ГЛАВА 9. Советское государство и право в октябре 1917 - 1953 гг. Общая характеристика государственно-правовой политики большевиков 1917-1953 гг.

Захват власти большевиками в октябре 1917 г. произошел в условиях нарождаю­щихся в России демократических основ государственности. Были созданы, но нереши­тельно стали действовать такие институты государственной власти и управления, как Временное правительство, Советы и т.д.

Передовые мыслители уже разрабатывали кон­ституционные нормы, по которым могла бы жить Россия. Закладывались основы много­партийности, основы участия народа в управлении государством.

Большевистская партия понимала, что становление этих государственных структур власти и управления могут выбить почву для задуманного военного переворота. Именно поэтому В. Ульянов-Ленин так торопил события, торопил подготовку и проведение «ре­волюции» по захвату власти.

После того, как переворот был удачно завершен, и на волне привлекательных обе­щаний о мире, земле, хлебе, фабриках и заводах прокатился по большей части Российских губерний, встал вопрос об удержании власти.

Однако удержать власть только за счет политической борьбы, за счет реальных из­менений жизни, профессионального подхода к управлению страной, экономикой и обще­ством, да еще в условиях войны было делом сомнительным, сулило возможный проиг­рыш. Необходимо было создать и претворить в жизнь новые, приспособленные для поли­тических целей правовые нормы, действующие, в первую очередь, не против уголовной преступности, а против политических соперников.

Исторические факты, ярко показывают методы борьбы за власть путем приклеива­ния различного рода ярлыков. Это и «мятежники» Крондштадта, «банды» антоноцев, мах­новцев и т. д.

Под понятие классовых противников, а значит преступников, попали не только приверженцы иных политических воззрений, но и целые слои населения. Это и интелли­генция, духовенство, специалисты как военного, так и промышленного дела. Под разряд преступников попадали не только те, кто прежде высказывал иные политические взгляды, но и те, кто не понимал коммунистической идеологии, отрицал ее как неприемлемую для всего общества.

Можно понять стремление коммунистических лидеров захватить власть, стремле­ние удержаться у власти как можно дольше. Но оправдать их действия с позиции «цель оправдывает средства» не просто невозможно, но и преступно.

Ответив на мифический белый террор красным террором, они провозгласили госу­дарство, в котором террор возводился в ранг государственной политики.

Идеологическая и «научная» основа такой политики строилась на лозунгах «клас­совых» интересов, на якобы защите трудящихся от угнетения, на защите строителей «коммунизма» от буржуазной идеологии.

Одна из форм такой защиты, кроме уничтожения политических противников внут­ри государства, выражалась в действиях по экспорту революции, но особенно ярко про­явилась в установлении «железного занавеса».

Анализ правового материала и идеологии большевизма показывает, что основные направления их правовой политики отвечали поставленным политическим целям. На уго­ловную преступность не хватало сил и средств. Да и система наказаний уголовников, как рекрутов коммунизма была мягкой. А вот за политические преступления, как правило ус­танавливался расстрел. Система наказаний за уголовные преступления как и в феодальном обществе, зависела от социального происхождения, законность определялась с позиции интересов правящего коммунистического класса.

Выступая от имени «пролетариата», от имени союза рабочих и крестьян, проводя в жизнь марксистско-ленинскую доктрину «диктатуры пролетариата», возникла и сама дик­татура партноменклатуры. Таким образом политический вождизм Ленина естественным путем перерос в диктатуру Сталина.

Последствия этого превращения повлекли развитие государственного терроризма в отношении не только политических противников, но и против бывших и настоящих «ре­волюционных соратников».

Терроризм в отношении «преданных делу партии и Ленина» лиц был вынужденной мерой и имел своей целью не только уничтожение политических соперников, но и унич­тожение тех, кто помогал становлению диктатуры, кто мог сказать правду о революции и ее вершителях, правду о цели захвата власти и правду о том, как эта власть использова­лась для достижения личных, амбициозных целей.

Весь государственно-правовой аппарат был задействован на полную мощность, выискивая «врагов народа», карая беспощадно «вредителей и шпионов», обеспечивая дик­татуру послушными, запуганными и не умеющими мыслить слепыми исполнителями воли и желаний «отца народов».

Парадоксально, но факт, что «ежевые рукавицы» хватали и изобличали в два и бо­лее раз больше различного рода «шпионов и вредителей», чем уголовных преступников.

Под понятие враг народа попадал всякий, на кого хоть как-то падала тень прошло­го, тень «обуржуазившегося перерожденца». Тут уж было не до вора, карманника или гра­бителя. Встает вопрос - почему это происходило? Ответ достаточно ясен и прост. Раз уго­ловная преступность является наследием царизма и мелкобуржуазного прошлого - то при строительстве социализма исчезают основы уголовной преступности и она отомрет сама собой. А коль уголовщина обречена на естественное отмирание, то и тратится на борьбу с ней нет необходимости. Лучше направить силы и средства на «истинного врага», врага идеи и врага, подрывающего эти идеи. А лучше вести «наступление на этого врага широким, опережающим фронтом».

А раз так, то естественно необходимо опережать противника и наказывать его уже тогда, когда он начал задумываться, начал сомневаться. В такой борьбе философские дис­путы уже ни к чему (да и страшно дискутировать - вдруг проспоришь), необходимо лишь «власть употребить».

Если в первый послереволюционный период острие репрессивной государственной машины было направлено против явных политических противников, то в дальнейшем ве­лась война на истребление уже возможных политических противников или возможных конкурентов за власть.

Здесь и обнаружилась сущность репрессивной системы социалистического госу­дарства, а именно - с уголовной преступностью власть бороться не будет, так как эта пре­ступность не угрожает созданному тоталитарно-диктаторскому устройству, не угрожает и тем вождям, которые «ведут наш кораблю в светлое будущее».

В какой-то мере на уголовную преступность было обращено внимание в период второй мировой войны. Уголовная преступность проявила себя как явление, привлекаю­щее к себе дезертиров и «прислужников фашизма», и расхитителей и иной контингент людей, наживающихся на общенародном горе и усугубляющем общенародную трагедию.

К тому же поубавилось работы органам госбезопасности, а занять этот громадный карательный аппарат государственной власти было чем-то необходимо да и патриотизм граждан «страны Советов» показывал, насколько они готовы, несмотря на социальное положение, несмотря на убеждения и политические взгляды, сражаться и умирать «за Ро­дину, за Сталина».

Однако, по окончанию войны, уголовно-правовая политика вновь вернулась на «старые рельсы». И хотя степень преследования инакомыслящих претерпела изменения, но сущность осталась прежней.

Именно в это время окончательно сформировался аппарат Комитета государствен­ной безопасности. Но защищала и обеспечивала безопасность эта организация не государ­ства, как территориально-экономическое пространство, а государства, как политизирован­ные структуры власти.

Под особый контроль КГБ берутся уже не только политические противники, кото­рых уже почти нет, но и представители общественных организаций, священнослужители, часть интеллигенции, органы уголовной юстиции - прокуратура, суд, милиция.

Октябрьский переворот в России в 1917 г. и развитие и деятельность карательных органов коммунистического режима в 1917-1921 г.г.

О самом Октябрьском перевороте существует, разумеется, много версий. Согласно Суханову и Троцкому, переворот фактически уже совершился 21 октября, когда гарнизон столицы признал единственной властью Совет и его Военно-революционный комитет (ВРК). Суханов говорит, что формально в таком поведении гарнизона не было ничего не­обычного, ибо и раньше - в апрельские, июньские, июльские дни, а также во время кор­ниловского восстания - гарнизон признавал только распоряжения Совета и в очень малой степени считался с приказами Временного правительства. Формально это так. Однако в действительности разница, разумеется, была огромна. Раньше Советы могли иметь и име­ли конфликты с Временным правительством, но только конфликты. В основном Советы, руководимые меньшевиками и эсерами, не только признавали правительство, но с ним также активно сотрудничали. В предоктябрьские недели и дни Советы - особенно петро­градский, кроштадский и московский - стали большевистскими. Отказ гарнизона выпол­нять приказы Временного правительства без санкций большевистских Советов фактиче­ски означал акт неповиновения. В таких условиях это означало, что в борьбе против большевиков правительство не может рассчитывать на поддержку гарнизона.

Дело в том, - и в этом, может быть, состоял весь трагизм положения, - что ни Ке­ренский, ни его штаб во главе с Полковниковым, по-видимому, не отдавали себе отчета в происходящем. Военные полагали, что создание ВРК и невыполнение приказов Времен­ного правительства было результатом... недоразумений, точнее результатом второстепен­ного конфликта между ЦИКом Советов (где все еще главенствовали правительственные меньшевики и эсеры) и петроградским Советом, где уже прочно засели большевики и их союзники - левые эсеры. Они не понимали, что это «недоразумение» и этот «второсте­пенный конфликт» решали судьбу страны.

После октября 1917 г. большевики, исходя из учений Маркса разбивают старый государственный аппарат и начинают создавать новый.

28 октября 1917 г. постановлением НКВД республики учреждалась рабочая мили­ция, которая должна была находится «в ведении Совета Рабочих и Солдатских Депута­тов». Ленин после октября 1917 г. неоднократно отстаивал идею всеобщего вооружения народа. 29 октября 1917 г. он говорил о ней как о задаче «... которую мы ни на минуту не должны выпускать из виду.». Указания вождя большевики пытались реализовывать на практике. В некоторых местах для охраны общественного порядка учреждалась народная милиция, построенная на принципе обязательной повинности всех взрослых граждан. В 1917 - начале 1918 гг. НКВД РСФСР считал, что милиция должна «по мере возможности уступить место всеобщей охранной повинности, где каждый гражданин обязан отдежурить безвозмездно установленные часы». По постепенно эта утопическая идея пересматривается. В марте 1918 г. Народным комиссаром внутренних дел Петровским в СНК «был возбужден вопрос о необходимости организации Советской милиции» на штатных началах.

В июле на съезде председателей губернских Советов, в работе которого участвовал Ленин, было признано невозможным всеобщее вооружение всего населения из-за начав­шегося сопротивления. Поэтому съезд выказался за организацию Советской Рабоче­Крестьянской милиции. Функции у милиции были многочисленны: борьба с мародерст­вом, спекуляцией, дезертирством, хищениями, охрана революционного порядка и т.д. Од­ной из важнейших функций милиции являлось оказание содействия карательным органам, ведущим борьбу с контрреволюцией и устанавливающим новый порядок в стране.

Главным карательным органом в годы гражданской войны являлась Всероссийская Чрезвычайная Комиссия (ВЧК). Вопрос о создании этого органа возник не сразу. Первое время после прихода к власти большевики и не ставили задачу создания единой организа­ции, ведущей борьбу с политическими противниками. Эту задачу выполняли Советы, военно-революционные штабы, революционные комитеты, различные комиссии и коми­теты, имеющие в своем распоряжении вооруженные формирования.

6 декабря СНК рассмотрел вопрос «О возможности забастовки служащих в прави­тельственных учреждениях во всероссийском масштабе» и постановил: «Поручить т. Дзержинскому составить особую комиссию для выяснения возможности борьбы с такой забастовкой путем самых энергичных революционных мер, для выяснения способов подав­ления злостного саботажа». В соответствии с постановлением СНК Дзержинский вечером 7 декабря провел организационное заседание комиссии. В этот же вечер он выступил на засе­дании Совнаркома, где изложил основные задачи комиссии, отраженные в протоколе:

1. Пресекать и ликвидировать все контрреволюционные и саботажнические попыт­ки и действия по всей России, со стороны кого бы они не исходили.

2. Предание суду Революционного трибунала всех саботажников и контрреволю­ционеров и выработка мер борьбы с ними.

3. Комиссия ведет только предварительное расследование, поскольку это нужно для пресечения.»

Дзержинский обратил внимание на то, что комиссия должна бороться с политиче­скими партиями и печатными органами, противостоящими большевикам. По докладу Дзержинского СНК постановил: «Назвать комиссию - Всероссийской Чрезвычайной Ко­миссией при Совете Народных Комиссаров по борьбе с контрреволюцией и саботажем - и утвердить ее». ВЧК, созданная СНК явилась непосредственным преемником Петроград­ского военно-революционного комитета. Из 10 членов Чрезвычайной комиссии, назна­ченной СНК 7 декабря, шесть являлись руководящими работниками ВРК. Впоследствии в ВЧК направлялись и другие деятели ВРК. ВЧК в начале своей деятельности явилась од­ной их многих организаций, ведущих борьбу с противниками большевиков, причем ее функции первоначально распространялись только на Петроград. Но постепенно ВЧК рас­ширяет сферу своего влияния. Комиссия В. Д. Бонч-Бруевича в начале 1918 г. была ликви­дирована и ее функции переданы ВЧК, которая к весне 1918 г. переехав вместе с прави­тельством в новую столицу - Москву, превращается в главный общегосударственный ор­ган борьбы с политическими противниками большевиков. 22 марта 1918 г. ВЧК приняла постановление, которым вновь предложила всем Советам организовать местные чрезвы­чайные комиссии для борьбы с контрреволюцией и спекуляцией, злоупотреблениями по должности и посредством печати. В этом постановлении было отмечено, что «отныне право производства всех арестов, обысков, реквизиций принадлежит исключительно этим чрезвычайным комиссиям как в г. Москве, так и на местах».

В 1918 г. бурно идет процесс создания губернских чрезвычайных комиссий, кото­рый в основном завершился в августе. К этому времени по стране имелось 38 губчека. Важной вехой в становлении ВЧК явилась 1-я Всероссийская конференция чрезвычайных комиссий, проходившая 11-14 июня 1918 г. В ее постановлении ставилась задача органи­зовать чрезвычайные комиссии не только в каждом областном и губернском Совдепе, но также «при крупных уездных Совдепах, узловых железнодорожных центрах, крупных портах, в пограничной полосе.». Этим решением был дан импульс созданию нижнего звена чекистского аппарата: уездных и районных ЧК. В 1919-1920 гг. уездные ЧК слива­ются с уездными управлениями милиции. Организационной формой этого слияния стали политические бюро при уездных начальниках милиции. По директиве, подписанной Дзержинским, во главе политбюро должны были быть поставлены надежные коммунисты, «не менее чем с двухгодичным стажем». Непосредственно заведовать политбюро должен был особый помощник начальника уездной милиции, тоже испытанный коммунист. 28 ноября 1918 г. 2-я Всероссийская конференция ЧК поставила образовать при ВЧК транс­портный отдел. К началу 1919 г. чекистские органы контролировали практически всю сеть железных дорог и водных путей. Транспортные ЧК были изъяты из подчинения губерн­ских ЧК, так как они создавались в соответствии с административными делениями НКПС. Расширяя сферу своего влияния ВЧК не могла оставить без внимания вооруженные силы. Первая Чрезвычайная комиссия в Красной армии была создана 16 июля 1918 г. во главе с М.Я. Лацисом на Восточном фронте. Но против создания чрезвычайных комиссий высту­пали армейские работники. Они предлагали создать на базе Военного контроля (Военный контроль - отдел Революционного Совета Республики (РВСР), занимавшейся борьбой со шпионажем противника) особые отделы, которые занимались бы борьбой со шпионажем и контрреволюцией. В конце 1918 г. победила точка зрения армейских работников. В ре­зультате в начале 1919 г. Военный контроль и Военный отдел ВЧК были объединены в один орган - Особый отдел республики во главе М. С. Кедровым. Но борьба за особые отделы между ВЧК и РВСР продолжалась. В феврале 1919 г. ВЦИК принимает постановле­ние, по которому особый отдел вливается в структуру ВЧК. Но одновременно он должен был находится под контролем РВСР и выполнять его задания. Армейские работники были не согласны с данным решением. Они требовали передать особые отделы в оперативное подчинение фронтов и армий. УШ съезд РКП(б) согласится с этим требованием, оставив за Особым отделом ВЧК «функции общего руководства и контроля над их деятельностью».

