Признание недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления
Возможность, основания и порядок применения этого способа защиты субъективных прав и свобод физических лиц конкретизируются в ст.ст.13 и 16 ГК РФ. Общее правило о возможности обращения граждан с требованиями о признании недействительными актов государственных органов или органов местного самоуправления закреплено в ст.46 Конституции РФ, в Гражданском процессуальном кодексе Российской Федерации 2002 г.
(далее - ГПК РФ), Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации 2002 г. (далее – АПК РФ) и ряде федеральных законов, в первую очередь – в Законе РФ «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан».В ст.12 ГК РФ в качестве объекта обжалования называется только акт государственного органа и органа местного самоуправлении, однако в ст.16 ГК РФ речь идет уже об их «незаконном действии (бездействии), поэтому следует согласиться с мнением о том, что термин «акт» как объект обжалования подлежит широкому толкованию. Признаком отнесения действий и решений соответствующих органов к актам, подлежащим обжалованию в суд, является их властный характер, порождающий возникновение у гражданина определенных юридических обязанностей. Дела о признании незаконными нормативных актов государственных органов и органов местного самоуправления в последние годы получили весьма широкое распространение в судебной практике. Так, например, в первом полугодии 2003 г. районные суды рассмотрели 2,4 тыс. таких дел. Например, широкую известность и большой общественный резонанс имело заявленное в Верховный Суд РФ жителем г. Саратов гражданином Мининым требование о признании незаконным п.41 постановления Правительства РФ от 8 июля 1997 г., которым предусматривалась выдача водительских удостоверений взамен утраченных или похищенных только после сдачи заявителем новых квалификационных экзаменов. Требование истца было полностью удовлетворено, и п.41 данного постановления признан незаконным, т.к., как указал Верховный Суд РФ, он противоречит ч.3 ст.55 Конституции РФ и Федеральному закону « О безопасности дорожного движения».
Следует подчеркнуть, что нередко требования о признании незаконными актов государственных органов и органов местного самоуправления предъявляют не заинтересованные в таком признании конкретные граждане, а прокуроры в интересах неопределенного круга лиц.
Так, например, прокурор Ростовской области обратился в суд с заявлением о признании противоречащим федеральному законодательству, недействительным и не подлежащим применению п.1 Перечня гарантированных социальных услуг, предоставляемых гражданам пожилого возраста и инвалидам государственными и муниципальными учреждениями социального обслуживания на территории Ростовской области, утвержденного главой администрации. Решение суда об удовлетворении требований прокурора было удовлетворено и оставлено без изменения Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда РФ, т.к. в ходе судебного разбирательства было установлено, что обжалованный прокурором акт не соответствовал федеральному законодательству и нарушал права лиц пожилого возраста и инвалидов. Другой пример: прокурор г. Москвы обратился в суд с заявлением о признании не соответствующим федеральному законодательству п.5 постановления Московской городской Думы №12 «О положении о порядке улучшения жилищных условий граждан в г. Москве», ссылаясь на то, что эти нормы незаконно ограничивают права граждан на улучшение жилищных условий, предоставленные им федеральным законодательством. Требование прокурора также было удовлетворено.К рассматриваемому способу защиты тесно примыкает правоохранительная мера, названная в ст.12 ГК РФ в качестве самостоятельного способа защиты – неприменение судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону.
В литературе справедливо отмечалось, что, хотя в теоретическом плане признание таких действий самостоятельным способом защиты гражданских прав едва ли оправданно, но с практической точки зрения специальное указание на него в законе можно признать полезным, т.к. при игнорировании незаконного правового акта суд, рассматривающий дело, вправе сослаться на конкретную норму, предоставляющую ему такую возможность. Так, если при рассмотрении конкретного дела по спору, возникающему из гражданских правоотношений, суд установит, что подлежащий применению нормативный акт не соответствует федеральному закону или иным правовым актам и ограничивает субъективные гражданские права или свободы физических лиц, то в соответствии с действующим законодательством он вправе признать такой акт не подлежащим применению.
