Высочайший указ императора Александра I о прощении людей, содержащихся по делам, производившимся в Тайной экспедиции, с присовокуплением 4-х списков оных (1801 год) (Извлечение)
Обращая бдительное внимание на все состояние врученного нам от Бога народа и желая наипаче облегчить тягостный жребий людей, содержащихся по делам, в Тайной экспедиции производившимся, препровождая при сем четыре списка… Всемилостивейше прощая всех поименованных в тех списках без изъятия, возводя лишенных чинов и дворянства в первобытное их достоинство и повелевая Сенату нашему освободить их немедленно из настоящих мест их пребывания и дозволить возвратиться, кто куда желает, уничтожа над последними и порученный присмотр.
Звягинцев А. Г., Орлов Ю. Г. Око государево. Российские прокуроры. XVIII век. М., 1994. С. 242.
Высочайший указ императора Александра I
Правительствующему Cенату
от 5 июня 1801 года
(Извлечение)
Уважая всегда Правительствующий Сенат, яко верховное место правосудия и исполнения законов, и зная, сколь много прав и преимуществ от Государей предков Моих ему присвоенных, по времени и различным обстоятельствам подвергалися перемене к ослаблению и самой силы закона, всем управлять долженствующего, Я желаю восстановить оный на прежнюю ступень, ему приличную и для управления мест ему подвластных толико нужную, и на сей конец требую от Сената, чтобы он, собрав, представил Мне докладом все то, что составляет существенную должность, право и обязанность его, с отвержением всего того, что в отмену или ослабление оных доселе введено было. Права сии и преимущества Правительствующего Сената Я намерен поставить на незыблемом основании, как государственный закон, и силою данной Мне от Бога власти потщусь подкреплять, сохранять и сделать его на веки непоколебимым.
Министерство юстиции за сто лет. СПб., 1902. С. 3.
Из изложенных письменно мнений сенаторов был подготовлен специальный доклад, который 5 августа 1801 года был представлен генерал-прокурором А. А. Беклешовым императору Александру I.
Доклад, представленный генерал-прокурором А.
А. Беклешовымимператору Александру I
5 августа 1801 года
(Извлечение)
Сенат по основанию своему есть первое государственное правительство, снабженное от Государя и законодателя силою и всею исполнительною властию, потому управляет всеми гражданскими местами в Империи и высшей над собою власти не имеет, кроме единой Самодержавного государя, коего единое же лицо в нем председательствует. Должность и обязанность его по присяге подданнической, предохранять права и преимущества своего Самодержавца, соблюдать законы, пещись всемерно о исполнении воли и повелений Государя, всякой вообще пользе народной и о течении законного правосудия повсеместно; из сих прав изливается преимущество, чтобы последние его исполняемы были, как именные Государя указы.
По силе правил принадлежит ему ходатайство у Престола по всяким народным нуждам и, в случае потреб государственных, докладывая Императорскому Величеству, прибавлять по статьям доходов необходимую прибавку платы или податей, чего не мог бы ни основательно, ни уравнительно расположить, если не будет иметь у себя полных сведений о всех частях государственной экономии. От сих пор следует и то, что суд и расправа верховным образом принадлежит Сенату по входящим в оный гражданским и уголовным делам. Ибо сколько невозможно одному Государю, по словам Петра Великого, удовлетворять всем первым, столько же и вторым не свойственно священному сану Монарха своим подписом утверждать казни; законы осуждают, законы наказывают, но драгоценное право помиловать и простить остается неограниченно во власти Государя.
Министерство юстиции за сто лет. СПб., 1902. С. 4—5.
Не менее важное место занимала и деятельность генерал-прокурора по руководству местной прокуратурой. Интересен текст присяги, которую тогда приносили прокуроры, вступая в свою должность.
Текст присяги, которую приносил губернский прокурор
при вступлении в должность
КЛЯТВЕННОЕ ОБЕЩАНИЕ
Я, нижепоименованный, обечаюсь и клянусь Всемогущим Богом перед святым Его Евангелием о том, что хочу и должен Его Императорскому Величеству, своему истинному и природному Всемилостивейшему Великому Государю Императору Александру Павловичу Самодержцу Всероссийскому и Его императорского Величества Всероссийского Престола наследнику, который назначен будет, верно и нелицемерно служить и во всем повиноваться, не щадя живота своего до последней капли крови и все к высокому Его Императорского Величества Самодержавству, силе и власти принадлежащие права и преимущества узаконенные и впредь узаконяемые, по крайнему разумению, силе и возможности предостерегать и оборонять, и при том по крайней мере стараться споспешествовать, все, что к Его императорского Величества верной службе и пользе Государственной во всяких случаях касаться может.
О ущербе же Его Величества, вреде и убытке как скоро о том уведаю, не только благовременно объявлять, но и всякими мерами отвращать и не допускать тщатися, и всякую мне вверенную тайность крепко хранить буду, и поверенный и положенный на мне чин, как по сей (генеральной, так и по особливой) определенной и от времени до времени Его Императорского Величества Именем от представленных надо мною начальников определяемым Инструкциями и Регламентами и Указами, надлежащим образом по совести своей исправлять, и для своей корысти, свойства, дружбы и вражды противно должности своей и присяге не поступать; и таким образом себя весть и поступать как верному Его Императорского Величества подданному благопристойностью есть и надлежит, и как я пред Богом и судом Его страшным в том всегда ответ дать могу, как суще мне Господь Бог душевно и телесно да поможет. В заключение же сей моей клятвы целую Слова и Крест Спасителя моего. Аминь.У сей присяги присягаю Тверской губернский прокурор Иван Александрович Чепчугов. 1801 года июня 20 дня.
К присяге приводил Вознесенский Протоиерей Варлам. 1801 года июня 20 дня.
Государственный архив Тверской области. Ф. 466, оп. 1, д. 38, л. 3.
В последний год царствования Павла I непродолжительное время генерал-прокурором был П. Х. Обольянинов. Многие признавали, что эта должность была явно не для него. Вспыльчивый, грубый, невоздержанный, имевший ничтожное образование, Обольянинов, тем не менее, пользовался гораздо большей доверенностью императора, нежели его предшественники. Своей близостью к монарху он вызывал трепет у самых высоких сановников. У его дома вечно находились экипажи: к нему приезжали с докладами и предложениями, от него ждали милостей. В доме генерал-прокурора можно было встретить даже великих князей Александра и Константина.
Д. Б. Мертваго, хорошо знавший Обольянинова, писал о нем: «С каждым днем становясь сильнее, он вскоре уподобился великому визирю. Все лично имевшие доклад у государя получили приказание присылать свои представления через генерал-прокурора и были принуждены объясняться по всем делам с Обольяниновым, соображаться с его мнением или лучше сказать с его приказанием, которое казалось всем волею царя. Множество дел, быстрота, которую государь требовал в их исполнении, непривычка заниматься важным делом, а более всего дурное воспитание и грубость его обхождения вооружили против него всех имевших дело с ним».