При создании чекистских органов большое внимание обращалось на разработку и развитие методов и средств оперативной деятельности. Вопрос о допустимости в работе ВЧК агентуры обсуждался 12 июля 1918 г. на собрании фракции РКП(б) 1 Всероссийской конференции ЧК. Конференция приняла решение: «Секретными сотрудниками пользо­ваться». Развитие агентурного аппарата ВЧК шло по двум направлениям: создание инсти­тута штатных агентов внутреннего наблюдения и формирование осведомительной сети. Штатный агенты внутреннего наблюдения комплектовались в основном ЧК из сотрудни­ков чрезвычайных комиссий. Но их было недостаточно. Поэтому основным направлением в развитии агентурного аппарата ВЧК стало создание массовой осведомительной сети. Решением ЦК РКП(б) от 15 июня 1919 г. всем учреждениям и всем партийным работни­кам вменялось в обязанность «. о всех фактах измены, дезертирства, шпионаже сооб­щать в особый отдел ВЧК». «Хороший коммунист в тоже время есть и хороший чекист» - подчеркивал Ленин. 30 июня 1921 г. ВЧК потребовала «... Принять меры насаждения ос­ведомления на фабриках, заводах, центрах губерний, совхозах, кооперативах, лесхозах, карательных отрядах, деревнях. К работе по постановке осведомления отнестись возмож­но внимательней, соблюдая принципы конспирации». 17 июля 1921 г. ВЧК разработала специальную инструкцию по осведомительной службе. Параллельно с развитием агентур­ного аппарата ВЧК развивались и службы наружного наблюдения («народная разведка») и контроля почтовой и телеграфной корреспонденции. Развитие секретных методов и средств оперативной деятельности требовало изменить структуру ВЧК и ее органов. По­этому в ВЧК был создан секретно-оперативный отдел, который занимался постановкой агентурно-осведомительной работы и службой наружного наблюдения. 14 января 1921 г. в ВЧК было создано секретно-оперативное управление, в состав которого входили 6 отде­лов: особый, секретный, оперативный, информационный, иностранный и регистрационно­статистический.

К концу гражданской войны структура ВЧК стала намного сложнее. Секретно­оперативное управление насчитывало 6 отделов. 25 января 1921 г. было создано экономи­ческое управление, призванное бороться с контрреволюцией в промышленности и торгов­ле. Кроме того в структуре ВЧК имелись: транспортный отдел, специальный отдел, управ­ление делами ВЧК и административно-организационное управление, управление войсками ВЧК, следственная часть и специальное отделение по охране правительства. Схема местных органов ВЧК также представляла сложную структуру. Особому отделу ВЧК подчинялись особые отделы фронтов, армий, дивизий, границ, округов, губернских ЧК. В компетенции иногородних отделов ВЧК были губернские и областные ЧК, уездные ЧК, районные и городские ЧК, полномочные представительства ВЧК. В ведении транс­портного отдела ВЧК находились дорожные, районные и участковые ЧК. Такая структура ВЧК и ее органов, пронизывающая все гражданские и военные учреждения, позволяла ей осуществлять репрессии в массовом порядке. Заметную роль в трагических событиях времен гражданской войны играли специальные войска вспомогательного назначения, находившиеся в подчинении различных ведомств. Так, свои войска формировала ВЧК. Право ВЧК иметь специальные отряды было законодательно закреплены Положением о Всероссийских и местных чрезвычайных комиссиях, утвержденных ВЦИК 28 октября 1918 г. Осенью 1918 г. в основном формирование войск ВЧК было закончено. Числен­ность их менялась в связи с отправкой частей на фронт. В феврале 1919 г. она составляла 22 тысячи штыков и сабель. Помимо ВЧК войска вспомогательного назначения были сформированы и в других ведомствах (НКВД, Народного комиссариата путей сообщения, и др.). Все эти войска не имели общего управления. Силы были распылены. Естественно, что встал вопрос о реорганизации войск вспомогательного назначения. Процесс объеди­нения специальных войск был завершен созданием войск внутренней службы. Постанов­лением СТО от 1 сентября 1920 г. с войсками ВОХР были слиты караульный войска, вой­ска железнодорожной охраны и транспортная милиция в один вид войск - войска ВНУС.

Важную роль в осуществлении карательной политики большевиков играли суды и революционные трибуналы. При обсуждении проекта Декрета о суде, подгтовленного П.И. Стучкой, его основные положения подвергались критике со стороны левых эсеров во ВЦИКе. Потом декрет о суде был принят СНК самостоятельно, минуя ВЦИК, 24 ноября 1917 г. Декрет о суде ликвидировал все старые судебные органы, упразднил институты судебных следователей, прокурорского надзора, присяжных и частной адвокатуры. Пред­варительное следствие возлагалось на местных судей. В роли же обвинителей и адвокатов допускались «все непорочные граждане обоего пола, пользующиеся гражданскими права­ми..». Такая формулировка не устанавливающая форму организации судебной защиты, позволяла организовывать судебное дело без состязательности. Все суды решали вопросы руководствуясь революционной совестью и революционным правосознанием. Суд мог руководствоваться и законами «свергнутых правительств, но лишь постольку, поскольку таковые не отменены революцией и не противоречат революционной совести и револю­ционному правосознанию». Для наведения «строжайшего революционного порядка» сис­темы судов было мало. Поэтому одновременно создается система Революционных трибу­налов. Статья 8 декрета №1 о суде гласила: «Для борьбы против контрреволюционных сил в целях принятия мер ограждения от них революции и ее завоеваний, а равно для ре­шения дел о борьбе с мародерством и хищничеством, саботажем и прочими злоупотреб­лениями торговцев, промышленников, чиновников и прочих лиц, учреждаются рабочие и крестьянские революционные трибуналы, в составе одного председателя и шести очеред­ных заседателей, избираемых губернскими или городскими Советами Р.С. и КР. депута­тов. Для производства же по этим делам предварительного следствия при этих же Советах образуются особые следственные комиссии. Революционные трибуналы создавались по всей стране заменяя старые суды с их «буржуазной законностью». Для рассмотрения кас­сационных жалоб и протестов на приговоры революционных трибуналов, за исключением приговоров Ревтрибунала при ВЦИК (его приговоры не подлежали обжалованию) 11 ию­ня 1918 г. был создан кассационный отдел при ВЦИК. Первые военно-следственные орга­ны возникли в частях, которые вели боевые действия с Дутовым еще весной 1918 г. Они были созданы явочным порядком без санкции высших государственных органов.

Важной составной частью карательного механизма Советского государства явля­лись органы, исполняющие наказание. Для ускорения процесса ликвидации контрреволю­ции предполагалось создать принципиально новую отличную от царской, систему испол­нения наказания, в которой тюрьмы должны были быть заменены воспитательными учре­ждениями на основе новой идеологии. 25 декабря 1917 г. было создано Тюремное управление, преобразованное в январе 1918 г. в Тюремную коллегию. Для охраны мест лишения свободы была создана конвойная стража Республики. В 1918 г. организуются места заключения нового типа - сельскохозяйственные колонии и реформатории. 12 де­кабря 1919 г. в постановлении НКО «Руководящие начала по уголовному праву РСФСР» давались примерные виды наказаний от выражения общественного порицания до объяв­ления врагами революции или народа и расстрела. А 5 сентября 1918 г. СНК в декрете о «красном терроре», подтверждалась законность ленинской идеи, указывал: «Обеспечить Советскую Республику от классовых врагов путем изолирования их в концентрационных лагерях».

Итак, государственная карательная машина, включающая в себя разветвленную сеть чрезвычайных комиссий, судов, революционных трибуналов, мест лишения свобо­ды, была создана. С первых дней Советской власти большевики стремились к тому, чтобы карательные органы находились под их контролем, это им нужно было и для того, чтобы проводить в жизнь свои идеи, и для того, чтобы удержаться у власти. С первых дней по­сле прихода к власти большевики формируют карательные органы по партийному прин­ципу, комплектуя их из своих сторонников. Для координации действий различных кара­тельных органов была создана Центральная межведомственная комиссия по борьбе с бан­дитизмом по главе с председателем Реввоенсовета Республики Э. Склянским. В нее вошли представители ЦК, СТО, ВЧК, НКВД, СОН и других органов.

В стране установилась беспрецедентная в истории партийная монополия на ре­прессивные органы при которой небольшая элитная часть коммунистов управляла эконо­микой, контролировала и распределяла богатство стран. Причем теоретически это обосно­вывалось необходимостью новых производственных отношений для добровольной или принудительной «переделки» «старых» людей и создания «новых» членов будущего ком­мунистического общества. И важнейшая роль в этой «переделке» принадлежала каратель­ным органам.

Государственно-правовое развитие Советской России в годы гражданской войны и иностранной интервенции (октябрь 1917-1920 гг.)

Тенденции развития советского государства

25 октября (7 ноября) 1917 г. в Петрограде вечером в Смольном открылся II Все­российский съезд Советов представлявший интересы люмпенов и деклассированных эле­ментов. Он провозгласил Россию республикой Советов.

В Обращении съезда «Рабочим, солдатам и крестьянам!» содержалась программа первоочередных мероприятий Советского государства: установление мира для всех наро­дов, безвозмездная передача земель крестьянству, демократизация армии, рабочий кон­троль над производством, обеспечение всем народам, населяющим Россию, права на са­моопределение.

Съезд принял декреты о мире и о земле. Декрет о мире предлагал немедленно на­чать переговоры между воюющими странами и заключить справедливый демократиче­ский мир без аннексий и контрибуций. Указанные условия мира не считались ультима­тивными и не исключали возможности рассмотреть другие предложения. (Результатом этих предложений стало заключение Брестского мира).

Декрет о земле национализировал землю, т. е. передавал ее в собственность госу­дарства. Помещичья собственность ликвидировалась. Все граждане России, желавшие обрабатывать землю, получали ее на праве пользования.

В основу Декрета был положен «Примерный наказ», составленный на основе 242 крестьянских наказов. В соответствии с наказом провозглашался принцип уравнительного землепользования, по трудовой или потребительской (по едокам) норме.

Декрет о земле предусматривал возможность различных форм землепользования, выбираемых крестьянами добровольно. Наряду с подворной и хуторской предусматрива­лись коллективные формы хозяйства - артельная, товарищеская обработка земли.

На II Всероссийском съезде Советов было образовано Советское правительство - Совет Народных Комиссаров (СНК) во главе с В. И. Лениным, которое состояло из боль­шевиков (см. схему 54).

На съезде был избран новый состав Всероссийского Центрального Исполнительно­го Комитета (ВЦИК).

Вскоре после съезда меньшевики и эсеры выдвинули предложение о создании од­нородного социалистического правительства, которое включало бы не только большеви­ков, но и представителей всех социалистических партий - эсеров, меньшевиков и др. Надо сказать, что большевики проявили крайнюю непримиримость. Поэтому однородное социа­листическое правительство создать не удалось. Это способствовало обострению социально­политической обстановки в стране. Большевики вступили в блок с левыми эсерами, которые позднее вошли в состав Советского правительства. Блок сохранялся до июля 1918 г.

Схема 54

Высшие органы государственной власти, учрежденные II Всероссийским съездом Советов рабочих и солдатских депутатов

Примечание: количественный состав членов ВЦИК и СНК дан на 26 октября 1917 г.

С победой Октябрьского переворота произошли коренные изменения в обществен­ном строе. С ликвидацией помещичьей собственности на землю перестал существовать класс помещиков. Серьезно были подорваны экономические позиции буржуазии. 10 нояб­ря 1917 г. декретом об уничтожении сословий и гражданских чинов были упразднены все существующие в России сословия, сословное деление граждан, сословные привилегии и ограничения, а равно и гражданские чины. Для всех устанавливалось общее наименование - граждане Российской Республики.

Церковь была отделена от государства, школа - от церкви. Женщина была уравне­на в правах с мужчиной.

В области национальных отношений принятая 2 (15) ноября 1917 г. Декларация прав народов России, право народов на самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельного государства, отмену национальных и национально-религиозных привиле­гий и ограничений, свободное развитие национальных меньшинств и этнических групп.

Строительство новых органов власти осуществлялось на основе слома старого го­сударственного аппарата. Низложение Временного правительства привело к упразднению прежних органов (Сената, министерств и др.).

12 ноября 1918 г. было избрано Учредительное собрание. Большинство в нем полу­чили эсеры. Большевики имели около одной четверти мест. Работа Учредительного соб­рания открылась 5 января 1918 г. Но вскоре оно было разогнано. Это обстоятельство серь­езно повлияло на обострение обстановки в стране, способствовало усилению классового противоречия, состояния гражданской войны.

Для управления государством были созданы комиссариаты (внутренних дел, юсти­ции, просвещения, иностранных дел, военный, военно-морской и др.).

С первых дней перехода власти в руки большевиков стала разваливаться старая армия. Одновременно с этим шел процесс создания новой армии. Ее ядром стали отряды Красной гвардии.

15 января 1918 г. был принят декрет Совнаркома об образовании Красной Армии. Она комплектовалась из представителей трудящихся, достигших 18-летнего возраста. В армию вступали на основе добровольности.

2 декабря 1917 г. учреждается Высший Совет народного хозяйства (ВСХН), кото­рый был призван реализовывать на практике задачи по организации экономики страны и руководству народным хозяйством.

Вслед за центральными органами произошла реорганизация аппарата власти и управления на местах.

TTT Всероссийский съезд Советов в январе 1918 г., провозгласивший федеративное устройство Российской республики, принял решение о разработке проекта Конституции РСФСР.

1 апреля 1918 г. была образована Конституционная комиссия ВЦИК, составленная на многопартийной основе (большевики, левые эсеры, эсеры-максималисты).

Комиссия работала в течение трех месяцев и подготовила в результате острой по­лемики проект Основного Закона. Он был принят 10 июня 1918 г. на V Всероссийском съезде Советов, но оказался фиктивным и недолговечным (см. схему 55).

Конституция РСФСР 1918 г. закрепляла власть Советов и провозглашала програм­му социалистических преобразований. Она закрепляла национально-государственное уст­ройство - федерацию, права и обязанности граждан.

Важной особенностью Конституции РСФСР 1918 г. было закрепление принципа классовости. Это проявлялось прежде всего в том, что избирательных (других политиче­ских) прав лишались представители буржуазии, помещиков, а рабочим предоставлялось преимущество перед крестьянами. Такое положение отражало сложившиеся в стране про­тиворечия и не способствовало их ослаблению.

Схема 55

Годы принятия советских конституций

______________ СССР_____________ _____________ РСФСР_____________
______________ 1918______________
1924 ~
1925 ~
1936 ~
1937 _
1977 ~
1978 _

Все это спровоцировало гражданскую войну как результат чрезвычайного обостре­ния социальной обстановки и крайней непримиримости большевиков. Иностранное вме­шательство еще больше усложнило ситуацию. Гражданская война - величайшая трагедия нашего народа, унесшая вместе с голодом 15-20 млн. человеческих жизней из 150 млн. россиян.

Развернувшиеся военные действия обусловили необходимость проведения опреде­ленных изменений в государственном аппарате. 2 сентября 1918 г. ВЦИК своим декретом объявил страну военным лагерем. Деятельность всех органов подчинялась интересам войны.

В целях объединения работы всех государственных органов в условиях военного времени был создан Совет рабочей и крестьянской обороны. Совет объединял работу во­енного и важнейших хозяйственных ведомств, обеспечивал военный режим в промыш­ленности, на транспорте, в продовольственном деле.

В мае 1918 г. был осуществлен переход от добровольного комплектования Красной Армии к всеобщей воинской обязанности. Воинская обязанность устанавливалась для все­го населения, но принцип классового подбора в армию сохранялся. Буржуазные элементы использовались в тыловом ополчении, для комплектования нестроевых частей и военно­строительных подразделений. Для руководства военными силами был создан Революци­онный Военный Совет Республики (РВСР), Реввоенсоветы на фронтах и в армиях.

В годы гражданской войны проводилась политика военного коммунизма, что при­вело к созданию сверхцентрализованной бестоварной экономики, полному огосударст­влению собственности, созданию государственной повинности, уравнительному распре­делению и милитаризованному принудительному труду. В этих условиях изменилась ор­ганизация управления промышленностью. В ее основу была положена «система главкизма». Ее важнейшей особенностью было полнейшее лишение предприятий хозяйст­венной самостоятельности. Заводы и фабрики не имели собственных оборотных средств. Оборудование, материалы, топливо и все прочее они получали в порядке административ­ного распределения. В таком же порядке они сдавали производимую продукцию. Дого­ворные отношения между предприятиями исключались. Все это вело к развалу промыш­ленности и транспорта.

Продолжалось национально-государственное строительство. Образовался ряд со­ветских республик - Украинская (декабрь 1917 г.), Латвийская, Эстонская (трудовая ком­муна), Литовская (декабрь 1918 г.), Белорусская (январь 1919 г.), Азербайджанская (ап­рель 1920 г.), Армянская (ноябрь 1920 г), Грузинская (февраль 1921 г.).

Между РСФСР и другими советскими республиками развернулось сотрудничество, которое первоначально приняло форму военного союза, в 1920 г. было дополнено хозяй­ственным союзом.