Например, не подлежат применению акты, содержащие меры, ограничивающие перемещение товаров, работ, услуг и финансовых средств на территории РФ, т.к. такого рода ограничения могут устанавливаться только федеральными законами и только для обеспечения безопасности, защиты жизни и здоровья людей, охраны природы и культурных ценностей (п.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. № 68 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой гражданского кодекса Российской Федерации».
Самозащита права
Этот способ защиты субъективных прав впервые закреплен на законодательном уровне (ст.ст.12 и 14 ГК РФ) и представляет собой юридически обеспеченную возможность защищать свои субъективных права и интересы путем совершения гражданами различных фактических действий, направленных на охрану этих прав, без обращения к суду или иным юрисдикционным органам. К таким действиям, в частности, следует отнести установление дверей из особо прочных материалов или замков повышенной надежности, использование различного рода охранных приспособлений, сигнализации и т.д. В качестве этого способа защиты можно рассматривать также получившее широкое распространение среди обеспеченных граждан привлечение специально подготовленных лиц (охранников, телохранителей) для осуществления охраны заказчиков, членов их семей или принадлежащего им имущества.
При этом, однако, как закреплено в ст.14 ГК РФ, способы самозащиты должны быть соразмерны нарушению и не выходить за пределы действий, необходимых для его пресечения, поэтому недопустимо использование таких мер охраны принадлежащего гражданам имущества, которые опасны для жизни и здоровья окружающих или наносят вред нравственным устоям общества и основам правопорядка (установление на дачах колючей проволоки с подключением электрического тока, оставление в дачных строениях отравленных алкогольных напитков, сооружение «капканов» для злоумышленников и т.д.).
Это положение было подчеркнуто в п.9 постановления «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса РФ»: «При разрешении споров, возникших в связи с защитой принадлежащих гражданам гражданских прав путем самозащиты (ст.12 и 14), следует учитывать, что самозащита не может быть признана правомерной, если она явно не соответствует способу и характеру нарушения и причиненный (возможный) вред является более значительным, чем предотвращенный».Частным случаем самозащиты субъективных прав (права на жизнь и здоровье) является необходимая оборона – смежный институт гражданского и уголовного права. В соответствии со ст.1066 ГК РФ, вред, причиненный в состоянии необходимой обороны, возмещению не подлежит, если не были нарушены ее пределы.
Присуждение к исполнению обязанности в натуре
Общие правила об исполнении гражданских обязательств закреплены в гл.22 ГК РФ, в соответствии с которой обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с их условиями и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или обычно предъявляемыми требованиями (ст.309 ГК РФ). В тех случаях, когда обязательство было исполнено ненадлежащим образом, должник не освобождается от обязанности его исполнения в натуре (выполнить работы, оказать услуги, передать имущество), даже если он уплатил неустойку и возместил причиненные им убытки, если иное не предусмотрено законом или договором. Однако, если обязательство вообще не было исполнено, уплата неустойки и возмещение убытков прекращает обязанность его исполнения в натуре, если иное не предусмотрено законом или договором (п.п.1 и 2 ст.396 ГК РФ). Следует подчеркнуть, что действующее законодательство значительно ограничило сферу применения данного способа защиты, закрепленного ранее в ст.ст.191 и 221 ГК РСФСР. В настоящее время право требовать исполнения обязательства в натуре возникает только при его ненадлежащем исполнении, причем, если иное не было установлено законом или договором. Такое обязательство установлено, например, актами транспортного законодательства: перевозчик обязан возместить стоимость частично утраченного груза, но не должен исполнять обязательство в натуре.
Требование об исполнении обязательства в натуре, как правило, предъявляется в случаях, когда личность исполнителя, его профессиональные знания или навыки, деловая репутация и т.д. имеют важное значение для кредитора или если предметом исполнения является индивидуально-определенная вещь (например, картина, написанная известным художником, уникальный музыкальный инструмент, фамильная драгоценность и т.д.). В последнем случае защита прав управомоченного лица осуществляется в соответствии с правилами, закрепленными в ст.398 ГК РФ («Последствия неисполнения обязательства передать индивидуально - определенную вещь»).