Василики

Краткие своды византийского права не могли в полной мере удовлетворить потребности судебной практики, которая время от времени была вынуждена обращаться ко все более устаревающему Своду законов Юстиниана.

Четкая структура Василик облегчала пользование этим сводом. Несмотря на большой объем материала, помещенного в них, кодификация Юстиниана была отражена в Василиках неравномерно: имелись значительные пропуски, сокращения и искажения первоначального текста, который воспроизводился в основном через промежуточной источник - греческие схолии. Поэтому Василики не сразу заменили кодификацию Юстиниана, которая применялась в судах в XI в.

После составления Василик византийское право развивалось посредством законодательных актов императоров - новелл, хрисовул (императорских грамот). Существенные изменения были, например, внесены новеллами Льва VI Мудрого (886 - 912). Он разрешил государственным чиновникам бесконтрольно приобретать земли в подведомственным им округах, вновь снял запрет на взимание процентов, отменил конкубинат (длительное внебрачное сожительство с незамужней женщиной, допускавшееся древнеримским правом), запретил браки, не получившие одобрения церкви и т.п.

Заметное влияние на развитие поздневизантийского права оказали некоторые частные юридические компиляции, среди которых особенно выделялось «Руководство к законам», или «Шестикнижье» Константина Арменопула (около 1345 г.). Это руководство было весьма авторитетным в судах Византии, а после ее падения продалжало дествовать на территории Греции, Валахии и Молдавии. Шестикнижье признавалось действующим правом Бессарабии в XIX в. после ее присоединения к России.

Составной частью правовой системы Византии было церковное право, которое складывалось в основном из постановлений вселенских соборов и патриархов. На основе норм церковного права, а также частичного и императорского права составлялись сборники - Номоканоны (наибольшую известномть имел Номоканон, разработанный в VI в. Схоластиком), содержание которых периодически обновлялось. Номокононы оказали прямое воздействие на русское право, их переводы включались в «Кормчие книги».