В составе РСФСР возникали автономные государственные образования - Трудовая Коммуна немцев Поволжья (декабрь 1918 г.), Башкирская и Крымская АССР (1920 г.), Чувашская, Вотская (Удмурдская), Марийская, Калмыцкая автономные области, Карель­ская Трудовая Коммуна (1920 г.).

Тенденции развития советского права в 1917-1920 гг.

Формирование основ коммунистического права началось с изданием первых декре­тов Второго Всероссийского съезда советов, сформировавших его принципы. Декрет о суде № 1 отменял действие старых законов, если они противоречили «революционному правосознанию». Последнее и стало главным источником права при отсутствии новых писаных норм. В местных судах в качестве источника продолжали действовать нормы обычного права. Постепенно стала складываться новая судебная практика. «Революцион­ное правотворчество» осуществлялось самими судебными органами, высшими органами власти (съезд, ВЦИК, СНК), руководящими органами политических партий (ЦК) и даже местными советами. Приоритет «революционного правосознания» в качестве источника права, основывался на господстве в первые годы революции психологической теории права, считавшей важнейшим аспектом правовой реальности именно правосознание, а не норму и не правоотношение.

Одной из первых сфер, в которой было осуществлено законодательное нормирова­ние, были брачно-семейные отношения (семья - ячейка общества, и при перестройке последнего обязательно подвергается воздействию первая). В декабре 1917 г ВЦИК и СНК приняли декреты, отменявшие всякие ограничения (разрешение родителей на брак, различие в вероисповедании брачующихся и пр.), узаконивающие только гражданскую скую форму брака, устанавливающие свободу развода. В сентябре 1918 г. ВЦИК принял Кодекс законов об актах гражданского состояния, брачном, семейном и опекунском праве. В кодексе подчеркивалось, что церковный брак не порождает никаких юридиче­ских последствий; переезд одного из супругов не влечет обязанности другого следовать за ним; отменялся принцип общности имущества супругов. Воспитание детей рассматрива­лось как общественная обязанность родителей, а не как их частное дело. Провозглашался принцип раздельности имущества родителей и детей, запрещалось усыновление. Законо­датель опасался скрытой «социально-экономической эксплуатации трудящихся» под ви­дом старых правовых отношений (наследования, завещания, усыновления, опеки и т.п.)

С целью «узаконения» повального грабежа населения 27 апреля 1918 г. был принят декрет «Об отмене наследования» по которому все виды наследования (по закону и по завещанию) отменялись, наследственная масса ограничивалась суммой в 10 тысяч рублей (все остальное имущество переходило в собственность государства) и поступала родст­венникам умершего в виде «меры социального обеспечения» на праве управления и рас­поряжения. Тем самым законодатель стремился перекрыть еще один источник «нетрудо­вого обогащения». Ту же цель преследовал майский 1918 г. декрет ВЦИК «О дарениях», запретивший всякое «безвозмездное предоставление (передача, переуступка и т.п.) иму­щества на сумму свыше десяти тысячи рублей».

В декабре 1917 г. ВЦИК принял, положение «О страховании на случай безработи­цы» и декрет «О страховании на случай болезни». Эти меры социальной защиты обеспе­чивались из фондов предприятий. Весной 1918г. было сформирована новая инспекция труда, избираемая профсоюзными организациями.

31 октября 1918 г., в демагогических целях было принято Положение о социальном обеспечении трудящихся.

В декабре 1918г. был принят первый Кодекс законов о труде РСФСР, разработан­ный Наркоматом труда и ВЦСПС и обобщающий все предшествующее советское законо­дательство о труде. Действие кодекса распространялось на всех лиц, работающих по най­му во всех секторах хозяйства (государственном, кооперативном, частном). В кодексе за­креплялись нормы труда (продолжительность рабочего дня для разных категорий трудящихся и для различных условий труда) и отдыха (отпуска, выходные дни), устанав­ливались льготы для подростков и женщин. Большая роль в разрешении вопросов о труде и отдыхе отводилась профсоюзам и инспекциям Наркомата труда. КЗоТ заменил систему социального страхования (выплат из фондов предприятий и учреждений) системой соци­ального обеспечения (выплат из централизованных фондов государства), что было связано со структурными изменениями в экономике - сплошной национализацией производства и централизацией управления и финансирования. КЗоТ вводил также Трудовую повинность для лиц от 16 до 58. Но в условиях гражданской войны и разрухи никаких фактических возможностей гарантировать социальную защиту естественно не было.

Сфера нового гражданского права формировалась в ходе процессов национализа­ции. Кроме объектов промышленности, транспорта и финансов национализация охватила и сферу жилья.

В соответствии с Декретом об уничтожении сословий и гражданских чинов от 10 но­ября 1917 г., были конфискованы даже средства общественных организаций.

Тотальные конфискации вызвали неизбежный развал производства. Попытка его ор­ганизации путем принятия Положения о рабочем контроле 16 ноября 1917 г. оказалось бредом. Рабочие естественно не смогли заменить специалистов. Тогда большевики пошли административно-командным путем - раздувания штатов неквалифицированных, но идео­логически преданных чиновников. В одном только ВСНХ насчиталось несколько десятков структурных подразделений, не говоря уже о таких организациях, как Чрезвычайная ко­миссия по заготовке лаптей и ей подобных.

Произошло резкое сокращение торгового оборота, из которого были изъяты нацио­нализированные имущества, ценные бумаги (акции, купоны). Государственные монопо­лии на хлеб, текстиль, нефть, спички и т.п. предельно сократили товарооборот. Система «главкизма» исключала товарно-денежные отношения между предприятиями, монополия внешней торговли - из сферы экспортно-импортных отношений частных лиц и частные капиталы. Натуральный продуктообмен вытеснил денежные отношения, на правовом уровне происходило соответствующее вытеснение гражданско-правовых норм админист­ративно-правовым регулированием. Нормативное запрещение частной торговли привело к тому, что областью торговых отношений стал сохранившийся подпольный «черный ры­нок», где эти отношения были деформированы и искажены.

Особенно бессовестную политику и соответствующее ей законодательство больше­вики проводили в отношении крестьян. В демагогических целях они приняли известный Декрет о земле. Но как только укрепились у власти, с мая 1918 г., начали проводить по­литику откровенного геноцида против крестьян - проддиктатуру и продразверстку.

В феврале 1919 г. ВЦИК издал положение «О социалистическом землеустройстве и о мерах перехода к социалистическому земледелию». Вся земля определялась в каче­стве единого государственного фонда. Фонд находился в непосредственном заведовании и распоряжении соответствующих наркоматов. Создаются совхозы, коммуны, общества по совместной обработке земли. Все формы единоличного землепользования рассматривают­ся как отживающие. Целью ставится создание единого производственного хозяйства и постепенное огосударствливование землепользования.

Разработка отдельных отраслей, институтов и норм права происходила на основе складывающейся экстремистской практики и соответствующей ей законодательной базы (декреты СНК и постановления ВЦИК).

В области уголовного права важное значение имело принятие в декабре 1918 г. Ру­ководящих начал по уголовному праву РСФСР. Этот акт содержал в себе нормы общей части уголовного права. В нем давалось определение понятия преступления, устанавлива­лись виды наказаний. Но в целом отношение большевиков к праву было отрицательным и понятие закон подменялось «революционной сознательностью», т. е. произволом.

Государственно-правовая организация Белого движения

Коммунистический геноцид вызвал массовое сопротивление народов России. Рус­ские патриоты сгруппировались в неоднородное по составу «Белое движение», основу которого составили офицеры старой армии. В ходе начавшейся гражданской войны под контроль «белых» попали обширные районы Сибири, Урала, Поволжья, Дона, Северного Кавказа, Крыма, Северо-Западного края, Туркестана и другие регионы.

Между «белыми» армиями Колчака, Деникина, Юденича (а позднее Врангеля) было осуществлено военно-политическое размежевание занятых ими территорий. Их пределы постоянно изменялись, хотя общая регионализация сохранялась.

На территориях, занятых «белыми» армиями, восстанавливалась деятельность орга­нов местного самоуправления (земств, городских дум), ликвидированных советами. Цен­тральная власть была сосредоточена в руках Главнокомандующего, который мог опирать­ся на демократические органы - советы, совещания, комитеты. На территории, контроли­руемой чехословацким легионом и адмиралом Колчаком, было воссоздано Учредительное собрание в качестве парламентского органа.

В апреле 1920 г. в Крыму генерал Врангель принял всю полноту военной и граждан­ской власти с санкции Правительствующего Сенат.

Приказом Главнокомандующего вооруженными силами Юга России в марте 1920 г. было введено Положение об управлении областями, занимаемыми вооруженными си­лами Юга России. Наряду с членами военного командования, оно устанавливало должно­сти государственного контролера, начальника гражданского управления (ведающего во­просами земледелия, землеустройства, юстиции и просвещения), начальника хозяйствен­ного управления (ведающего финансами, продовольствием, торговлей, промышленностью и путями сообщения), начальника управления иностранных сношений. Эти должностные лица входили в Совет, имеющий характер совещательного органа при Главнокомандую­щем. Последнему подчинялись казачьи части и органы самоуправления, до 1920 г. имев­шие довольно широкую автономию.

В апреле 1920 г. Правительство Юга России образовало комиссию по разработке зе­мельного вопроса. Основными принципами реформы стали частная собственность на зем­лю, максимальное число пользователей, посредничество государства в земельных сдел­ках. Предполагалось, что реформа будет распространена на все пространство России по­сле победы над большевиками. Все наделяемые землей получали ее в собственность за выкуп и в законном порядке. Для проведения реформы на местах создавались органы зем­ского самоуправления. Размеры участков определялись земельными советами и утвер­ждались правительством. Бывшие «показательные» хозяйства или совхозы передавались в государственное управление или волостным земствам с обязательством «сохранения в них правильного хозяйства». Земли, при советской власти включенные в коммуны, перерас­пределялись волоотными земельными советами между частными лицами. Из общих пра­вил об отчуждении изымались и сохранялись за собственниками права на следующие ви­ды землевладений: надельные земли, купленные при содействии крестьянского банка; выделенные на хутора и отруба; отведенные церквям и монастырям; принадлежащие сельскохозяйственным учреждениям; относящиеся к городским поселениям; огородные. При проведении реформы подчеркивалось, что право частной собственности всегда усту­пает интересам общегосударственным, однако главной целью оставалось «укрепление права бессословной частной земельной собственности», т.е. реформа продолжала столы­пинскую аграрную традицию, хотя техника реформы (два этапа проведения: акт владения землей и последующее нотариальное закрепление права собственности) напоминала по­рядок проведения реформы в 1861 г.

Правительство Юга России разработало также «Правила о восстановлении волост­ных и уездных земств». При этом предполагалось права, которыми обладали уездные зем­ства, перенести на волость, а на уезд права бывших губернских учреждений. Гласные во­лостных земских собраний избирались сельскими сходами, участие в которых должны были принимать только земледельцы-домохозяева. Уездные земские собрания составлялись из гласных, избираемых волостными земскими собраниями. В дополнение к модели земских органов 1864 г. по приказу Главнокомандующего войск Юга России должны были изби­раться на волостных земских собраниях еще и волостные земельные советы (кроме управ). В целом реформа местного самоуправления ориентировалась на земское Положение 1892 г.

Постановления земских собраний могли быть приостановлены: по волости - началь­ником уезда, по уезду - губернатором. Дальнейший спор мог разрешиться председателем съезда мировых судей, окружным судом, присутствием уездного правления или высшей центральной властью.

На территории Правительства Юга России действовала система военно-полевых су­дов, корпусные и военно-судные комиссии при начальниках гарнизонов (в составе предсе­дателя и пяти членов). Комиссии подчинялись главному прокурору, военно-полевые суды - войсковым начальникам. Несколько позже в состав корпусных и гарнизонных комиссий были включены с правом совещательного голоса по два представителя от крестьянства волости. Предварительное следствие проводилось одним из членов комиссии, тем самым следствие и судопроизводство смешивалось (по аналогии с деятельностью органов ВЧК, действовавших на советской территории). При рассмотрении дел военно-судные комис­сии руководствовались правилами о военно-полевых судах. Приговоры утверждались во­енными начальниками. В случае несогласия последних с приговором дело передавалось в корпусной или военно-окружной суд.

Уголовный розыск отделялся от государственно-правового (контрразведка). В каче­стве административной меры применялась «высылка в советскую Россию лиц, изобли­ченных в явном сочувствии большевизму, в непомерной личной наживе» (мера, сходная с той, которую предусматривали Руководящие начала по уголовному праву РСФСР 1918г.). Право высылки было предоставлено губернаторам и комендантам крепостей.

Государственно-правовая политика правительства Юга России в августе 1920 г. формулировалась в следующих декларациях: будущий государственный строй России предлагалось определить народу России; равенство гражданских и политических прав граждан; предоставление в полную собственность земли обрабатывающим ее крестьянам; защита интересов рабочего класса и его профессиональных организаций; объединение различных частей России «в одну широкую федерацию, основанную на свободном согла­шении»; восстановление производительных сил России «на основах, общих всем совре­менным демократиям, предоставляющих широкое место личной инициативе»; признание международных обязательств, заключенных предыдущими правительствами России; вы­полнение обязательств по выплате долгов.

В мае 1918 г. чехословацкий корпус завязал бои с красными частями в Западной Си­бири. Поощряемый союзниками корпус двинулся к Волге, отрезав Центральную Россию от Сибири. В июне чехословаки взяли Самару. Антибольшевистские партии (эсеры и меньшевики) создали Временное правительство в Самаре. В июле 1918 г. в Омске было создано Сибирское правительство, управлявшее Западной Сибирью. В Чите атаман Семе­нов сформировал летом 1918 г. центр власти, контролировавший Забайкалье.

В сентябре 1918 г. на Уфимском совещании была предпринята попытка объединить все эти территории под единым руководством. На совещании присутствовали представи­тели Омского, Самарского правительств, национальных (казахского, тюркско-татарского, башкирского) и казачьих военных правительств. Они подписали акт, учреждавший Все­российское временное правительство. Власть сосредотачивалась в руках Директории ( из пяти директоров) с центром в Омске. В ноябре 1918 г. адмирал А.В.Колчак свергает Ди­ректорию и принимает титул Верховного правителя. К лету 1919 г. этот титул за ним при­знали союзники и «белые» генералы, контролировавшие другие регионы России.

В Сибири в 1918-1919гг. был установлен политический режим, руководимый Директо­рией во главе с Верховным правителем России (Колчак), режим более либеральный, чем на Юге России. Политический блок, на который опиралось Сибирское правительство (со столи­цей в Омске), включал широкий спектр партий - от монархистов до социалистов (эсеров и меньшевиков). На территории Сибирского правительства было созвано Учредительное соб­рание, обсуждавшее вопросы, поставленные им еще в январе 1918 г. Были восстановлены земские и городские органы самоуправления, мировые суды, профессиональные союзы и общественные организации, а также действие уставов и уложений, принятых до октября 1917г.

Наступление «красных», уход чехословаков и массовые восстания в январе 1920 г. привели к падению правительства Колчака. Власть перешла к местному (Иркутск) Поли­тическому центру, состоявшему из эсеров, которые вскоре передали ее большевистскому Военно-революционному комитету. Задержанного чехословаками Колчака ВРК пригово­рил к расстрелу в феврале 1920 г.

В январе 1920 г. в Томске в результате переговоров представителей эсеров, больше­виков и американского правительства было принято решение об образовании «буферно­го» государства. Свержение Политического центра большевиками прервало этот процесс. Но в апреле 1920 г. Учредительное собрание в Верхнеудинске провозгласило создание независимой демократической Дальневосточной республики (ДВР). Советское правитель­ство признало республику в мае 1920 г. В июле 1920 г. ее признала Япония. В декабре 1920 г. ДВР установило с РСФСР соглашение о границах между обеими республиками. В апреле 1921 г. была принята Конституция ДВР, закрепившая демократические формы го­сударственности, однако политический и военный контроль в республике осуществляла Москва. В октябре 1922 г. японские войска ушли из Приморья, «белое» правительство во Владивостоке пало и установилась власть правительства ДВР. В ноябре 1922 г. Учреди­тельное собрание проголосовало за упразднение ДВР и включение ее территории в РСФСР.

На территориях, оккупированных войсками иностранных государств, устанавливался военный режим и применялись нормы права этих государств (применительно к условиям военного времени). Параллельно и под контролем военных властей действовали органы ме­стного самоуправления. В национальных окраинах (в Литве, Эстонии, Азербайджане и т. д.) воссоздавались дореволюционные органы власти и формировались новые системы права.

Нескоординированность военно-политических акций «белых» армий и режимов, из­менения во внешнеполитической ситуации (революция в Германии, прекращение интер­венции со стороны союзных держав и поддержки ими «белых» армий), внутриполитиче­ская стабилизация в самой России привели к поражению «белого движения».

Многомиллионная эмиграция из России (1920-1922 гг.) носила пестрый политиче­ский характер. Соответственно весьма различными были государственно-политические программы разных партий, течений и группировок. Эти программы были ориентированы на применение в «будущей России» и давали представление о развитии государственно­правовой мысли в «России № 2» (эмигрантской). Центром правовой мысли стала Прага (Чехословакия), где на базе Русского юридического факультета сгруппировались лучшие кадры правоведов; центрами эмигрантской политической мысли стали также Париж, Бер­лин, Харбин, София и Белград. Определенное политическое влияние исходило из Риги, Вильнюса и Ревеля (Таллинна).

В январе 1920 г. В Праге был опубликован проект Основ Конституции Российского государства, обсуждавшийся в среде русских политиков различных направлений и право­ведов в Ростове, Крыму и Париже (Г. Львов, П. Струве, Б. Савинков, П. Новгородцев, Н. Львов и др.). Главные идеи проекта заключались в следующем: форму государственного устройства России должно определить Учредительное собрание; Глава государства изби­рается общим собранием двух палат простым большинством голосов; все акты, издавае­мые Главой государства, скрепляются подписью канцлера; Глава государства назначает и увольняет высших чиновников, созывает палаты и областные съезды.

Законодательная власть осуществляется двумя палатами: Государственной думой и Государственным советом. Государственная дума избирается на основе всеобщего и равного избирательного права. Государственный совет - областными сеймами.

Общеимперское Управление Государства состоит из ряда министерств, главы кото­рых, как и Канцлер, ответственны перед Государственной думой.

Высшими судебными инстанциями являются Верховный уголовный и гражданский и Верховный административный суды.

Все Российское государство разделяется Учредительным собранием на области, со­образно национальным, экономическим и социальным местным условиям. Каждая об­ласть управляется областным сеймом и правительством. Областные сеймы состоят из одной палаты, областные правительства - из председателя Совета министров и министров (в Советской России исполкомы местных советов повторяли структуру СНК, областные правительства - структуру имперского правительства). Сохраняется дореволюционная система губернских и уездных земств, избиравших специальные комиссии (исполнитель­ные органы). Областные сеймы избирают советы по городским и сельским делам.

Предполагаемое в проекте областное деление России напоминало ту форму устрой­ства, которую предлагали эксперты Наркомюста при составлении проекта Конституции РСФСР 1918 г. (территориальные коммуны). Государственно-политические программы партий и объединений предлагали различные формы государственного устройства Рос­сии: от унитарной монархии до конфедерации демократических республик.

В эмиграции различные политические силы выработали ряд организационно­правовых форм своей деятельности. В январе 1921 г. в Париже прошел съезд националь­ного объединения, на котором была сделана попытка преодолеть разногласия между сто­ронниками монархического и республиканского государственного устройства России.

В апреле 1926 г. в Париже прошел Зарубежный съезд, провозгласивший Вождем на­ционального движения Вел. кн. Николая Николаевича, и планировавший «возрождение Великодержавного Российского государства». С этим была связана цель съезда «органи­зация и мобилизация Зарубежной России ради воскрешения и воссоздания Национальной России. На съезде были представлены различные монархические организации: Русское Зарубежное Патриотическое объединение. Высший монархический совет и другие поли­тико-государственные монархические центры.

В июне 1921 г. в Германии состоялся Съезд хозяйственного восстановления России, в котором приняли участие бывшие члены Государственной Думы? Государственного

Совета и Совета Министров. Съезд принял резолюцию, в которой говорилось, что госу­дарственное устройство России должно быть основано на передаче органам местного са­моуправления «тех предметов ведения в делах местного законодательства, управления и суда, которые, не имея в отдельности общегосударственного значения, сохраняют во всей полноте общегосударственную связь, образующую из совокупности областей страны Единую Российскую Империю».

В спектре государственно-политических программ русской эмиграции можно выде­лить четыре основных направления:

1. Реставрационно-монархическое, центром которого был Высший монархический со­вет. Течение в свою очередь, раскололось на «николаевцев», поддержавших Вел. кн. Нико­лая Николаевича, и «кирилловцев» — сторонников Вел.кн. Кирилла Владимировича, который объявил себя в октябре 1922г. Императором России и принял довольно «левую» ориентацию, признав советы, земельные преобразования в России и принцип федеративного устройства. В 20-е гг. отдельные монархические организации стали заметно склоняться в сторону консти­туционализма. «Русский совет» в 1921 г. включает в свою программу такие пункты: учет национальных особенностей при организации государственного устройства России, обеспе­чение свободы трудового договора, гарантии собственности на землю для крестьян.

2. «Непредрешенцы-монархисты» группировались вокруг Российского Центрально­го объединения, образованного на развалинах «Национального комитета». Для этого тече­ния были характерными требования сильной власти и вождя, но не обязательно - власти императорской и монархической.

«Всероссийский монархическо-демократический союз» предлагал следующую фор­мулу власти: «царь и власть закона в лице народного представительства, созванного на началах, установленных Учредительным Собранием». Народно-монархическая партия называла себя «партией русских трудящихся», врагом всяких сословных привилегий, на­стаивала на создании системы корпораций, в которую будут включены все граждане (ана­лог фашистского корпоративного государства в Италии), призывала к восстановлению России как «правового государства, однако при верховенстве Императора». При этом от­мечалось, что отсутствие четкого проекта нового государственного строя привело к паде­нию «белого» движения.

Несколько позже, в конце 20-х гг., «Российский Императорский союз» провозглаша­ет будущий государственный строй России как конституционную монархию, основанную на синдикалистском (корпоративном) движении.

3. «Демократически-республиканское», основу которого составляли кадеты и правые социалисты. Они отстаивали «демократическую федеративную республику с сильной подзаконной и ответственной перед народным представительством исполнительной вла­стью», восстановление свободной экономической деятельности, отказывались от идеи возвращения земли и предприятий бывшим владельцам. Подчеркивалось, что «государст­во должно само определить пределы своего вмешательства в народное хозяйство». Цен­тром этого течения стало Российское демократическое объединение, образованное в 1922г. В его программе была провозглашена «замена советов народоправством, демокра­тической республикой», выдвинут лозунг: «Демократия без Учредительного Собрания не есть демократия», допускалась мысль о возможном сохранении крестьянских советов, которые пошлют своих делегатов в Учредительное Собрание. Федерацию предполагалось сформировать из двух групп республик: с менее широкими правами и с более широкими.

4. «Демократически-социалистическое» течение включало «:народных социалистов», эсеров и социал-демократов. В рамках этого направления возникли различные группы «сменовеховского» толка, ориентирующиеся на перерождение советской власти и оцени­вавшие октябрьский переворот как «национальную революцию». В Софии, Харбине, Праге возникли группы «национал-большевиков», «партии национальных демократов», «нацио­нально-трудовой союз нового поколения», младороссов и евразийцев. Для этих движений были характерны ярко выраженный национализм, солидаризм и активизм. Некоторые из них позже примкнули к итальянскому фашизму и германскому национал-социализму. Осо­бое место принадлежало евразийству, рассматривавшему Россию - Евразию как особый геополитический мир, особую культуру. Евразийцы настаивали на сильной идеократиче- ской государственности, основанной на «идее-правительнице» и федеративном устройстве с сильным центром. Близкие к ним «младороссы» предлагали в будущей России сочетать на­следственную монархию с системой советов. Политические партии предполагалось заме­нить профессиональными корпорациями, воссоздать государственную религию.

Государственно-политические программы русской эмиграции оказали незначитель­ное влияние на внутриполитическую жизнь России, но отражали многие реальные про­цессы, происходившие в сферах государственного, национального и правового строитель­ства страны.

Советская государственная система в условиях НЭПа (1921-1929 гг.)

Тенденции государственного развития

К 1921 г. большевики победили в гражданской войне. Но это был мир над могилами. Общий объем промышленного производства упал до 20-30% от уровня 1913 г., а по круп­ной промышленности - до 13-14%. Производство продукции сельского хозяйства сокра­тилось на одну треть. Железнодорожный транспорт был парализован.

Недовольство охватило крестьянство. Прошли крестьянские восстания в Сибири, на Тамбовщине, восстали моряки Кронштадта.

Необходимо было искать выход из экономического и политического кризиса, охва­тившего страну.

Руководство большевистской партии и Советского государства принимает решение об отмене военного коммунизма и переходе к новой экономической политике (НЭП), т. е. частичном допущении капитализма, элементов рыночных отношений в тоталитарной эко­номике. Первым шагом в этом направлении стала замена продразверстки продналогом, т. е. фиксированными платежами государству. Размер продналога был в 2 раза меньше продразверстки. Это положило начало перехода к нэпу.

В деревне было разрешено сдавать землю в аренду, применять наемный труд. В го­родах была частично денационализирована мелкая промышленность, разрешена частная торговля, на место трудовых мобилизаций пришел наемный труд. Произошла перестройка управления экономикой, была ослаблена централизация, предприятия переходили на хоз­расчет, они получили некоторую самостоятельность.

Одной из важнейших проблем, решение которой носило неотложный характер, была проблема формально-юридического объединения советских республик в одно унитарное государство

Сложившиеся к моменту окончания гражданской войны отношения между респуб­ликами в виде военного и хозяйственного союза, двусторонние союзные договоры между ними в новых условиях мирного строительства стали недостаточными. Поэтому возникла необходимость найти форму более тесного государственного единства между республика­ми.

Однако новая форма государственного единства Советской страны была найдена не сразу. Были различные предложения: вступление союзных республик в РСФСР (сталин­ский план «автономизации»), превращение советской страны в унитарное государство, объединение республик на основе конфедерации.

Решение вопроса об объединении советских республик проходило в острой полити­ческой борьбе. И только в результате вмешательства В. И. Ленина было найдено прием­лемое решение: объединить советские республики в союзное государство, все члены ко­торого были бы равноправными. Республики оставались формально суверенными, пере­давая важнейшие отрасли управления в ведение федерации, которая была названа Союзом Советских Социалистических Республик (СССР).

30 декабря 1922 г. в Москве открылся T съезд Советов СССР, состоявший из пред­ставителей РСФСР, Белоруссии, Украины и ЗСФСР. Съезд принял Декларацию об обра­зовании СССР и Договор об образовании СССР, в которых закреплялся факт создания нового союзного государства, в которое объединялись РСФСР, БССР, УССР, ЗСФСР.

Съезд принял решение о разработке и принятии Конституции СССР. В течение 1923 г. шла разработка Основного Закона СССР. Она велась на базе Декларации и Договора об образовании СССР.

6 июля 1923 г. ЦИК СССР утвердил проект Конституции СССР и ввел его в действие.

31 января 1924 г. TT съезд Советов СССР окончательно утвердил Конституцию СССР (см. схему 56).

Конституция закрепляла СССР как союзное государство с равноправными субъек­тами, в котором суверенитет Союза сочетался с суверенитетом его членов - союзных рес­публик, но реально вся полнота власти оставалась по-прежнему у коммунистов.

Конституция закрепляла систему органов государственной власти Союза ССР, опре­деляла компетенцию Союза и союзных республик.

Переход к мирной работе по восстановлению народного хозяйства, проведение но­вой экономической политики обусловили необходимость изменений в государственном аппарате.

Суть этих изменений состояла в том, чтобы отказаться от некоторых крайностей, сложившихся в годы гражданской войны (обюрокрачивание Советов, разбухание аппара­та, его милитаризация). Вместе с тем изменения преследовали цель укрепления государ­ственного аппарата как строго централизованной системы, соответствующей авторитар­ному политическому режиму, построенному на строго иерархической структуре власти, не допускающей никаких оппозиционных подвижек при наличии в экономической облас­ти разнообразия форм собственности.

Одним из первых мероприятий стало оживление деятельности Советов. Оно пресле­довало цели ликвидации ситуации, сложившейся за годы гражданской войны, когда в ра­боте Советов стало преобладать администрирование, они занимались лишь фискальной деятельностью (сбором продразверстки, налогов и т. д.).

Меры по оживлению деятельности Советов, проведенные в 1924-1925 гг., предусмат­ривали проведение их перевыборов, с обеспечением активности избирателей, привлечение трудящихся к работе Советов через секции Советов и депутатские группы. В национальных районах укреплению Советов способствовала политика коренизации, привлечение лиц ко­ренной (нерусской) национальности в Советы, другие государственные органы.

Существенно реорганизована была система управления народным хозяйством. Дея­тельность хозяйственных ведомств объединялась в едином экономическом центре - Сове­те Труда и Обороны (СТО). Председателем СТО был председатель Совнаркома, а членами - наркомы по военным делам, труда, путей сообщения, земледелия, продовольствия, РКИ, председатель ВСХН и представитель ВЦСПС. На СТО возлагалось согласование деятель­ности ведомств в области обеспечения обороны страны и хозяйственного строительства.

Схема 56 Высшие органы государственной власти и управления СССР по Конституции 1924 г.

Для разработки единого государственного плана развития народного хозяйства и общего наблюдения за его исполнением в 1921 г. была создана Государственная общепла­новая комиссия (Госплан).

ВСХН (после образования СССР - ВСХН СССР) руководил промышленностью. Действовавшая в годы гражданской войны система главкизма была отменена. Поскольку в промышленности внедрялись хозрасчетные отношения, лучшей формой управления про­мышленностью были признаны отраслевые хозрасчетные объединения (по металлургии, машиностроению, электротехнике и т. д.). В условиях нэпа на хозрасчет были переведены промышленные тресты, в 1927 г. хозрасчетные права получили отдельные предприятия.

Управление сельским хозяйством осуществляли наркомземы союзных республик, губернские и уездные отделы исполкомов. В декабре 1929 г. был создан союзно­республиканский наркомат земледелия СССР.

В рассматриваемый период была проведена реорганизация системы репрессивных органов. В 1922 г. учреждается прокуратура как специальный орган надзора за законно­стью. Она действовала в рамках союзных республик на началах строгой централизации.

Тогда же возрождается адвокатура. По положению об адвокатуре, принятому в мае 1922 г., при губернских отделах юстиции предусматривалась организация коллегий за­щитников, на которые возлагалось обеспечение защиты обвиняемых по уголовным делам, представительство сторон в гражданском процессе, оказание помощи населению - дача консультаций по юридическим вопросам.

Проведенная в 1922 г. судебная реформа предусматривала создание единой трех­звенной судебной системы: народный суд, губернский суд, Верховный суд республики.

Верховный суд СССР главным образом был призван давать руководящие разъясне­ния судьям по вопросам общесоюзного законодательства, рассматривать законность тех или иных постановлений союзных республик с точки зрения Конституции СССР.

В 1922 г. ВЧК была реорганизована в Государственное Политическое Управление (ГПУ). Из компетенции ГПУ изымались все общеуголовные дела. Решение дел о контрре­волюционных преступлений передавалось судам. Однако фактически ГПУ сохранило право внесудебной расправы по политическим делам (при нем существовало Особое со­вещание). После образования СССР создается ОПГУ - Объединенное Государственное политическое управление при СНК СССР.

После окончания гражданской войны была проведена военная реформа. В 1924 г. была введена так называемая «смешанная система» построения армии. Наряду с постоян­ными войсками в составе Красной Армии создавались территориальные части (в них прохо­дили трехмесячную военную подготовку призывники, как правило по месту жительства).

В условиях нэпа проводились меры по рационализации государственного аппарата, в частности, преодоление такого явления как его чрезмерное разбухание и бюрократиза­ция. С этой целью проводились сокращения штатов и чистки государственного аппарата. Чистке подвергались так называемые чуждые элементы (выходцы из буржуазии, старого чиновничества, т. е. специалисты), а также обюрократившиеся работники. На их место выдвигались идеологически преданные, но непрофессиональные малограмотные рабочие и крестьяне (выдвиженцы). Для борьбы с бюрократизмом в госаппарате была осуществле­на реорганизация Рабоче-крестьянской инспекции (РКИ). Центральный аппарат был объе­динен с Центральной контрольной комиссией РКП(б) (ЦКК-РКИ). Основной задачей ор­ганов ЦКК-РКИ стала борьба с нарушениями в деятельности государственных органов и разработка путей их устранения.

Основные тенденции развития советского права в 20-е годы

Законодательные акты, по переходу к НЭПу были крайне противоречивы. С одной стороны разрешались элементы рыночных отношений, но с другой - сохранялся тоталь­ный контроль государства. В целом кодификация строилась на основе идеологии комму­низма.

Переход после гражданской войны к мирному хозяйственному строительству акти­визировал дальнейшую разработку гражданско-правового законодательства, нормирую­щего основные направления хозяйственной работы. Новый этап развития поставил ряд важнейших правовых проблем, в том числе вопросы о правовых источниках и юридиче­ской технике. Первоначально роль источника права играло революционное правосозна­ние. Поскольку практика и «революционное мировоззрение трудящихся масс» в тот пери­од еще не могли выливаться в форму определенных законов, а старое законодательство было неприемлемым для нового строя, революционное правосознание оставалось почти единственным источником права. В 1917-1918 гг. принимались новые декреты о суде, в каждом из которых так или иначе интерпретировалось понятие революционного право­сознания. Так, в ст. 5 Декрета о суде №1(1917 г.) говорилось о «революционной совести» и о «революционном правосознании» как о синонимах. В ст. 36 Декрета о суде № 2 (1918 г.) упоминается уже «социалистическое правосознание», а в ст. 22 Декрета о суде № 3 (1918г.) - «социалистическая совесть». Уже на данном этапе делалась попытка разграни­чить категории «революционная совесть» и «революционное правосознание». Первая оз­начала субъективную способность осознавать и применять революционное правосозна­ние, второе - объективное содержание права. Правоведы 20-х гг. придавали важное зна­чение этим декретам, но все же главное место отводили судебному решению как ведущей форме правотворчества. Объяснялось это отчасти тем, что декреты этого периода (1917­1920 гг.) представляли собой нечто разрозненное и не приведенное в систему. На данном этапе «революционное правосознание» составляло стереотип «революционной законно­сти» вообще, которая, в свою очередь, почти совпадала с представлением о «революцион­ной целесообразности». Лишь к концу периода «военного коммунизма» в правовой тео­рии произошла определенная дифференциация этих категорий.

С переходом к нэпу развернулась новая дискуссия по вопросу о революционной закон­ности и ее отношении к экономике переходного периода. Под революционной законностью стали понимать тот правопорядок, который признавался «верховными органами пролетар­ской диктатуры» целесообразным и общеобязательным (П. Стучка). Правосознание стало рассматриваться в качестве ведущего принципа правотворчества, положенного в основу за­конодательства и наиболее определенно выявляющегося в содержании принимаемых кодек­сов.

Сама кодификация рассматривалась в этой связи только как этап в осуществлении революционного правосознания (или целесообразности), как способ «лучшего в данных условиях достижения цели». Законодательные нормы не могли покрывать всего многооб­разия действительности, в каждый отдельный момент точно отражать «опыт хозяйствен­ного строительства». В этой ситуации революционное (или как чаще стали говорить в 20-е гг. - социалистическое) правосознание приобретало новую роль - роль метода, воспол­няющего пробелы в законе. Так, ст.9 УК РСФСР (1922г.) определила социалистическое правосознание в качестве руководящего начала для применения статей кодекса, а ст. 10 УК РСФСР (об аналогии в применении мер социальной защиты) предоставляла этому принципу вполне конкретную область реализации. Та же роль отводилась правосознанию и в ст. 4 ГПК РСФСР (1923 г.)

В целом в правовой теории 20-х гг. под революционной законностью стали понимать установленный и определенный государством правопорядок, комплекс правил, что связы­валось с необходимостью разработки системы соответствующих норм. Расчет на скорое отмирание права (при социализме) обусловил особое отношение к правовой норме: «закон отмечает те вехи, по которым определяются границы данного правопорядка, данной сис­темы правовых отношений... Теоретически закон должен дать основной принцип данной системы, а остальное - уже дело пролетарского суда» (П. Стучка).

Ориентация на «революционное правосознание» как на важнейший источник права содержалась в концепциях сторонников психологической теории права (М. Рейснер). Они нередко отождествляли собственно право с революционным правосознанием.

Аргументам психологистов противопоставлялась социологическая интерпретация права. С этой точки зрения законодательство являлось не чем иным, как плановой политикой. «Мы не говорим о верховенстве законов, но говорим, что части подчинены целому и что в социальном строительстве отдельные его акты увязываются объединяющим их общим планом» (И. Ильинский).

Советские правоведы 20-х гг. столкнулись с важным противоречием, заложенным в са­мой правовой системе переходного периода, - между «пролетарским судом» и «буржуазным правом». Преемственность юридических форм («буржуазное» - советское право) выража­лась, в частности, в том, что праву переходного периода наряду с принципом целесообразно­сти был присущ и принцип «справедливости». Хотя последняя ни разу прямо не упоминалась в ГК РСФСР, но определенно присутствовала в содержании его статей (что видно из положе­ний ст. 142 ГК РСФСР или ст. 137 ГПК РСФСР 1922 г.), в ряде случаев даже определяя гра­ницы применения закона. Судебная и правоприменительная практика представлялась совет­ским правоведам наиболее эффективным средством противодействия «буржуазным» нача­лам, все еще существующим в праве переходного периода. «Творческая активность судебной практики, точно ограниченная исключительно интересами государства и трудящихся, но во­все не ограниченная неподвижными рамками закона» - в этом виделся главный корректив правотворческой деятельности в условиях переходного общества.

Разрешение дилеммы «пролетарский суд -- буржуазное право» осуществлялось сле­дующим образом: судья должен был прежде всего попытаться найти прямой ответ в дейст­вующем законе. Если это не удавалось, он обращался к анализу «общих начал», которые можно вывести из существа советского законодательства. Не найдя достаточно определен­ного ответа там, судьи вправе искать решения в последней инстанции - в «общих принци­пах классовой политики» Такой порядок обусловливал необходимость тщательно регламен­тировать процедуру судебного разбирательства, поэтому законодатель значительное внима­ние уделял разработке норм процессуального права. Например, ст. 4 ГПК РСФСР непосредственно не наделяла судью правом решать дело вопреки существующему законо­дательству, но в целях восполнения существующих пробелов давала широкие возможности для судебного толкования, применительно к «особенностям экономической ситуации»

Уже в 1919 г. П. Стучка предложил начать кодификацию нового права. Главенст­вующее место должна была занять Конституция. Далее шло «социальное право», вклю­чающее семейное право и право социального обеспечения. Затем должны были распола­гаться «имущественные права», точнее, нормы, отменяющие и ограничивающие эти права (о национализации земли и производства), а также «допустимость применения пережит­ков частной собственности переходного времени». Завершат сборник кодифицированные правила о труде, «остатки договорного права» и международное право. Систематизиро­ванные таким образом нормы составят «обязательное для всех право», тогда как все даль­нейшие узаконения будут представлять собой лишь технические инструкции. Этот пер­вый подход к вопросу о системе права был обусловлен практической необходимостью, связанной с формированием системы советского законодательства.

20-гг. стали периодом интенсивной кодификационной работы. В 1922-1923 гг. были приняты и вступили в действие Гражданский, Уголовный, Земельный, Гражданско- процессуальный, Уголовно-процессуальный кодексы, Кодекс законов о труде, разработа­ны проекты Хозяйственного, Торгового, Промышленного, Кооперативного, Администра­тивного кодексов.

Гражданский кодекс состоял из общей части, вещного, обязательственного, на­следственного права. При формировании особой отрасли гражданского права в 1921-1923 гг. законодатель стремился по возможности упростить систему норм, регламентирующих хозяйственную жизнь.

Позже (1923-1924 гг.) в развитии гражданского (хозяйственного) законодательства наметилась другая тенденция, что сказалось на усложнении структуры и языка правовых норм ГК. Гражданско-правовые нормы дифференцировались по принципу обязательно­сти: диспозитивные и принудительные. Чем шире была автономия сторон в гражданском правоотношении, тем больше норм, регулирующих его, являлись диспозитивными. На­оборот, по мере так называемой социализации гражданского права (т.е. проникновения в него плановых начал) возрастало число принудительных норм.

Гражданский кодекс, кроме того, содержал нормы определительные, декларативные, истолковательные и организационные. При разработке ГК предполагалось выделить в кодексе группу основных статей, непосредственно выражающих социально­

экономические задачи нового гражданского права. Такими декларативными статьями ГК стали: ст. 1 о применении гражданского законодательства на практике и ст. 4 о нормиро­вании общего порядка разрешения гражданских споров. В эти статьи были введены неправо­вые критерии (так, ст. 1 ГК устанавливала порядок защиты имущественных прав только в случае их соответствия «социально-хозяйственному назначению»). Это давало судьям боль­шой простор для толкования закона, не связывая их четкими правовыми нормами.

В истолковании многих правоведов ГК не следовало рассматривать как полный и окончательный набор правил. Даже не закрепленные в законе имущественные права, если на практике они осуществлялись в противоречии с их «социально-хозяйственным назна­чением» (что определял суд), на основании ст. 1 ГК могли быть аннулированы.

Закон в значительной мере ориентировался на относительный и временный характер права переходного периода. Правовая форма казалась преходящей, ожидали ее скорого исчезновения и замены правовых норм техническими и организационными. Принципу законности был противопоставлен принцип целесообразности, что не могло не привести к правовому нигилизму со всеми проистекающими отсюда последствиями.

Закон всячески подчеркивал, что имущественные права частных лиц (как физиче­ских, так и юридических) являются уступкой во имя развития производительных сил страны и должны быть подчинены общей идее о «господствующей роли социалистиче­ской собственности». В общей системе народного хозяйства относительно автономные частные хозяйства рассматривались не как замкнутые и обособленные единицы, но как части единого комплекса.

Наряду с государственной и кооперативной собственностью закон выделял частную собственность, имевшую три формы: единоличную собственность физических лиц; собст­венность нескольких лиц, не составлявших объединения (общая собственность); собст­венность частных юридических лиц (см. Схему 57).

С лета 1921 г. государство начинает осуществлять меры по денационализации ранее экспроприированной у частных лиц собственности. В мае 1922 г. была приостановлена на­ционализация частных предприятий. В июне 1924 г. ВСНХ дал разъяснение о допустимом числе рабочих, труд которых мог использоваться на одном частном предприятии (20 чело­век). Денационализация не получила широких масштабов. В ходе ее восстанавливались пра­вовые институты, а не индивидуальные права бывших собственников. Создавались гарантии для вновь приобретенных прав, но запрещалось восстановление отмененных в ходе револю­ции имущественных прав. Закон и судебная практика признавали длительное фактическое владение имуществом более «законным», чем ссылки бывших собственников на их право собственности. Вместе с тем владение не рассматривалось как источник права собственности - во всех случаях для возникновения права собственности требовалось волеизъявление госу­дарства.

Закон ограничивал объем и размеры права частной собственности (ограничение кру­га объектов, допускаемых в частную собственность, установление предельного размера частного предприятия, размера наследственной массы, получаемой частным лицом, раз­меров домовладения, торгового предприятия и т.п.)

Схема 57

Вопрос собственности по ГК РСФСР 1922 г.

Формы собственности

^^_^ национализированная

1. Государственная муниципализированная

2. Кооперативная

3. Частная

Объекты права исключительной собственности государства

1. Земля, недра, леса, воды.

2. Национализированные и муниципализированные предприятия, их оборудование.

3. Железные дороги, их подвижной состав.

4. Национализированные суда, летательные аппараты.

5. Национализированные и муниципализированные строения.

6. Оружие, взрывчатые вещества, воинское снаряжение.

7. Телеграфное и радио-телеграфное имущество.

8. Аннулированные ценные бумаги.

9. Платина и металлы платиновой группы, их соединения и сплавы, радий, гелий.

10. Спиртные напитки выше установленной законом крепости и сильнодействующие яды.

Объекты права государственной собственности, которые могут быть в аренде у частных лиц

^^_,-- национализированные

1. Предприятия^ — муниципализированные

2. Строения

3. Суда

Промышленные предприятия - объекты права частной собственности

Предприятия:

1. С числом наемных рабочих не более 10, при механическом двигателе;

2. С числом наемных рабочих не более 20 без механического двигателя.

Закон ограничивал также право частного собственника распоряжаться своей собст­венностью. Так, право сдачи в аренду собственником своего имущества до мая 1922 г. запрещалось или во всяком случае носило спорный характер. Домовладение, полученное по наследству, не могло отчуждаться, им можно было только пользоваться (до 1923 г.) Пользование домовладением (сдача его в наем) также ограничивалось законом - установ­ление нормы жилой площади, тарифы сдаточных цен, сроки сдачи. Закон использовал специальный термин «обладание» (ст. 56 ГК), означавший, что предмет, находящийся в частной собственности, не может вливаться в гражданский оборот, его нельзя продать или купить.

При этом определенные льготы предоставлялись кооперативам, кустарям и аренда­торам государственного имущества. Изъятия из общих правил распоряжения имуществом распространялись также на концессионные предприятия.

Стремление законодателя обеспечить государственный договорный интерес ясно проявилось в статьях ГК об убыточных для государства договорах (ст. 30 ГК) При уста­новлении факта «убыточности» договор расторгался. В качестве гарантии интересов сто­роны-государства вводился институт неустойки. Ряд других статей (ст. 1, 19, 364 ГК) так­же обеспечивал гарантии для государства.

Закон непосредственно регламентировал размеры договорных сумм (ст.236 ГК), сро­ки договоров (ст. 153 ГК) и другие элементы обязательства. Многие объекты были изъяты из гражданского оборота (земля, леса, крупные предприятия и др.)

Правовая основа договора купли-продажи была заложена еще летом 1921 г. декре­том «О взимании платы за товары, отпускаемые государством для частного хозяйства». Позже предметы, перечисленные в ст. 21, 22, 53 ГК, стали объектами государственной монополии и не могли отчуждаться частным лицам. В сентябре 1921 г. было принято пер­вое Положение о подрядах и поставках, а в мае 1922 г. были расширены права госорганов на сдачу подрядов частным лицам (регламентация залога, авансовых сумм). В том же году был установлен публичный торговый порядок сдачи подрядов. Система публичных тор­гов обеспечивала льготные условия для государственных и кооперативных предприятий, они находились в более благоприятном положении, чем частные подрядчики (это было закреплено в августовской 1923 г. инструкции СНК «О порядке публичных торгов»). В сентябре 1924 г. публичные торги на подрядные работы для госпредприятий и кооперации вовсе отменялись, они стали получать подряды в ином, облегченном порядке.

В период нэпа широкое распространение получили договоры аренды и концессии, на основании которых государственное имущество передавалось в пользование частных лиц. Еще в ноябре 1920 г. СНК принял декрет «О концессиях», однако лишь с 1923 г. на­чинается практика заключения концессионных договоров. ГК РСФСР ввел понятие кон­цессии как разрешения, особого исключения из общего порядка. В это понятие включа­лось единство двух разнородных моментов: акта публичной власти (законодательной или административной), предоставляющего концессионеру особое право, и договорного со­глашения государства с концессионером о праве пользования государственным имущест­вом. Договор возлагал на концессионера ряд обязанностей: вкладывать в предприятие оп­ределенный капитал, поддерживать предприятие на современном техническом уровне. Договор предусматривал преимущественную продажу продукции государству по обу­словленным ценам, ограничивал право концессионера распоряжаться концессионным имуществом.

Близким по характеру к договору концессии был арендный договор на государст­венные промышленные предприятия. В июле 1921 г. постановление СНК регламентиро­вало порядок сдачи в аренду и запретило одностороннее расторжение договора вне судеб­ного порядка рассмотрения споров. Арендатору предоставлялось право сбывать продук­цию предприятия на вольный рынок, договор мог предусматривать снабжение предприятия государственным сырьем. Вместе с тем на арендатора возлагался ряд обязан­ностей: договор определял, какого рода изделия и в каком количестве должен вырабатывать арендатор; определялась доля продукции, обязательная для сдачи государству; на арендатора возлагалась обязанность поддерживать предприятие на должном техническом уровне. Сроки аренды жестко регламентировались, как и другие условия аренды (ст. 416 ГК).

Общие условия, на которых заключались договоры, также регламентировались ГК. Так, ст. 33 ГК признавала любой договор недействительным, если он заключался одной из сторон под влиянием «крайней нужды» и на невыгодных для нее условиях. Инициатива рас­торжения договора могла исходить не только от заинтересованной стороны, но и от госорга- нов и общественных организаций. Очевидна социальная направленность этой нормы.

Нередко на практике трудовые отношения в частном секторе хозяйства маскирова­лись в форму договора подряда или купли-продажи (с целью уклонения от норм КЗоТ, облегчения налогового давления и т.п.) Судебная практика пошла по пути презюмирова- ния трудового соглашения там, где разграничение трудовых и гражданско-правовых от­ношений представляло особую трудность. Это мотивировалось защитой прав трудящихся. Закон предусматривал ответственность частных лиц перед государством за некоторые понимаемые как незаконные действия. Ст. 129 ГК предусматривала ответственность арендатора государственного имущества за его «расточение», ст. 130 ГК карала частного контрагента за невыполнение условий договора; ст. 132 и 133 ГК предусматривали ответ­ственность нанимателя в случае нарушения им трудового или коллективного договора. Одной из особенностей обязательственного права стало применение статей Уголовного кодекса в качестве санкций за нарушение гражданских договорных отношений. В ряде случаев несоблюдение установленной законом формы влекло признание сделки недейст­вительной. О последствиях несоблюдения договорных форм говорили ст. 71-84,101, 137,153,162 ГК и др. Добросовестному контрагенту ГК гарантировал судебную защиту его имущественных прав - ст. 1,2 ГК и др.

Земельный кодекс РСФСР был принят в сентябре 1922г и введен в действие с де­кабря того же года. Его составной частью стал закон «О трудовом землепользовании», принятый в мае 1922 г. Кодекс состоял из «Основных положений» и трех частей: о трудо­вом землепользовании, о городских землях и государственных земельных имуществах, о землеустройстве и переселении.

Кодекс «навсегда отменял право частной собственности на землю», недра, воды и леса в пределах РСФСР. Все земли сельскохозяйственного назначения составляют единый государственный земельный фонд, находящийся в ведении Наркомзема и его местных органов. Право непосредственного пользования предоставляется трудовым землевладель­цам и их объединениям, городским поселениям, государственным учреждениям и пред­приятиям. Остальные земли находятся в непосредственном распоряжении Наркомзема. Покупка, продажа, завещание, дарение, залог земли запрещались, а нарушители подверга­лись уголовным наказаниям.

Сдача земли в аренду разрешалась на срок не более одного севооборота (при трех­полье - три года, при четырехполье - четыре года и т. д.). При этом допускалась только трудовая аренда: «никто не может получить по договору аренды в свое пользование земли больше того количества, какое он в состоянии дополнительно к своему наделу обработать силами своего хозяйства».

Использование наемного труда допускалось лишь при «непременном сохранении, применяющим его хозяйством, своего трудового строя, т.е. при условии, если все налич­ные трудноспособные члены хозяйства наравне с наемным рабочими принимают участие в работе хозяйства» и при условии невозможности хозяйства самому выполнить эту рабо­ту. Сдача земли в аренду могла быть обусловлена ослаблением хозяйственных сил, сти­хийным бедствием, недостатком рабочей силы и т.п. Субаренда запрещалась законом. В отношении наемных сельскохозяйсвенных рабочих действовали нормы КЗоТ.

Право пользования землей определялось как бессрочное и могло быть прекращено только в соответствии с законом. Формы землепользования могли быть различными: об­щинное с уравнительными переделами, участковое (отрубные и хуторские участки), това­рищеское (товарищества по совместной обработке земли, артели, коммуны).

В апреле 1925 г. были изданы Временные правила об условиях применения подсоб­ного наемного труда в крестьянских хозяйствах. Согласно правилам, основные условия найма определялись договором сторон, от имени нанимающегося договор подписывал профсоюз. В договоре должны были содержаться обязательные положения, обеспечи­вающие работнику достойные условия труда и отдыха.

Законодатель отдавал предпочтение коллективным формам землепользования. Об­работка земли «путем объединения труда» и средств производства могла применятся при любом порядке землепользования (общинном, участковом или товарищеском). Образую­щиеся коллективные хозяйства могли требовать у сельского общества компактного выде­ления им земли и сохранения устойчивых границ этого землевладения. Эти льготы по своему характеру напоминали аналогичные льготы, установленные в ходе столыпинской реформы 1906-1911 гг. (тогда льготы устанавливались единоличным хозяйствам, теперь же - коллективным).

Земельный кодекс регламентировал порядок организации и работы органов управ­ления земельным обществом (сельских сходов), правовое положение крестьянского двора. (см. Схему 58).

К земельному кодексу «примыкал» лесной кодекс, устанавливавший монополию го­сударства на пользование лесными ресурсами.

Схема 58

Меры поощрения заинтересованности землепользователя в развитии его хозяйства по ЗК РСФСР 1922 г.

1. Хозяйственное использование земли способом, который землепользователь из­бирает по своему усмотрению.

2. Право собственности землепользования на посевы, растения, урожай и все прочие предметы, соединенные с участком земли, находящимся в его пользовании.

3. Предоставление землепользователю права трудовой аренды земли.

4. Использование наемного труда.

5. Защита государством земельных прав в случае их нарушения.

6. Равенство прав всех членов крестьянского двора.

Кодекс законов о труде РСФСР был принят в ноябре 1922г. и тогда же вступил в дей­ствие. КЗоТ состоял из 17 глав. В общей части определялось, что положения кодекса распро­страняются на все предприятия и всех лиц, применявших наемный труд за вознаграждение. Предоставление работы гражданам осуществляется через органы Наркомтруда (до 1925г. наем осуществлялся при обязательном посредничестве бирж труда). В особых случаях СНК мог издавать постановления о привлечении граждан к труду в порядке трудовой повинности.

Закон предусматривал в качестве основных правовых форм привлечения к труду коллективный и трудовой договоры. Признавались недействительными условия догово­ров, ухудшающие положения нанимающихся сравнительно с условиями, установленными законами о труде, а также условия, «клонящиеся к ограничению политических и обще­гражданских прав трудящихся». Размер вознаграждения за труд не мог быть меньше обя­зательного минимума оплаты, установленной для данной категории труда государством.

Закон регламентировал порядок заключения трудовых договоров, выплаты компен­саций и пособий, продолжительность рабочего времени и времени отдыха, труд несовер­шеннолетних и женщин.

В качестве стороны, заключающей коллективный договор и представительствующей от имени работающих по найму, по всем вопросам «труда и быта» выступали профсоюзы. Дела о нарушениях законов о труде и все трудовые споры должны были решаться либо в принудительном порядке (в особых сессиях народных судов), либо в примирительном по­рядке (в расчетно-конфликтных комиссиях, примирительных камерах, третейских судах).

По сравнению с КЗоТ РСФСР 1918г., предусматривавшим порядок государственно­го социального обеспечения (из централизованного страхового фонда), новый КЗоТ РСФСР 1922 г. вводил порядок социального страхования в государственных, обществен­ных, кооперативных, концессионных, арендных, смешанных, частных предприятиях, уч­реждениях, хозяйствах и для частных лиц. Социальное страхование охватило все виды выплат (по болезни, беременности, инвалидности и т.д.) которые производились из средств данного предприятия или лица (нанимателя).

Особое внимание законодатель уделял трудовым отношениям в частном секторе хо­зяйства. В июле 1921 г. ВЦСПС обсуждал вопрос об условиях работы профсоюзов на ча­стных предприятиях, в октябре 1921 г. была принята примерная форма коллективного дого­вора для частных предприятий. В декабре 1921 г. был разработан проект постановления о порядке разрешения трудовых конфликтов на частных предприятиях. В ноябре 1921 г. Всероссийская конференция по охране труда разработала Наказ инспекторам труда о борьбе с эксплуатацией рабочих на частных предприятиях.

До февраля 1922 г. регулирование трудовых отношений на частных предприятиях со­средоточили в своих руках профсоюзы. С начала 1922 г. государственное вмешательство в эту сферу усиливается так же, как и роль Наркомтруда. Для развивающейся системы кол­лективных и трудовых договоров правовую основу составил новый КЗоТ. Незадолго до его принятия (в августе 1922 г.) СНК принял специальный декрет о коллективных договорах.

Наибольшие трудности были связаны с правовым регулированием труда в нелегаль­ной или полулегальной частной промышленности. В июле 1923 г. СНК принял декрет, в котором уточнялось понятие «квартирник» - лицо, выполняющее у себя на дому работу по найму исключительно личным трудом... из материала работодателя». «Квартирники» не были наемными рабочими в смысле КЗоТ и по статусу приближались к кустарям- одиночкам. Профсоюзы и инспекции труда должны были устанавливать являются ли те или иные категории «квартирников» кустарями или наемными рабочими (в связи с чем на них распространялись или не распространялись нормы КЗоТ),

Закон предусматривал санкции для нарушителей трудового законодательства. В ап­реле 1922 г. СНК принял декрет «О наказаниях за нарушение постановлений по охране труда», в мае 1924 г. декрет «О порядке привлечения инспекцией труда нанимателей к ответственности».

Особое внимание уделялось выявлению разного рода фиктивных кооперативных объединений, по своей сути бывших нелегальными частными предприятиями (вывеска кооператива понадобилась им для сокрытия своей деятельности от налоговых органов и инспекции труда). В сентябре 1922 г. СНК принял декрет «Об охране труда и обеспече­нии прав лиц, работающих в промысловых кооперативных предприятиях». Согласно за­кону, кооперация должна была осуществлять производственный процесс, используя труд своих членов и торговать преимущественно своей продукцией. Доля наемного труда, до­пускаемого в кооперативных предприятиях, была невысокой.

Большинство споров между нанимателем и наемными работниками рассматривалось в трудовых сессиях судов. Наряду с этим соглашения, достигнутые в примирительных камерах и третейских судах, приобретали силу договора и защищались статьями Уголов­ного кодекса.

Гражданско-процессуальный кодекс РСФСР, принятый в июле и введенный в дей­ствие с сентября 1923 г., обязывал суд не ограничиваться представленными объяснениями и материалами, а стремиться к выяснению всех обстоятельств дела. «За недостатком уза­конении и распоряжений для решения какого-либо дела суд решает его, руководствуясь общими началами советского законодательства и общей политикой Рабоче-Крестьянского Правительства» (ст. 4. ГПК). В целях охраны публичного интереса или «интимной жизни стороны» дело может слушаться в закрытом заседании.

Как в уголовном, так и в гражданском процессе действовал только кассационный порядок пересмотра судебных решений.

В марте 1920 г. коллегия наркомюста постановила подготовить проект Уголовного кодекса, а в июне она утвердила с поправками этот проект. В июле вопрос об уголовном кодексе был рассмотрен III Всероссийским съездом деятелей советской юстиции. Съезд одобрил схему кодекса, предложенную Наркомюстом, и признал необходимым разослать его проект на заключение губернским отделам юстиции.

В январе 1922 г. проект УК обсуждался на IV Всероссийском съезде работников юс­тиции, который высказал ряд принципиальных замечаний. В мае 1922 г. сессия ВЦИК после постатейного обсуждения утвердил Уголовный кодекс в целом.

В 1924 г. был принят Исправительно-трудовой кодекс.

В 1924 г. были приняты общесоюзные законы: Основные начала уголовного законода­тельства Союза ССР и союзных республик; Основы уголовного судопроизводства СССР и союзных республик. В них содержались общие положения уголовного и уголовно­процессуального законодательства, единые для всех республик, входивших в Советский Со­юз.

Тоталитарная политическая система в СССР в 30-е годы Основные тенденции развития государства

Утвердившаяся в 30-е годы тоталитарная государственная система в целом соответ­ствовала идеологии коммунизма и была органическим следствием отказа от нэпа и пово­рота к форсированной индустриализации и насильственной коллективизации, подготовки ко II Мировой войне.

В конце 20-х годов была поставлена задача осуществления сверхвысоких темпов ин­дустриализации и милитаризации. Это потребовало коренного изменения ранее осуществ­лявшейся политики в экономической сфере, основывавшейся на нэпе.

Нужно было найти пути и средства реализации имперско-милитаристских амбиций.

Такими средствами были:

1) Непосильная «дань» с крестьянства при помощи резкого снижения уровня по­требления основной массы населения, его вторичное закрепощение.

2) Использование «дешевого» труда заключенных и спецпереселенцев. Создание в стране широкой системы лагерей ОГПУ (см. табл. 59,60,61,62)

3) Свертывание товарно-денежных отношений и замена гражданско-правовых мето­дов регулирования народного хозяйства административно-командными.

4) «Вычищение» из государственного аппарата не только старой интеллигенции, но и коммунистов с большим партстажем. Снижение общего культурного уровня управлен­ческого аппарата. Усиление централизации и бюрократизации государственного аппарата. Возрастание роли партийного контроля за государственным аппаратом. Повышение удельного веса репрессивных органов (ОГПУ-НКВД), превращение их во всесильный, бесконтрольный аппарат.

Рост централизации экономической жизни обусловил непрерывное усиление адми­нистративных методов хозяйственного руководства. В 1930 году проводится кредитная реформа, по которой ликвидируется коммерческий кредит и вводится централизованное кредитование через Госбанк.

Таблица 59

Количество заключенных в лагерях и колониях ___________________________ ГУЛАГа НКВД__________ (до 1934 г. - ОГПУ)______

bgcolor=white>1672438
Годы По состоянию на 1 января Годы По состоянию на 1 января
в колониях в лагерях всего в колониях в лагерях всего
1930 - 179000 179000 1942 361447 1415596 1777043
1931 - 212000 212000 1943 500208 983974 1484182
1932 - 268000 268000 1944 516225 663594 1179819
1933 - 334000 334000 1945 475171 715505 1460677
1934 - 510307 510307 1946 956224 476871 1703095
1935 2402591 725483 965742 1947 912704 808839 1721543
1936 4570882 839406 1296494 1948 1091478 1108057 21995354
1937 735488 820881 1196369 1949 1140324 1216361 2356685
1938 885203 996367 1881570 1950 1145051 1416300 2561351
1939 3552433 1317195 1951 994379 1533767 2528146
1940 315584 1344408 1659992 1952 793312 1711202 2504514
1941 4292053 1500524 1929729 1953 740554 1727970 2468524
1) - только в тюрьмах

2) - в тюрьмах и колониях

3) - только в колониях

- по сообщению министра внутренних дел С. Н. Круглова И. В. Сталину

Источник: Государственный архив РФ. - ф. 9414. - оп. 1. - дд. 1155, 1307,1319

Таблица 60

Общее число осужденных (по СССР)

_________________ (исключая осужденных специальными судами)_________________

Годы Общее число Из них к ВМН До 1 года Больше года Итого к лишению свобо-

ды

1937 972979 469 90563 (24,5%) 308969 (18,5%) 399259 (43,0%)
1938 915553 252 178193 (19,5) 153821 (16,8) 332014 (36,3)
1939 977100 192 216945 (22,2) 133610 (13,7) 350555 (35,9)
1940 3330515 525 774252 (23,2) 156385 (4,7) 930637 (27,9)
1941 2882096 2894 588533 (20,4) 440250 (15,3) 1028783 (35,7)
1942 2639454 5142 481723 (18,3) 385861 (14,6) 867584 (32,9)
1943 2073338 800 290493 (14,0) 297308 (14,3) 587801 (28,3)
1944 2199699 554 341417 (15,5) 288180 (13,1) 629597 (28,6)
1945 2097377 389 274458 (13,1) 271033 (12,9) 545491 (26,0)
1946 2301810 611 394327 (17,1) 391782 (17,0) 786154 (34,1)
1947 2440511 442 471235 (19,3) 737863 (30,2) 1209098 (49,5)
1948 2002253 - 367962 (18,4) 563268 (28,1) 931230 (46,5)

1949 1925528 - 388845 (20,2) 496884 (25,8) 885729 (46,0)
1950 1747423 - 297277 (17,0) 426312 (24,4) 723589 (41,4)
1951 1420802 - 217183 (15,3) 393550 (27,7) 610733 (43,0)
1952 1447435 - 263717 (18,2) 438307 (30,3) 702024 (48,5)
1953 1127244 - 200487 (17,8) 399137 (35,4) 599624 (53,2)
1954 1028640 386 99253 (9,6) 307390 (29,9) 406643 (39,5)
1955 1100543 1206 109572 (9,9) 320171 (29,1) 429743 (39,0)
1956 1024840 1276 108225 (10,6) 395940 (38,6) 504165 (49,2)
1957 943957 2015 105127 (11,1) 381697 (40,5) 486806 (51,6)
1958 1078882 2898 130500 (12,1) 445288 (41,3) 575797 (53,4)

Источник: ГА РФ. - ф. 9474. - оп. 17. - д. 714. - л. 2.

Таблица 61

Сведения о числе осужденных и мерах наказания по приговорам, вступившим в за­конную силу по РСФСР (исключая осужденных специальными судами)

bgcolor=white>1924
Год Всего _ , Свыше 1 Итого к лише- До 1 года

_______________ года______ нию свободы

К испр. трудо­вым работам ,, К прочим ме- Условно _____________ рам наказания
1923 1121264 132309 109884 242193 272467 114467 492235
1690309 187624 94657 282281 234953 228192 944883
1925 754205 171959 60336 232295 122181 159137 240592
1926 881895 295435 52032 347467 123465 116410 294553
1927 940041 301753 46062 347815 175787 76143 340296
1928 955631 244641 53515 298156 210239 69761 377475
1929 1249313 47474 98696 146170 634652 42476 426015
1930 1208309 21749 94248 115998 687528 32624 372160
1931 1357206 25787 145221 171008 780393 55645 350160
1932 1133511 17003 197231 214234 614363 637477 241437
1933 1430560 10014 404848 414862 710988 88695 216015
1934 1108484 15518 296362 284880 630728 88462 106415
1935 982713 11793 344932 356725 492339 67807 65842
1936 771463 74900 229428 304328 359954 53140 54041
Источник: ГА РФ. - ф. 9474. - оп. 17. - д. 714. - л. 1.
Таблица 62
Состав заключенных лагерей ГУЛАГа осужденных за
контрреволюционные преступления
Годы тг в процентах ко всему „ Количество Годы составу лагерей в процентах ко всему соста-

Количество

ву лагерей

1934 135190 26,5 1944 268861 40,7
1935 118256 16,3 1945 289351 41,2
1936 105849 12,6 1946 333883 59,2
1937 104826 12,8 1947 427653 54,3
1938 185324 18,6 1948 416156 38,0
1939 454432 34,5 1949 420696 34,9
1940 444999 33,1 1950 5789121 22,7
1941 420293 28,7 1951 475976 31,0
1942 407988 29,6 1952 480766 28,1
1943 345397 35,6 __________ 1953 465256 26,9

1 - в лагерях и колониях_____________________________

Источник: ГА РФ. - ф. 9413. - оп. 1; ф. 9414. - оп. 1.

В 1930-1931 гг. множественность налогов с государственных хозяйственных органи­заций заменяется одним налогом с оборота, а также таким платежом, как отчисление от прибыли.

В управлении экономикой происходит переход к производственно-отраслевой сис­теме управления. В 1932 г. ВСХН СССР, объединявший все отрасли производства, уп­раздняется и вместо него создается три общесоюзных наркомата - тяжелой, легкой и лес­ной промышленности. Республиканские, краевые, областные совнархозы были преобразо­ваны в наркоматы (в республиках) или управления легкой промышленности (в краях и областях).

В дальнейшем происходит еще большая дифференциация отраслевого управления. Так, в 1934 г. Наркомснаб СССР был разделен на Наркомвнуторг СССР и Наркомпище- пром СССР. В 1936 г. из Наркомтяжпрома был выделен Наркомат оборонной промыш­ленности СССР, в 1937 г. - Наркомат машиностроения СССР. К концу 30-х годов функ­ционировал уже 21 индустриальный наркомат.

Командно-административные методы распространялись и на область планирования. Если в первой пятилетке детальные плановые задания были определены примерно по 50 отраслям крупной промышленности, то во второй - по 120 отраслям крупной и мелкой промышленности (ни одно не выполнено).

Командно-административные методы проецировались и на аграрный сектор. В плане первой пятилетки сельскохозяйственная программа сводилась главным образом к мерам экономического регулирования крестьянских хозяйств и подготовке материальных усло­вий для их производственного кооперирования. Вторая пятилетка в области сельского хозяйства, составлявшаяся после проведения коллективизации, включала конкретные за­дания по росту колхозного и совхозного производства, его технической реконструкции, развитию животноводства. Начиная с 1930 г. разрабатываются государственные годовые планы, с в1932 г. - планы работ МТС, с 1935 г. - государственные планы развития живот­новодства.

С конца 20-х годов резко ужесточается внутрипартийный и внутрисоветский режим. В 1934 г. ЦКК-РКИ, правомочная контролировать партийные и государственные органы всех ступеней, преобразуется в Комиссию партийного контроля при ЦК ВКП(б) и Комис­сию советского контроля при СНК СССР, т.е. в органы, не контролирующие ЦК и Сов­нарком, а им подчиненные, обеспечивающие контроль «центра» над «периферией».

Главной опорой режима были репрессивные органы. Была проведена реформа адми­нистративно-политической системы в направлении ее централизации. В 1930 г. республи­канские наркоматы внутренних дел упразднили, милицию передали в ОГПУ. В составе ОГПУ был образован ГУЛАГ. В 1934 г. был образован НКВД СССР, который был выве­ден из-под контроля государственных и партийных органов. При НКВД СССР существо­вали органы по применению внесудебной репрессии - Особое совещание в центре, «трой­ки» - на местах.

Одновременно были реформированы прокуратура и суд. Положение о прокуратуре 1933 г. резко усилило ее централизацию. Верховный суд СССР лишили права конститу­ционного надзора, но расширили права по контролю деятельности судебных органов со­юзных республик.

Основные тенденции развития права

В соответствии с указаниями В.И. Ленина на III съезде комсомола, в 1920 г., о том, что «Россия через 10-15 лет будет коммунистической», И.В. Сталин в 1936 г. объявил о построе­нии социализма - первой фазы коммунизма. Была принята очередная конституция.

На ее основе формально вся полнота власти сосредотачивалась в Верховном Совете, реально у партаппарата, принцип разделения властей отвергался как «буржуазный». В ряду правовых источников первенствующая роль отводилась закону. Закон в формальном смысле - всякий акт, принятый представительным органом, в материальном смысле - это акт, который не обязательно исходит от законодательной власти, но содержит в себе нор­мы общего значения, устанавливающие определенные правила поведения. По смыслу Конституции 1936 г. формальный и материальный аспекты советского закона всегда сов­падают. На практике Верховный Совет делегирует свои функции (на период между сес­сиями) Президиуму. СНК также принимает постановления и решения на основании и во исполнение действующих законов. Процесс делегирования законодательной власти от одного органа другому облегчался тем, что эти государственно-властные структуры были консолидированы партийно-политическим единством. Руководящие партийные органы принимали самое активное участие в их формировании. С 30-х гг. все больше постановле­ний правительства стало приниматься совместно с руководящим партийным органом (ЦК ВКП(б)). Партийные решения приобретали фактически характер нормативных актов. Та­кая трансформация была обусловлена также представлением о праве как об инструменте государственной политики (поэтому акты, которыми регламентировались наиболее серь­езные политические акции, например коллективизация сельского хозяйства, исходили из двух источников: правительства и ЦК).

Доктрина «социалистической законности», сложившаяся в 30-е гг. и опиравшаяся на марксистско-ленинскую идеологию, исходила из нормативистского представления о пра­ве. Первоначальные психологическая и социологическая теории права 20-х гг. были от­вергнуты. Победа нормативизма, однако, не означала установления верховенства закона: сохранялись принципы целесообразности, аналогии и объективного вменения. На практи­ке имели место многочисленные нарушения законности. Вместе с тем советское право носило императивный характер, требуя толкования закона в строгом соответствии с наме­рениями его авторов, а не свободного или буквального толкования (как в западном праве).

Процессы концентрации политической власти внутри узкого крута партийных и го­сударственных чиновников (номенклатуры) сопровождались сужением гражданских прав для основной массы населения. В сферах трудового, колхозного и уголовного права это было особенно очевидно.

Введение паспортов и института прописки усиливало административный контроль над населением. Сельские жители, часто не получавшие паспортов, были фактически при­вязаны к месту проживания и ограничены в праве передвигаться по стране.

Особенно варварским социалистическое законодательство было в отношении кре­стьян. Как отмечалось ранее для сверхмилитаризации крестьян надо было ограбить. 20 февраля 1929 г. ЦИК и СНК СССР принимают Постановление о порядке применения КЗоТ в кулацких хозяйствах. В его развитие 21 мая того же года СНК принял Постановле­ние о признаках кулацких хозяйств, в которых должен применятся КЗоТ. В соответствии с ними работодатель ставился в такие условия, что ему не выгодно было нанимать работни­ков.

Началось неизбежное падение сельскохозяйственного производства. Для того, что бы его приостановить Совет Труда и Обороны принимает 5 июня 1929 г. Постановление об организации машинно-тракторных станций. Но и эта утопия провалилась. Тогда боль­шевики, нуждаясь в деньгах, возвращаются к методам гражданской войны - откровенно­му грабежу. Начинается так называемая «коллективизация». 1 февраля 1930 г. ЦИК и СНК принимают Постановление о мерах по укреплению социалистического переустрой­ства сельского хозяйства в районах сплошной коллективизации и по борьбе с кулачест­вом. Правда лишившись основного сельхозпроизводителя - кулака, большевики пошли на частичные уступки, приняв 3 июля 1931 г. Постановление президиума ЦИК «О порядке восстановления в гражданских правах выселенных кулаков». Но было уже поздно. В стране начался голод, унесший 5-7 миллионов человеческих жизней.

В середине 30-х годов с трудом было частично восстановлено аграрное производст­во. Но в связи с непосредственной подготовкой к войне в сфере сельского хозяйства был принят ряд мер, направленных на усиление репрессивных начал. В мае 1939 г. ЦК ВКП(б) и СНК СССР приняли постановление «О мерах охраны общественных земель колхозов от раздробления», закреплявшее колхозные земли в установленных пределах и ограничи­вающее процесс нарастания приусадебных земель колхозников. В январе 1940 г. те же органы принимают постановление «Об обязательной поставке шерсти государству», в марте «Об изменении в политике заготовок и закупок сельскохозяйственных продуктов». Еще в сентябре 1939 г. была изменена система сельхозналога, включавшая прогрессивно­подоходное обложение приусадебных участков и освобождение от налога получаемых колхозниками трудодней. Для колхозов устанавливался погектарный принцип обложения (с количества земли), стимулирующий более интенсивное использование колхозами зе­мельных владений. Одновременно с этими мероприятиями в апреле 1939 г. принимается постановление «О запрещении исключения колхозников из колхозов». Государство стре­милось закрепить рабочую силу на колхозных землях и в колхозном производстве.

Одновременно с коллективизацией началось ужесточение финансовой политики. И без того скудные средства направлявшиеся в социальный сектор производства перерас­пределялись в пользу военно-промышленного комплекса. В частности, на это было на­правлено Постановление ЦИК и СНК «О кредитной реформе». В практику широко вне­дрялась система принудительных займов, от выплаты которых социалистическое государ­ство бессовестно отказалось.

Еще в гражданскую войну и в начале 20-х годов была узаконена преступная практи­ка варварского ограбления России для поддержания Советской империи и мирового со­циализма. Например, закавказские республики, имея 4% населения Союза получали 7,5% бюджетных поступлений. В бюджете Туркменской ССР лишь 10% составляли собствен­ные доходы. Даже Украина за счет собственных средств покрывала меньше 40% расход­ной части бюджета. Аналогичная ситуация была и по автономным образованиям внутри России. Естественно, что огромные дотации экзотическим республикам шли за счет рус­ских регионов. Такая политика ограбления у большевиков называлась интернационализ­мом и продолжалась до 90-х годов.

Сверхмилитаризация экономики потребовала милитаризации труда. После красивого демагогического постановления ЦИК и СНК от 2 января 1929 г. «О семичасовом рабочем дне», уже 13 октября того же года вводится Постановление об основах дисциплинарного законодательства Союза ССР и союзных республик. Но труд из-под палки при мизерной оплате был неэффективен. Поэтому большевики продолжали расширять репрессивные меры на производстве. 7 августа 1932 г. ЦИК и СНК принимают Постановление «Об ох­ране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и укреплении об­щественной (социалистической) собственности»; 27 декабря 1932 г. Постановление «Об установлении единой паспортной системы по Союзу ССР и обязательной прописке пас­портов»; 14 марта 1933 г. Постановление «Об ответственности служащих в государствен­ных учреждениях и предприятиях за вредительские акты»; 8 декабря 1933 г. Постановле­ние «Об ответственности за выпуск недоброкачественной продукции». Таким образом, и для рабочих, вслед за крестьянами, было введено крепостное право.

С началом непосредственной подготовки к войне усиливаются репрессивные меры в сфере промышленного труда. В декабре 1939 г. ЦК ВКП(б), СНК и ВЦСПС приняли по­становление «О мероприятиях по упрочению трудовой дисциплины...», в котором уста­навливались дифференцированные нормы страхового обеспечения, зависящие от стажа работы на данном предприятии (учреждении). Одновременно правительство вводило на производстве трудовые книжки, в которых фиксировались занимаемая должность, поощ­рения и взыскания, налагаемые на работника. В июле 1940 г. Указом Президиума Верхов­ного Совета СССР была повышена обязательная мера труда: вместо существовавшего се­ми- и шестичасового рабочего дня устанавливался восьмичасовой рабочий день; вместо пятидневной рабочей недели - шестидневная рабочая неделя. Через месяц новым Указом запрещался самовольный уход работников с предприятий и учреждений, а также переход с одного предприятия (учреждения) на другое. К нарушителям применялись уголовные наказания.

В октябре 1940 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР наркоматам было предоставлено право переводить рабочих и служащих с одного предприятия на другое (независимо от их территориального расположения) в принудительном порядке. В то же время принимается указ «О государственных трудовых резервах», на основании которого разворачивается сеть ремесленных училищ и фабрично-заводских школ для подготовки кадров квалифицированных рабочих. Государственные резервы рабочей силы должны были находиться в непосредственном распоряжении правительства.

Одновременно 10 июля 1940 г. принимается Указ Президиума ВС СССР «Об ответ­ственности за выпуск недоброкачественной продукции и за несоблюдение обязательных стандартов промышленными предприятиями», а 28 декабря 1940 г. Указ «Об ответствен­ности учащихся ремесленных, железнодорожных училищ и школ ФЗО за нарушение дис­циплины и за самовольный уход из училища (школы)».

Рядом правовых актов определялась политика государства по отношению к «подрас­тающему поколению». В апреле 1936 г. вводится институт патроната: дети-сироты и дети, отобранные у родителей по постановлению суда, могли передаваться на воспитание в дру­гие семьи. В июне 1936 г. принимается постановление ЦК и СНК СССР «О воспрещении абортов, увеличении материальной помощи роженицам, установлении государственной помощи многосемейным, расширение сети родильных домов, детских яслей и детских садов, усилении уголовного наказания за неплатеж алиментов и о некоторых изменениях в законодательстве о разводах».

Право в рассматриваемый период все более приобретает роль инструмента укрепле­ния административно-командной системы, установившегося в стране тоталитарного ре­жима. Хотя формально декларировался принцип законности, на практике он не только не соблюдался, но постоянно нарушался. Характерным является постановление ЦИК и СНК СССР от 25 июня 1932 г. о революционной законности. В нем указывалось на наличие нарушений законности, особенно в деревне. В постановлении говорилось о фактах, имев­ших широкое распространение (факты наложения твердых заданий раскулачивания, до­пущенные в отношении отдельных колхозников и единоличных середняцких хозяйств) и не пресекавшихся должным образом.

Постановление предлагало государственным органам, прокуратуре обеспечить про­верку поступивших заявлений о фактах нарушения революционной законности и принять решительные меры к их устранению.

На практике же многие нарушения законности совершались самими государствен­ными органами. Таковыми были, например, сфабрикованные судебные процессы 1928, 1930 гг. - Шахтинское дело, дело Промпартии, а также процессы 1936-1938 гг., широко проводившиеся массовые репрессии невинных людей. Всего в 30-е - начале 50-х гг. было репрессировано и умерло от голода в период коллективизации более 20 млн. человек.

В уголовном праве был принят ряд явно репрессивных законов, предусматривавших суровые наказания за некоторые преступления . 7 августа 1932 г. издается постановление ЦИК и СНК СССР «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и коо­пераций и укреплении общественной (социалистической) собственности». Постановление предусматривало возможность применения высшей меры наказания - расстрела с конфи­скацией всего имущества и с заменой при смягчающих обстоятельствах лишением свобо­ды на срок не ниже 10 лет с конфискацией имущества за хищение государственного и об­щественного (колхозного и кооперативного) имущества. Существенным изъяном поста­новления, делавшим его крайне репрессивным, являлось отсутствие четкого разграничения между мелкими и крупными хищениями.

22 августа 1932 г. ЦИК и СНК СССР приняли постановление «О борьбе со спекуля­цией». В нем так же, как и в законе от 7 августа 1932 г., отсутствовало разграничение ме­жду мелкой, средней и крупной спекуляцией. Это приводило зачастую к наказаниям, не­соизмеримым с содеянным.

В апреле 1935 г. постановлением ЦИК и СНК СССР устанавливается уголовная от­ветственность за тяжкие преступления (убийство, изнасилование, нанесение увечья, кра­жа) для несовершеннолетних двенадцатилетнего возраста; за все остальные преступления (по майскому 1941 г. Указу) ответственность устанавливалась с 14-летнего возраста.

26 июня 1940 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР были введены восьми­часовой рабочий день и семидневная рабочая неделя, а также установлена уголовная ответст­венность за самовольный уход с работы и опоздание на работу более чем на 20 минут.

Серьезные отступления от принципов даже революционного правосудия имели ме­сто в уголовно-процессуальном праве. 1 декабря 1934 г. и 14 сентября 1937 г. ЦИК СССР установил особый порядок рассмотрения дел о террористических организациях и терро­ристических актах, о вредительстве и диверсиях. Обвинительное заключение по этим де­лам вручалось за сутки до их рассмотрения в суде, отменялось участие прокурора и адво­ката, кассационное обжалование по этим делам не допускалось. Приговор к высшей мере наказания приводился в исполнение немедленно.

Государственное развитие СССР в годы Великой Отечественной войны

Начавшаяся 22 июня 1941 г. в связи с нападением на СССР фашистской Германии Великая Отечественная война сделала необходимой перестройку государственного аппа­рата на военный лад. Суровые условия войны потребовали создания чрезвычайных орга­нов (см. схемы 58, 59, 60).

30 июня 1941 г. постановлением Президиума Верховного Совета СССР, ЦК ВКП(б) и Совета Народных Комиссаров СССР был образован Государственный Комитет Оборо­ны. В ГКО сосредотачивалась вся полнота власти в государстве. Все граждане, партий­ные, советские, комсомольские и военные органы были обязаны беспрекословно выпол­нять решения и распоряжения ГКО.

В ряде областных центров и городов, где возникала угрожающая обстановка, созда­вались местные (городские) комитеты обороны (Севастополь, Сталинград и др. - всего в 60 с лишним городах). Условия войны потребовали создания других органов. В сентябре 1941 г. был образован Наркомат танковой промышленности СССР, в ноябре 1941 г. - Нар­комат минометного вооружения СССР.

Захват врагом больших территорий в первый период войны вызвал перемещение людей и материальных ценностей на восток страны. Для организации этой работы были учреждены Совет по делам эвакуации и Комитет по эвакуации продовольственных запа­сов, промышленных товаров, предприятий промышленности.

Для управления вооруженными силами были образованы Ставка Верховного Глав­нокомандующего и командование фронтами и армиями. Для руководства партизанской борьбой в мае 1942г. ГКО создал при Ставке Центральный штаб партизанского движения, а также штабы при военных советах фронтов.

В годы Великой Отечественной войны (в феврале 1944 г.) были расширены права союзных республик в области внешних сношений и обороны. Союзные республики полу­чили право вступать в непосредственные связи с иностранными государствами и иметь национальные войсковые формирования.

Вместе с тем в годы войны были допущены произвол и беззаконие в отношении ряда народов (немцы Поволжья, балкарцы, ингуши, калмыки, карачаевцы, чеченцы), была лик­видирована их государственность, а сами они депортированы в восточные районы страны.

Схема 58

Развитие органов власти и управления СССР в 1941-1945 гг.


ЭКОСО с 1944 г. БЮРО

Госплан

Комитеты

Госбанк

Комиссия

Общесоюзные наркоматы

Союзно-республиканские

наркоматы

Главные управления

Совинформбюро 24.VI.1941 - 1945

Совет по эвакуации 24.VI. - 25.XII.1941

Комитет продовольственного и вещевого снабжения Красной Армии

Комитет по учету и распре­делению рабочей силы 30.VII.1941-1946

Чрезвычайная государствен­ная комиссия по установле­нию и расследованию злоде­яний немецко-фашистских захватчиков и их пособников

2.XI.1942-1953

Комитет по восстановлению хозяйства в районах, осво­божденных от немецкой окку- паттии 21.VIII.1943-V.1944

Центральное управление по делам репатриации X.1944-1947

Схема 59

Чрезвычайные органы власти и управления СССР

Схема 60

Организация вооруженных сил 1941 - 1945 гг.

партизанские

формирования

Правовая система, сложившаяся в довоенный период в основном сохранялась и по­сле вступления СССР в войну. Однако формирование чрезвычайных органов, институтов и отношений не могло не сказаться на системе права и правового регулирования. Уже 22 июня 1941 г. Президиум Верховного Совета СССР принял Указ «О военном положении».

Заметно была сужена область договорных отношений, усилилась тенденция к централиза­ции, гражданско-правовые методы уступали место хозяйственно- и административно­правовым. Жестче стала уголовная репрессия, в области трудовых отношений устанавли­вались военно-мобилизационные принципы.

Уже 26 июня 1941 г. был принят Указ «О режиме рабочего времени рабочих и слу­жащих в военное время». Существенные изменения произошли в области наследственно­го, семейного, жилищного права, где особым вниманием пользовались военнослужащие и их семьи, специальной защитой - другие имущественные права этих субъектов.

В декабре 1942 г. расширяется состав такого преступления, как спекуляция (в нее включаются продажа махорки и самогона в больших количествах). Проявилась общая тенденция к расширению гипотез многих статей Уголовного кодекса. Так, в ст. 59 УК РСФСР в редакции 1926 г. включались деяния, связанные с уклонением от разного рода государственных повинностей. «Разбазаривание продуктов» должностными лицами под­падало под действие закона (август 1932 г.) о хищениях социалистической собственности. В январе 1942 г. кража личного имущества при отягчающих обстоятельствах (во время воздушного налета, нападения врага и т.п.) была приравнена по аналогии к бандитизму.

Много внимания законодатель уделял борьбе с хищениями. В июне 1943 г. прини­мается Указ об ответственности за хищения горючего. Закон 1932 г. стали применять к случаям хищения продуктов. Вводились нормы, предусматривавшие наказания за убой скота, поломку сельхозтехники и пр.

В июле 1944 г. принимается Указ Президиума Верховного Совета СССР, предусмат­ривавший ряд мер помощи беременным, одиноким и многодетным матерям (пособия, яс­ли и детские сады, отпуска). Вместе с тем этот указ (как ноябрьский 1944 г. и мартовский 1945 г.) предусматривал порядок, при котором права и обязанности супругов порождает только зарегистрированный брак. Отменялись судебный порядок установления отцовства и взыскание алиментов в случае отсутствия регистрации брака. Сохранялся судебный по­рядок установления фактических брачных отношений, имевших место до июля 1944 г. В этих случаях дети пользовались всеми правами на наследство, получение пенсий и посо­бий. Устанавливался сложный порядок расторжения брака в суде второй инстанции.

В марте 1945 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР вносятся изменения в порядок наследования по закону. Круг наследников расширяется - в порядок очередности после наследников первой группы (дети, супруг, нетрудоспособные иждивенцы) вводятся наследники второй (трудоспособные родители) и третьей (братья, сестры) групп. В случа­ях наследования по завещанию определенная доля гарантировалась несовершеннолетним детям и нетрудоспособным иждивенцам.

В сфере гражданского права военная ситуация также привела к ряду нововведений. В связи с эвакуацией имуществ возникло много споров. Сужалась сфера договорных от­ношений и усиливался принцип целевого назначения, в связи с чем создавалась система целевых имущественных фондов. Плановые задания служили основанием для возникно­вения обязательств, даже без заключения договора. Усилилось воздействие администра­тивных актов на возникновение обязательств. Плановые предпосылки конкретизировались в договорных отношениях. Особую роль стало играть право владения: расширилась прак­тика присвоения предприятиями бесхозного или находящегося в их пользовании имуще­ства, купля-продажа часто замещалась простой передачей имуществ от госоргана к госор- гану. Вместе с тем распределительные (относительно ресурсов, оборудования, сырья и пр.) права наркоматов расширялись, так же как и «внутренний хозрасчет» предприятий. Упрощался порядок подрядного строительства и составления сметной документации.

В принятом в августе 1943 г. постановлении СНК СССР и ЦК ВКП(б) «О неотлож­ных мерах по восстановлению хозяйства в районах, освобожденных от немецкой оккупа­ции» предусматривались меры, направленные на развитие земледелия, жилищного строи­тельства, скотоводства, на установление налоговых льгот организациям и лицам.

Вместе с тем главным направлением в политике правового регулирования экономи­ки была мобилизация всех возможных ресурсов. В феврале 1942 г. был принят указ «О мобилизации всего трудоспособного населения для работы в производстве и строительст­ве», трудовая повинность была введена еще в июне 1941 г. В сфере сельскохозяйственно­го производства в апреле 1942 г постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) был повышен обязательный минимум трудодней для колхозников (как взрослых, так и подростков). То­гда же принимается другое постановление о мобилизации горожан на сельскохозяйствен­ные работы, в колхозы, совхозы и МТС. Ранее установленный порядок обязательных по­ставок государству колхозами в годы войны был дополнен: создавались специальные фонды (для поставок Красной Армии и т.п.). Закон, с одной стороны, стимулировал более интенсивное использование земель (в частности, пустующих) колхозами, а с другой - проводил политику огосударствления колхозов.

В ряде западных районов страны в 1941 -1943 гг. существовал оккупационный ре­жим. Немецкие военные власти практиковали три формы административной организации на захваченных территориях СССР: присоединение к другим государствам (районы За­падной Белоруссии были присоединены к Восточной Пруссии, Западная Украина - к Польскому генерал-губернаторству, районы между Днепром и Бугом - к Румынии); граж­данскую администрацию (образована Остланд, включавшая прибалтийские государства, Белоруссию и Украину); военную администрацию (на территориях России, Крыма и Кав­каза). В районах гражданской администрации на низших уровнях (уезд, деревня) сохраня­лись довоенные структуры управления; в районах военной администрации все посты за­нимали представители оккупационных властей.

В феврале 1942 г. германская администрация опубликовала аграрный закон, который преобразовывал колхозы в коммуны общинного типа. В ряде районов деколлективизация вовсе не проводилась (Украина), в других была восстановлена частная собственность на землю (Белоруссия, Кавказ). На оккупированных территориях России увеличивались раз­меры индивидуальных наделов, но колхозы сохранялись. Однако основу оккупационной экономической политики составляли реквизиции и массовое перемещение трудоспособ­ного населения в Германию. Национальная политика допускала существование в некото­рых регионах (Прибалтике) коллаборационистских правительств, но не допускала их по­литической автономии. На Северном Кавказе германская администрация признала права и автономию (политическую, экономическую, религиозную) местных комитетов несколь­ких горных мусульманских народов (карачаевцев, кабардинцев, балкарцев). В 1942 г. в Симферополе был образован Центральный мусульманский комитет крымских татар не получивший, однако, политической автономии, неудачной оказалась политика германиза­ции на Украине. Оккупанты повсюду наталкивались на сопротивление националистиче­ских идеологий и подпольных движений, руководимых коммунистами. К осени 1942 г. партизанское движение перебрасывается из России в районы Белоруссии и Украины. Со­противление населения оккупантам усиливалось также в связи с рядом идеологических трансформаций: власти в Москве сделали некоторые уступки национальным и религиоз­но-православным идеям (в 1943 г. восстанавливается патриаршество, тогда же в Ташкенте формируется центральное управление мусульман и водворяется муфтий). В мае 1943 г. был распущен Коминтерн, «Интернационал» перестал быть государственным гимном

СССР. Национализм и патриотизм были противопоставлены космополитизму и интерна­ционализму.

В ходе войны укреплялся блок государств «антигитлеровской коалиции», в который входил СССР. В октябре 1943 г. в Москве было проведено совещание министров ино­странных дел США, Великобритании и СССР и создана Консультативная комиссия для определения условий капитуляции противника. В ноябре 1943 г. состоялась конфедерация глав трех государств в Тегеране, в феврале 1945 г. в Ялте. На этих встречах обсуждались вопросы национально-государственного размежевания послевоенной Европы (наряду с другими были признаны притязания СССР на Кенигсберг и балтийские территории) и репараций, которые внесли существенный вклад в восстановление послевоенной эконо­мики СССР.

Государственное развитие СССР во второй половине 40-х-53 гг.

Государственный строй советской империи в рассматриваемый период не претерпел существенных изменений. В 1946 г. наркоматы были переименованы в министерства. В декабре 1947 г. была проведена очередная конфискационная денежная реформа. В целом в политическом и государственном устройстве сохранялись те же репрессивные тенденции, что и в предшествующий период.

В послевоенный период в сфере правового регулирования экономикой договор вновь становится одним из важнейших стимулов, делаются попытки сочетать жесткое планирование с более гибким хозрасчетом. В апреле 1949 г. Совет Министров СССР при­нял постановление «О заключении хозяйственных договоров», в котором закреплялась двойная система договоров: генеральные заключались между хозяйственными системами и отраслями, локальные - между предприятиями. Договоры должны были содержать ряд обязательных положений: количество, ассортимент, качество, цена, порядок, сроки ис­полнения и формы ответственности сторон.

Произошли изменения в области трудового законодательства. В июле 1945 г. на ос­нове закона о демобилизации местным органам власти и руководителям предприятий вменялось в обязанность срочное (в течение месяца) предоставление работы демобилизо­ванным военнослужащим. Потребность в большом количестве рабочей силы потребовала восстановления организованного набора рабочих на основе договоров с колхозами. Вос­создавались специальные органы по вербовке рабочей силы.

В области колхозного права важнейшим послевоенным актом стало сентябрьское 1946 г. постановление «О мерах по ликвидации нарушений Устава сельскохозяйственной артели в колхозах», направленное на закрепление за колхозами отведенных им земельных массивов и предотвращение перехода этих земель в индивидуальное пользование. Для контроля за выполнением Устава сельхозартели при правительстве был создан Совет по делам колхозов. В апреле 1948 г. принимается другое постановление правительства «О мерах по улучшению организации, повышению производительности и упорядочению оп­латы труда в колхозах», упразднившее такую структурную производственную единицу колхоза, как звено, и восстановившее производственную бригаду в качестве основной формы организации труда в колхозе.

<< | >>
Источник: Кудинов О.А.. ИСТОРИЯ ОТЕЧЕСТВЕННОГО ГОСУДАРСТВА И ПРАВА: Учебное пособие/ Московский государственный университет экономики, статистики и ин­форматики. - М.: МЭСИ,2004. - 273 с.. 2004

Еще по теме ГЛАВА 9. Советское государство и право в октябре 1917 - 1953 гг. Общая характеристика государственно-правовой политики большевиков 1917-1953 гг.:

  1. Глава 4. СОВЕТСКОЕ ГОСУДАРСТВО И ПРАВО В ПЕРИОД КОРЕННОЙ ЛОМКИ ОБЩЕСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ (1930 - 1941)
  2. Глава 5. СОВЕТСКОЕ ГОСУДАРСТВО И ПРАВО В ПЕРИОД ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ (1941 - 1945)
  3. Глава 6. СОВЕТСКОЕ ГОСУДАРСТВО И ПРАВО В ПОСЛЕВОЕННЫЕ ГОДЫ (1945 - начало 50-х гг.)
  4. Глава 7. СОВЕТСКОЕ ГОСУДАРСТВО И ПРАВО В ПЕРИОД ЛИБЕРАЛИЗАЦИИ ОБЩЕСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ (середина 50-х - середина 60-х гг.)
  5. Глава 8. СОВЕТСКОЕ ГОСУДАРСТВО И ПРАВО В ПЕРИОД ЗАМЕДЛЕНИЯ ТЕМПОВ ОБЩЕСТВЕННОГО РАЗВИТИЯ (середина 60-х - середина 80-х гг.)
  6. Глава 5. Советское государство и право в период НЭПа
  7. Глава 6. Советское государство и право в период тоталитаризма
  8. Глава 10 Советское государство и право в годы новой экономической политики (1921–1929 гг.)
  9. Глава 11 Советское государство и право в период оформления системы государственно‑партийного социализма (КОНЕЦ 1920‑х – конец 1930‑х гг.)
  10. ГЛАВА 9. Советское государство и право в октябре 1917 - 1953 гг. Общая характеристика государственно-правовой политики большевиков 1917-1953 гг.
  11. ГЛАВА 10. Советское государство и право в середине 50-х - начале 90-х гг. XX в.
  12. Глава 6. Советское государство и право в период тоталитаризма
  13. Глава четырнадцатая Советское государство и право в послевоенные годы и в период либерализации (1945 – середина 60-х гг.).
  14. Глава пятнадцатая Советское государство и право в период стагнации
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -