого права». Возможно, на начальном этапе коммерциализации и приватизации в области космической деятельности, «мягкое право» будет работать при условии его трансформации в национальное законодательство.

В связи с этим, необходимо подчеркнуть важную роль Комитета ООН по космосу, в котором в настоящее время находится на рассмотрении проект Руководящих принципов. Данный документ затрагивает такие важные области, как: устойчивое использование космического пространства; космический мусор, космические операции и способы поддержки совместной космической ситуационной осведомленности; космическая погода; а также руководства для участников космической деятельности. Руководящие принципы планируется утвердить резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН на Конференции по использованию и исследованию космического пространства в мирных целях (ЮНИСПЕЙС+50). При этом Комитет ООН по космосу определил сферу применения Руководящих принципов следующим образом: «В руководящих принципах ничто не должно представлять собой пересмотр, обуславливание или повторное толкование этих принципов и норм. Ничто в руководящих принципах не следует толковать как влекущее возникновение новых юридических обязательств у государств»[360].

На наш взгляд, данный проект заслуживает особого внимания, так как он содержит как отсылки к уже принятым резолюциям Г енеральной Ассамблеи ООН и действующим договорам по космосу, так и затрагивает наиболее спорные и важные аспекты космической деятельности: эффективность, безопасность и долгосрочность - составляющие основу устойчивости космической деятельности. Важно также, что в Руководящих принципах содержатся минимальные конкретные рекомендации государствам, касающиеся национального законодательства, безопасности космических операций, международного сотрудничества, научнотехнических исследований и разработок.

По нашему мнению, содержание проекта было бы целесообразно положить в основу универсального международного договора. Таким договором могла бы стать Конвенция для унификации некоторых правил осуществления космической деятельности по аналогии с конвенциями в области международного воздушного права, такими как: Конвенция для унификации некоторых правил, касающихся международных воздушных перевозок 1929 г.[361] и Конвенция для унификации некоторых правил международных воздушных перевозок 1999 г.[362] Минимальные требования для осуществления космической деятельности, установленные предлагаемой Конвенцией, смогут гарантировать безопасность и долгосрочность космической деятельности, особенно в сфере сертификационных процессов. Кроме того, специальный международный договор решит вопрос возрастающей доли участия юридических лиц (корпорации, концерны, предприятия и другие коммерческие организации) в коммерциализации космической деятельности.

Согласно одному из подходов школы Нью-Хейвела[363], попытки каким-либо образом классифицировать правила поведения в международных отношениях не имеют смысла. Данная точка зрения подводит к выводу о том, что в международных отношениях главное внимание сосредоточено на содержании, а не на правовом статусе специальной нормы[364].

Какой-то смысл в этом подходе есть. Ведь резолюции Г енеральной Ассамблеи ООН выражают политическую волю государств-членов ООН следовать правилам, закрепленным в них, особенно учитывая факт того, что проекты, положенные в их основу и разработанные Комитетом ООН по космосу, принимаются на основе консенсуса[365]. Это означает, что резолюции Генеральной Ассамблеи ООН обладают нормативным характером. Как пишет М. Ляхс: «»[366]. Неважно, в какой форме и под каким названием будет принят документ «мягкого права», ведь важнее всего, чтобы данный документ находил свое применение путем трансформации разработанных положений в национальное законодательство и получал международное признание[367].

<< | >>
Источник: Черных Ирина Алексеевна. МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ ОБЕСПЕЧЕНИЯ УСТОЙЧИВОСТИ КОСМИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ. ДИССЕРТАЦИЯ на соискание учёной степени кандидата юридических наук. Москва 2018. 2018

Скачать оригинал источника

Еще по теме § 2.2. Роль резолюций Г енеральной Ассамблеи ООН в процессе формирования международно-правового режима космической деятельности:

  1. ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО. ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЕ ПРАВО. СЕМЕЙНОЕ ПРАВО. МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ ПРАВО ЭФФЕКТИВНОСТЬ ООН В МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОМ РЕГУЛИРОВАНИИ МЕЖДУНАРОДНЫХ КОНФЛИКТОВ (НА ПРИМЕРЕ АРАБО-ИЗРАИЛЬСКОГО КОНФЛИКТА)
  2. Список использованных источников и литературы
  3. СОДЕРЖАНИЕ
  4. ВВЕДЕНИЕ
  5. § 1.2. Развитие международно-правового регулирования космической деятельности
  6. § 2.1. Проблемы регулирования прикладных видов космической деятельности и сертификации ядерных источников энергии космических объектов
  7. § 2.2. Роль резолюций Г енеральной Ассамблеи ООН в процессе формирования международно-правового режима космической деятельности
  8. § 2.3. Трансформация положений «мягкого права» в области космической деятельности в национальное законодательство (на примере отдельных государств и Европейского Союза)
  9. § 3.2. Значение Руководящих принципов обеспечения долгосрочной устойчивости космической деятельности для совершенствования международного космического права
  10. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  11. ЛИТЕРАТУРА
- Европейское право - Международное воздушное право - Международное гуманитарное право - Международное космическое право - Международное морское право - Международное обязательственное право - Международное право охраны окружающей среды - Международное право прав человека - Международное право торговли - Международное правовое регулирование - Международное семейное право - Международное уголовное право - Международное частное право - Международное экономическое право - Международные отношения - Международный гражданский процесс - Международный коммерческий арбитраж - Мирное урегулирование международных споров - Политические проблемы международных отношений и глобального развития - Право международной безопасности - Право международной ответственности - Право международных договоров - Право международных организаций - Территория в международном праве -
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -