Конституции М.Т.Лорис-Меликова (1881)

Михаил Тарнелович Лорис-Меликов (1825 1888) как государственный деятель, который сыграл особую роль в истории России. Первоначально он не обещал стать столь значительной фигурой в Российской империи, какою стал в результате всех свопх весьма предусмотритель­ных шагов но модернизации России.

Прежде всего, Анатолий Федорович Копи, зиамеіштый судья и бел­летрист, прославившийся освобождением Веры Засулич прямо из зала суда по приговору присяжных, высоко цепил Лорие-Меликова. Столь пз- вестныйсовременник Кони крупный юристХІХ и первой чеівері и XX столетий, блестящий оратор, член Государственною Совета, а с 1900 г.

почетный академик Петербургский Академии паук. Анатолий Федорович обладал большим литературным талантом, в 1918- 1922 гг. профессор Петроградского университета и авіор уникальных мемуаров (Очерки и воепоминапия«Ыажи:шеппомпути».СПб., 1912 1929.T. 1 5).

O своем друге Михаиле Тариеловиче Лорис-Меликове Кони писал:

25 декабря прошлого года исполнилось 33 года со смерти Михаила Ta- риеловича Лорис-Меликова. Люди, близко знакомые с кипучей деятельно­стью этого выдающегося человека в конце семидесятых и начале восьмиде­сятых годов, не находили возможным поделиться своими воспоминаниями о нем с русским обществом, а когда один из них - его бывший секретарь Скальковский - стал печатать в «Новом времени» свои записки о личности и деятельности графа Лорис-Меликова, то появление их внезапно прекрати­лось, да и самые подлинные записки, как свидетельствует доктор В.Б. Бер- тенсон в «Историческом вестнике», исчезли, по-видимому, бесследно.

Быстрая и резкая смена событий в жизни русского общества в первые десятилетия XX века застлала туманом человека, имя которого одно время было у всех на устах. Если в начале этих десятилетий это почти забытое имя и мелькало изредка в печати при упоминании о попытках задуманных им преобразований, то по большей части в сопровождении пренебрежи­тельных отзывов о последних, причем высокомерие этих отзывов нередко свидетельствовало лишь о полном непонимании условий, места и времени, в которых мог действовать покойный...

А, между тем, среди людей, игравших в русской жизни последних деся­тилетий крупную и влиятельную роль, одно из ярких и B то же время траги- ческихместзанимаетграфЛорис-Меликов(/Ф////.1.Ф. Собр.соч. М., 1968. Т. 5. С. 184).

Мемуарист продолжает:

Искусный военачальник и тактичный местный администратор на Кавказе и в Терской области, он был внезапно выдвинут судьбою на са­мый видный пост в России, облечен чрезвычайной властью, сосредото­чил на себе внимание всего мира и, пролетев как метеор, умер, сопро­вождаемый злобным шипением многочисленных врагов и сердечною скорбью горсточки друзей... Он и теперь, более чем через 30 лет после нашей встречи, ярко вспоминается мне как живой, с блестящим взором умных и добрых глаз, с милою как бы застенчивою улыбкой под густы­ми усами, с живым жестом и горячей речью, пересыпаемой поговорка­ми и освещаемой вспышками добродушного юмора (Указ. соч. С. 185).

Появившиеся в последнее время публикации официальных до­кументов обнаруживают неслучайность назначения Лорие-Мсликова главой Верховной распорядительной комиссии. Именно эти документы обпаруживаютупикалыіый военный и административный опыт и фено­менальную способность этого человека находить выход из сложнейших политических ситуаций.

Доклады Лорис-Мелнкова императору Александру Il от 11 апреля 1880 г. и 28 яігваря 1881 г. представляются уникальными документами возможной модернизации России. (Опи были опубликованы в России в ставшем уже раритетом журнале «Былос» за 1918 г.)

Фопды харьковскоіо генерал-губернатора (Секретная канцелярия), Верховной распорядительной комиссии, Главного управления цезуры, Министерства юстиции, личпые фонды императоров Александра Il и Александра III, великого кпязя Михаила Николаевича, графа Г1.А. Ва­луева, графа ІІ.ІГ Игнатьева, K.II. Победоносцева, M.II. Каткова сохра­няют еще далеко пе осмысленные материалы об этом непревзойденном опыте модернизации Росенн.

Ф * *

Михаил Тарнелович Лорпс-Меликов родплся в губерпском Тиф­лисе в армянской семье в тот мятежный 1825 год, когда декабристы мечтали осуществить смену политической власти в России и, если не республику, то, по крайней мере, конституционную мопархиюдаровать своему отечеству.

Богатый старинный армянский дворянский родЛорис-Меликовых за заслуги перед российским государством в 1832 г. получил русское дворянство.

Глава семьи Лорис-Меликовых сделал вее, чтобы два его старших сына, Михаил и Василий, получили русское образование. Отец вел об­ширную торговлю с немецким Лейпцигом, считал необходимым обе­спечить сыновьям хорошее знание языков. K братьям были приставле­ны русские воспитатели, и оба брата говорили по-русски без акцепта. Кдвспадцачи годам старший Михаил говорил на французском и немец­ком языках, конечно, знал армянский, грузинский и татарский. Oii был отправлен в Москву, в Лазаревский институт восточных языков, где получил уже вполне европейское образование и завел обширные связи с русской бюрократией. Ho юиошсский проступок прервал спокойное учение в Лазаревском институте, и он, по протекции высшей бюрокра­тии, был нерсвсдсп в школу подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров в Петербург, где получил военное образование.

1 Іссмотря па жесткое начало восішой службы, положение Михаила Лорис-Меликова в 1847 г. наладилось. Он был назначен на Кавказ «со­стоять для особых поручений» при главнокомандующем Кавказским отдельным корпусом геиерал-адыотанте князе M.C. Воронцове. Обще­ние с просвещенным Воронцовым очепь обогатило Лорис-Меликова. Он признавался: «Ііму я обязан всем. Эти дссягь лег при нем были для меня школой жизни... Приходилось бывать в обществе, пе хотелось бы гь хужс других. Стал учиться, читать, думать. - нс забывал и своего специального дела» (КоішЛ.Ф. Собр. соч. Т. 5. М., 1968. С. 195).

Воронцов паправил его в Чечшо. On сражался в Малой Чечне и Дагестане. Имспно ротмистр Лорис-Меликов был избран для охра­ны Хаджп-Мурата, перешедшего па сторону русских войск.

Михаил Тарпелович оглпчнлея м в ходе Крымской войны. Ha Кав­казском гсагрс военных действий оп руководил взятием Kapca и усми­рением населения. C назначением его начальником Карской обла­сти положение его еще болсе укрспплось. Ou преодолел сложную хозяйственно-административную обстановку на турецкой территории, считаясь с местными обычаями. По Парижскому мирному договору в марте 1856 г. Kapc был возвращеп гуркам в обмен па Ссвасгополь. Местное население поднесло сму дары за гумаипое и разумное адми­нистрирование в крае. Ta военные и административные заслуги Лорис- Меликов в ЗОлст был произведен в геперал-майоры.

B 1857 г. Лорис-Меликов женился па представительнице древпего и знатного армянского рода - княжие Пипс Ивановне Долгоруковой- Аргутппской. Семья счастливо сложилась. Ona имела большие фамиль­ные владения. Крометого, император пожаловал Лорис-Меликову пяіь тысяч десятин в Кубанской области.

Oii был признанным знатоком по восгочпому вопросу. Лстом 1859 г. Лорис-Меликов встречался с великим князем Константином Николаевичем в Константинополе и обсуждал с пим политику России на Кавказе.

B 1860 г. он получил пост военного начальника ЮжногоДагестана идербентскою градоначальника. Вскоре его полномочия расширились. On теперь распоряжался огромиым краем от Главного Кавказского хреб­та на юге до Ставрополя и Астраханской области иа севере. B своих административных действиях Лорис-Меликов пытался сочетать воен­ные методы с попыт ками либеральных решений.

Наместник Кавказа великий князь Михаил Николаевич и импера­тор Александр 11 следили за дсятсльностыо Лорис-Меликова. Между тем пе все шло гладко в его крас: назревал конфликт между генералом Лорис-Меликовым и великим кпязем Михаилом Николаевичем.

Кошелев познакомил Лорис-Меликова со своим новым грудом «Общая земская дума в России». Много позже Кошелев в «Записках» делился своими впечатлениями о генерале: «Много оп мпе рассказывал интересного о военных событиях за Кавказом, о взятии Kapca и пр. Мы ежедневно вместе обедали, много гуляли и по вечерам часго сходились. Гще более полюбил я этого человека» (с. 234 235).

Начавшаяся русско-турецкая война заставила великого князя Ми­хаила Николаевича вновь прибегнуть к помощи Лорис-Меликова. 11 поября 1876 г. последовал приказ о назначении геперал-адыотаіпа M.T. Лорис-Меликова командующим корпусом па кавказско-гурецкой границе с оставлением в звании геперал-адыотанта и по Герскому ка­зачьему войску.

12(24) апреля 1877 г. император Александр II издал манифеето на­чале войны с Турцией. C самого пачала она развивалась успешно. Были взяты крепости Баязет, Ардаіап. Началась осада Карса.

Гго отношения с Наместником Кавказа великим кпязем Михаилом Николаевичем складывались неблагоприятно. A через его голову на­метились дружественные отношения с военным министром Дмитрием

Алексеевичем Милютиным, который приветствовал Лорис-Меликова по случаю взятия Карса. Сближение, а позже истинная дружба с Дми­трием Алексеевичем Милютиным станет зароком убежденности Лорис- Мсликова в необходимости модернизировать Россию, создатьопорудля формирования гражданского общества в Российской империи.

B то время либеральные взгляды Милютина на широкие радикаль­ные преобразования уживались с жесткой позицией в вопросах импер­ской виешпей поли тики. Это касалось ие только сохранения статус-кво на Кавказе, по и присоединения новых территорий. Милютпп поддер­живал энергичную политику на Кавказе и лично принимал участие в реализации присоединения кавказских территорий силой оружия. Умирогиорсние Кавказа понималось как «очищение» горной полосы от исконного населения (шапсуги, убыхи, абадзехи), которому предлага­лось спуститься па контролируемую царской администрацией равнину или отправиться в Турцию. Параллельно с этим шло заселение Закав­казья казаками. Поднимался даже вопрос о заселении Кавказского по­бережья черногорцами.

После окончания воііпы с Турцией и заключения мира в 1878 г. в Caii-Cтефатю, пересмотренного в 1880 г. на Берлинском конгрессе не в пользу России, Лорнс-Меликов получил долгожданный отпуск для лечения за границей. Он отправился R Эмс на воды, где бывало много русских. Конституция, которую обрела Болгария по Сап-Стефанскому мирному договору, будоражила общество. Лорис-Меликова вес привет­ствовали, называя героем Карса. B это время вспыхнула эпидемия чумы на Волге, в Астрахани.

Царским указом 25 января 1879 г. Лорис-Меликов был назначен генерал-губернатором Астраханской, Саратовской, Самарской и Ставро­польской губерний, «в видах безотлагательного принятия мер к прекра­щению обнаружившейся заразы и предупреждения дальнейшего распро­странения ма другие местности» CM- Милютин. Дневник 1878 1880 гг. М., 1950.(1. 113).

Состоялось знакомство генерала Лорис-Меликова с краем. Ero поразило грубое несоответствие природного богатс тва края e нище­той и антисани тарией податного населения. B пем все болес и более накапливался политический потенциал, который будет скоро вос­требован в истории императорской России. Успешная борьба с чум­ной эпидемией стяжала ему славу энергичного и умелого админи­стратора.

По совету Дмитрия Милютина Лорис-Меликов для борьбы с кра­молой был назначен военным генерал-губернатором Харьковской гу­бернии, где активизировались народовольцы.

B Петербурге между тем продолжались покушения на царя. При­быв в Петербург 2 анреля 1879 г., Лорис-Меликов уже вечером был у во­енного министраДмитрия Милютина.

B феврале 1880 г. произошел взрыв в столовой Зимнего дворца. Ксчастью для царя, в этот момент его не было па месте.

Имгіерагор все больше погружался в личную жизнь. B Зиммсм дворце под одпой крышей жили болыіая имперагрица Мария Длексап- дровна и молодая княжна Екатерина МихайловнаДолгорукая, с которой царь создал новую ссмыо. Y Долгорукой было грое детей (две дочери Ольга и Екатерина и сып Георгий, второй мальчик умер).

B мае 1880 і. старая императрица скончалась, а император, едвадо- ждавшись сорока дией после се смерти, 18 июля 1880 г. вступил в мор- гаиаі ичеекий брак с княжной Долгорукой. B гот жс депь царь издал Указ Правительствующего Сената о совершившемся событии и о даровании кпяжпеДолгорукой ги гула и фамилии светлейшей княгини Юрьевской, в памя ть о Юрии Долгоруком, к которому восходил cc род. Всем трем ее детям были дарованы тс же титулы.

Воспоминания современников сохранили свидетельства ликовапия царя по поводу новой свадьбы: «Четырнадцать лег я ожидал этого дпя, я боюсь моего счастья. Только бы Бог пе лишил мепя его слишком рано» («Воспоминания» князя Барятинскоіо — брага мужа младшей дочери Александра Il Гкагерипы Александровны).

30 января 1880 г. Лорис-Меликов прибыл в ГІегербург и был примят во дворце в числе других сановников. Дмитрніі Милютин записал в сво­ем Дневнике: «Обедал вместе e Лорие-Мелпковым у царя».

5 февраля грянул взрыв в столовой Зимнего дворца. Эго было де­лом народовольцев. Лорис-Меликов e большим возмущением квали­фицировал этот акт как «преступление, позорящее наше общество». Правительство судорожно стало изыскивать экстренные меры для пре­дотвращения последующих террористических актов. 9 февраля 1880 г. по решению императора Александра 11 была учреждена Верховная распорядительная комиссия с чрезвычайными полномочиями, направ­ленными против злоумышленников и террористов. Председателем Рас­порядительной комиссии царь назначил Лорис-Меликова. Ему предо­ставлялись диктаторские полномочия.

Лорис-Мсликов все более и болсе убеждался в том, что причины зла коренятся в разладе между верховной неограниченной властью в России и просвещенной частыо общества. On сгал изыскивагь сред­ства к пробуждению гражданских чувств в средслибсралыюй интелли­генции. Круг его сторонников среди просвещенной бюрократии и ли­беральных публицистов расширился. Ilo со стороны консерваторов оп всгречал и силыіое сопротивление.

0 введении диктатуры уже давно курсировали слухи во дворце. К.П. Победоносцев — воспигагель и многолетний собеседник наследни­ка великого князя Александра Александровича, был инициатором гакой меры в условиях нагнетания опасной политической ситуации. IIo пред­ставители просвещеішого общества с большой ііасгорожеішостыо от­неслись к новому времепщику. Полит ика «лисьего хвоста и волчьей па­сти» сгала живо обсуждат ься в обществе. Ф.М. Достоевский, мыслен­но обращаясь к диктатору, размышлял: «Да зпаег ли оп, Отчего все это происходит, твердо ли зпает оп причипы?» И продолжал размышлять: «Ведь у пас все злодеев хотят видеть...» (Повое время. 1881. 1 февраля).

Лорис-Меликов, еще будучи па посту харьковскою генерал- губерпагора, пе исключал жестких мер и в своем отчетном докладе со­ветовал царю ужесточить карательные операции.

Прошла лишь педеля после назначения Лорис-Меликова предсе­дателем Верховной распорядительной комиссии, как па пего было со­вершено іюкушешіс. 20 февраля оп приехал домой па Морскую улицу передохнуть иеред продолжением многочисленных заседаний, и, на­правляясь к подьезду, был настигнут пулей террориста. Им оказался народоволец И.ІІ. Молодецкий, когорый был туг же схвачен и вскоре повешеп па Семеновском плацу.

ІІодпктаторсохрапял полпое самообладание. On намеревался в со­став Верховной распорядительной комиссии ввести как можпо болыпе порядочных людей из состава профессуры н либеральной интеллиген­ции. IIoжелашіюЛорпс-Меликова в псе вошли петолько консерваторы, но и люди либерального направления: Дмитрий Милютип, A.A. Аба­за, II.A. Валуев. Сенаторы M.R. Ковалевский и М.И. ПІамшші пе при­надлежали к либералам, по были отличными учеными и порядочными людьми. Их Лорис-Меликов также пригласил в Верховную распоряди­тельную комиссию. К.П. Победоносцев, II.A. Черевип, C.C. ІІсрфильев станут скрыгыми врагами диктатора в составе Верховной распоряди­тельной комиссии.

B «Правительственном вестпике» за 14 февраля 1880 г. генерал- адъютантЛорис-Меликов опубликовал довольпо красноречивое посла­ние «К жителям столицы». Диктатор писал:

Сознаю всю сложность предстоящей мне деятельности и не скрываю от себя лежащей на мне ответственности. He давая места преувеличен­ным и поспешным ожиданиям, могу обещать лишь одно — приложить все старание и умение к тому, чтобы, с одной стороны, не допускать ни малей­шего послабления и не останавливаться ни перед какими строгими мерами для наказания преступных действий, позорящих наше общество, а, с дру­гой - успокоить и оградить законные интересы его здравомыслящей части. Убежден, что встречу поддержку всех честных людей, преданных Государю и искренне любящих свою родину, подвергнувшуюся ныне столь незаслу­женным испытаниям Ha поддержку общества смотрю как на главную силу, могущую содействовать власти к возобновлению правильного течения госу­дарственной жизни, от перерыва которого страдают интересы общества...

B разумном и твердом отношении населения к настоящему тягостному положению вижу прочный залог успеха в достижении цели, равно для всех дорогой - восстановления потрясенного порядка и возращения отечества на путь дальнейшего мирного преуспевания, указанного благими предначерта­ниями Августейшего вождя.

Обращение к общественному мпеиию ставило Лорис-Меликова в положение лидера, созгіающего свой гражданский долг, уповающего ua постепенное складывание гражданского общества. Ero надежда па спокойное, «разумное и т вердое от ношение населения к настоящему гя- гостному положению» - залоі успеха. Однако намерения его прот иво­речивы: с одной стороны, он испыгываег ответственность перед рус­ским образованным обществом и уповает на складывание приицигюв гражданственности в пем, с другой - все памереиия главы Распоряди­тельной комиссии направлены на усиление репрессий, в го же время они содействовали ослаблению системы полицейского террора.

Лорис-Меликов прежде всего заботился о соблюдении закона и реко­мендовал всвоіо Распорядительную комиссию многих видных юристов. (В его комиссии были Михаил Евграфович Ковалевский, II.A. Марков, да и K.H. Победоносцев был юристом.) Глава Распорядительной комис­сии призывал к «разумному и твердому отношению населения России к настоящему гягосттюму положению». B этом он видел залог успеха.

У Лорис-Меликова все более и более расширялись связи с либе­ральным обществом. Западиики - К.Д. Кавелип и Б.Н. Чичерин, сла- вямофилы - И.С. Аксаков и А.И. Кошелев входят в круг его общения. Это также способствовало формированию общественного мнения в пользу спокойного проведения реформ как альтернативы взрывоопас­ной революционной ситуации. Общество вызревало.

20 марта 1880 г. за подписью двадцати лиц Лорис-Меликову была подана записка «О внутреннем состоянии России». С'рсди подписав­шихся были либерально настроенные C.A. Муромцев, В.Ю. Скалоп и еще несколько известных лиц. Заниска предлагала воспользоваться советами общества, отчуждение общества сказывалось отрицательно на общественной ситуации в стране. Авторы записки предлагали вер­нуться к политике начала 60-х гг. XlX в.

Лорис-Меликов стремился делать го же самос. Он собирал издате­лей и редакторов известных журналов и газет, чтобы ориентироваться в общественном мпспии, падеясь, ч го сго начинания будут поддержа­ны прогрессивной мечатмо и будут воздействовать на формирование общественного мнения ii пользу долгожданных реформ. B особенности оп был расположен к газете «Голос», умеренно либерального издания. За поддержку начинаний Лорис-Меликова газета «Голос» пе раз под­вергалась взысканиям. 1 Io, тем пе мепее, все что было знаком складыва­ния общест венного мпепия, постепенного формирования г ражданского общества.

Дмитрий Мплкггии был убеждеп, что государственное устройство России гребует коренпоіі ре(|)ормы снизу доверху: сельского самоуправ- ления,зсмства, местной администрации п цсіггральных высших учреж­дений. On сетовал па тупость высших чиновников, которые пе в состо­янии были подняться даже до уровня нолицмсйстсра или городового.

Однако, в отличне от своего друга военного министра Дмитрия Алексеевича Милютина, геперал Лорис-Меликов был сторонником постепенных мер, сгарался избегать ломки и крутых преобразований. Первый шаг он сделал спустя два месяца после назначения в Верхов­ную распорядительную комиссию представил царю всеподданнейший доклад I 1 апреля 1880 г. B чгом документе он призывал «охранять го­сударственный порядок, способствовать общественному спокойствию, усилить учебную и воспитательную работу с молодежыо, особое вни­мание обратить па состояние семьи.

Александр Il наверху текста доклада диктатора начертал: «Благо­дарю за откровенное изложение твоих мыслей, которые почти во всем согласны с моими собственными. Вижу с удовольствием, что ты вполне понял тяжелую обузу, которую я патебя возложил. Да поможеттебе Бог оправдать мое доверие!»

Лорис-Меликов писал о двух сторонах свосй комиссии: о полицейско-охранительной задаче и изучении разнородных причин, приведших к неустойчивому настроению общества и «к изысканию гех способов, кои могли бы служить к достижению желаемой цели и вос­становлению ітоіряеешіого порядка». За корот кий срок Лорис-Меликов сумел попять, что общссгво раскололось имсііпо по отношению к про­веденным реформам. Одни продолжали считать, чго реформы были пе нужны, другие считали их незавершенными, половинчат ыми. И с по­следними представителями общества (а ло были профессора универ­ситетов — іагіадііики, публицисты-славянофилы) соглашался диктатор.

Александр 11, по меткому выражению А.Д. Градовского, был грав- мировап реформами и их результатом, а Лорис-Меликов вдохновлял монарха идги далыпе по пути реформ. «Никогда, и, может быгь, нигде сила правительственной власти не выражалась блиетагельнее и торже­ственнее, как в i'o время», - вдохновлял ои царя на доведение реформ до их Jioi ического конца.

Мысль об общественных предсгавпгелях в верховных органах вла­сти представлялась Лормс-Меликовым царю, как «давно намеченная». Он нуждался в поддержке в своих реформистских иачнпаішях. On до­рожил совсгамн сенатора Михаила Евграфовича Ковалевского, который был первым лицом в уголовном кассационном департаменте Сената.

Профессор А.Д. Градовскнй всемирно известный историк пра­ва - был в большой дружбе с Лорие-Меликовым и консульт ировал его по многим вопросам. Их связывала старая дружба и сдиистко взглядов. Глубокий учеиый и гражданин, профессор Ерадовекий выше всего це- iiHJi личность в ее правовых условиях, гу личность, о которой гак часто забывает государство, заботясь о собственных интересах, подавляя от­дельного человека, которому предоставляется лншь исполнение своих обязаішоегей. On иаегаивал па необходимости политического воешпа- ния личіюсги и, следоватслыю, современного общеегва.

Лорис-Меликов, профессор Градовскнй и судья А.Ф. Кони состав­ляли тесный круг единомышленников, питающих надежду на возмож­ные преобразования в политическом порядке Российской империи.

Диктатор постепенно хотел отделаться ог одиозных консерваторов. Так, ему с трудом удалось освободиться от министра просвещения Дми­трия Толегого, пятнадцать лет занимавшего самые реакционные пози­ции. Явным врагом диктатора становится К.П. Победоносцев, которо­го Лорис-Меликов, с присущей ему дипломатией, решил «успокоить» назначением его обер-прокурором Святейшего Синода. Эту должность до пего занимал теперь уже бывший миііисгр просвещения Дмитрий Толстой. Ho сторонник реформ Лорис-Меликов пе учел, как можег эго назначение отозваться позже. Победоносцев был очепь доволеп, так же как и его ученик, цесаревич великий кпязь Александр Александрович.

Программа Лорис-Меликова предусматривала включение всего русского общества в процесс публичного обсуждения грядущих ре­форм. C этой целыо оп стремился убедить имперагора в необходимо­сти прислушаться к мнению «сведущих людей» о созыве сельскохозяй­ственных съездов окружных и всероссийских.

Лорнс-Мелпков отводил важную роль земской деятельности, считая, чго земства со временем создадуі основную опору па местах и станут опорой центральной власти. On также был убежден, ч го земст во пе можег и пе должно остаться в настоящем виде, а местная власт ь должна быть подкреплена пзмеііешіямй в цепгралыюм государственном аппарате.

1 Іадежды общест ва па персмспу власти в оцепке зсмских учреждений и необходимости представителей общества в центральных органах вла­сти наиболее ярко определились па пушкішском празднике 5 июпя 1880 г. при открытии памятника 1 Іушкииу в Москве. Затем праздник переместил­ся в Московский университет н Благородное дворянское собрание, где 7 и 8 шопя продолжались пушкинские чтепия н где так ярко выступили И.С. Тургенев и Ф.М. Достоевский о значении Пушкина как выразителя русского ііацііопалыюго самосознания. Эгп события показывали потреб­ность общества пробудиться для общего блага страны; гражданские iia- стросппя обосгрялиеь и иаходіиш выход в периодической печати, много­численных земекпх сообщест вах и публичных выступлениях.

Диктатор 26 шоля 1880 г. предегавил императору всеіюддшінейшии доклад, где доказывал необходимость ликвидации Верховной распоря­дительной комиссии. Подводя итог ее деятельности, оп писал: «Я да­лек от мысли, что преступная деягелыюсть социалыто-революциоішой партии прекратилась, а тем более пе смею приписыват ь исключительно трудам комиссии обнаруживающиеся в общссгве пекогорые благопри­ятные признаки, свидетельствующие о заметном успокоении умов...»

Oii предложил ликвидироват ь 3-е Огделепие Собст венной Бго Им­ператорского Величест ва канцелярии. Iiro функции переходили к депар­таменту полиции Министерства вмутреіших дел. Император согласился и на что предложение Лорис-Мсликова и в июле того же 1880 г. назна­чил его министром внутренних дсл и шефом жандармов.

Ликвидация 3-го .Отделения вызвала ликование в прогрессивной пе­чати. Само имя Лорис-Меликова приобрело новый оттенок- человекдо- броволыю отказался от возложенной па пего царем неограниченной вла­сти. Ero авторитет и в правительственных кругах, и в обществе возрос.

Отдавая себе отчет в гом, что царь пе захочетдаровать России кон­ституцию, умпый, чпергичпый и вместе с гем гибкий Лорис-Меликов пачал медленно внедрять в общество свой проект: учреждение Общей комиссии, куда кроме назначенных правительством лиц входили бы представители от земств и городов. IIo предложению Лорис-Мсликова Общая комиссия рассмат ривала бы всс наработанные проекты законов. Кроме Общей комиссии должны были действовать две подкомиссии: финансовая и хозяйствсппо-адмітпиетративпая. После предварительно­го рассмотрения проекты законов вносились бы в Государственный Со­вет, в который Лорис-Меликов предлагал послат ь также представителей общест венных учреждений.

On осторожно искал нуги подхода к самодержцу. Благоприятно складывались его оттюшепия с кпягппей Юрьевской, которая пнтала надежду па возведение ее в императорское достоинство п увакопииаппе своею сыпа Георгия в качестве наследника русского престола. Среди исторических свидегельсгв ')TTlX доводов выделяется мпепие КПЯЗЯ Iia- рятипскою: «Царь нропикся к бывшему диктатору болыппм доверием. Лорис-Меликов был пожалован высшим ордепом Империи — ордепом Свягого апостола Дидрея Первозванного».

R зпак полного доверия императора Александра Il к иповь назна­ченному минист ру впутремпих дел графЛормс-Меликовбыл взя г моло­дой семьей императора в Крым. Царь, только чго овдовевший, в июле 1880 г. направлялся в Крым с гайпо обвенчавшейся с ппм кпягппей Дол­горукой и своими младшими дегьми. Лорнс-Меликов в числе самых до­веренных лиц был посвящеп в гайпу морганатическою брака русского царя. Пребывание в Ливадии вместе с царем еще более способствовало сближению царя и графа Лорис-Мсликова. R Крыму Лорис-Меликов заручился поддержкой кпягипи Екатерины Михайловны Юрьевской в своем стремлении убедить царя в необходимости даровать России представительство в центральных органах власти. Как свидетельствует князь Барятинский, «...в Ливадии Лорис-Меликов всл долгие беседы с Государем в прису гсгвии его супруги о поли тических делах и о новых реформах. Ипогда вскользь во время разговора он делал смутные наме­ки на то, ч го народ был бы счастлив иметь царицу - русскую по крови. Делая эти намеки, он сознавал, ч го отзывается па сокровснныс намере­ния Государя, и тем самым все более завоевывал себе сго расположение, необходимое для проведения реформ. Александр мечтал короновать кііягиіпо Гкатсрипу Михайловну императрицей всероссийской, выпол­нить памечсшіые государственные преобразования, а затем отречься от престола в пользу цесаревича и уехать с жепой и дегьми в Пиццу...» (Циг. по очерку ІІ.Г. Захаровой в кн.: Романовы. Исторические портре­ты. 1762 -1917. М., 1997. С. 486).

Верпувшись в Петербург, Лорис-Меликов стал подбирать ссбс единомышленников в осуществлении памечешюй программы реформ. Первым cio помощником и единомышленником стал Дмитрий Алексее­вич Миліотші — восішый министр России. B Октябре Лорис-Меликов добился пазпачепня па пост министра финансов A.A. Абазы, товари­ща министра — учепого экономиста И.Х. I>yiire. Осеныо 1880 г. вокруг Лорис-Мелпкова сложилась группа его единомышленников.

А.Ф. Konii вепомипал: «>І живо поміію почь па 1 января 1881 года, когда все обычпые собеседники за “круглым столом” собрались встре­чать Новый год у (тасюлевича, герііеливо ждали до двух часов появ­ления совеем сырого нового помера “Порядка” и пили за процветание и долголетие последнего. Это было осуществлением данпшшісй мечты Стасюлевпча о необходимости издаппя большой политической газеты одного направления e “Вестппком Гвропы”. Казалось, ч го мпогос сла­галось благоприятно для успеха такого предприятия. C встуллешіем Лорие-Мелпкова в управление вііугреіішімн делами повеяло свежим воздухом, e ііечагп (|)акгпчсеіси почти были спятм наиболее гяжелые путы, а рядееиатореких ревизий п предложенный созыв сведущих лю­дей для обсуждения того, ч го будет этими ревизиями от крыто, знамено­вали собой, хотя и доволыю робкие, по все-гаки шаги к дальнейшему политическому развитию общества» (Ііестиик Гвроны. 1911. Февраль).

Лорис-Мелпков все более и более завоевывал енмнатии прогрессив­ного общества. Университетский друі А.Ф. Копи, харьковский прокурор Окружного суда Сергей Федорович Морошкип писал ему: «У мепя ужедва месяца лежпг письмо Лорие-Меликова (писал ли я гебе, что я очень сошел­ся за границей e этим прелестным, сердечным и оклеветанным человеком?), и я все пе могу па него оівегить» (КопиЛ.Ф. Собр. соч. Т. 5. М., 1969. С. 75).

I Io и правящих кругах было и много противников реформ. Главой консерваторов был K.II. Победоносцев и его покровитель и друг вел. кн. Александр Александрович. Определенную рсвиость испытывал кЛорис-Меликову и П.А. Валуев.

П августа 1880 г. Лорис-Меликов был назначен министром вну­тренних дел, в то же время оп подготовил очередной доклад па имя царя. Августовский доклад Михаила Тариеловнча содержал обширную программу подготовки гражданского современного общест ва:

Изыскивая меры к прочному охранению государственного порядка и об­щественного спокойствия, я пришел в убеждению, что назначение Сенатор­ских ревизий в некоторые губернии различных полос империи было бы ме­рою в высшей степени полезною. Кроме тех выгод, кои представляет всегда поверка действий местных учреждений, ревизии эти, при удачном выборе ревизующих лиц, послужили бы и к выяснению разнообразных воззрений, кои существуют ныне в отношении умов вне столичных центров и к попол­нению современными данными имеющихся в Министерстве внутренних дел и у Шефа жандармов сведений по многим весьма существенным вопросам, разрешение коих возложено волею Вашего Императорского Величества всецело на это Министерство. K числу таких вопросов принадлежат: указан­ное Вашим Величеством еще в начале шестидесятых годов преобразование административных губернских учреждений, времени, способов к прочному объединению полицейских властей, уяснения степени распространения социально-революционной пропаганды, изучение влияния административ­ных высылок и некоторые другие.

Вступив ныне в управление Министерством внутренних дел и обязан­ный принимать меры к скорейшему движению и разъяснению упомянутых дел и вопросов, всеподданнейшим долгом считаю доложить Вашему Вели­честву, что находящаяся минута была бы в высшей степени удобною для назначения Сенаторских ревизий в 6 или 7 губерниях различных полос империи. Ревизии эти были бы крайне полезны не только для ведомства Министерства внутренних дел, но, и без сомнения, и для других ведомств, которые могли бы также дополнить этим путем сведения свои по многим весьма важным предметам, как, например, по предрешенному уже Вашим Величеством вопросу о замене подушной подати. Самое назначение реви­зий не может, по моему убеждению, не произвести весьма успокоительного впечатления на общество, как новое доказательство высочайшего Вашего Величества попечения о благе народном.

Повергая на благоусмотрение Вашего Величества общие свои по сему предмету соображения, имею счастье всеподданнейше просить соизволе­ния Вашего Величества на предоставление Министерству внутренних дел:

1. Повергнуть на всеобщее благоусмотрение Вашего Величества спи­сок тех губерний в разных полосах империи, в коих ревизия представлялась бы наиболее полезною;

2. Войти в соглашение с Министерством юстиции об испрошении Высо­чайшего Вашего Величества указаний относительно назначения сенаторов для ревизий;

3. Войти в соглашение с министром юстиции и подлежащими ведом­ствами о составлении подробной для ревизий инструкции в развитие су­ществующих по этому предмету постановлений закона и применительно потребностям управления в настоящее время с тем, чтобы проект таковой инструкции был повергнут на Высочайшее Вашего Величества утвержде­ние (Ih всеподданнейшего доклада графа Лорис-Меликова императору 11 августа I880 г. ГАРФ. Ф. Лорис-Меликова. On. l. Д. 87. Jl. l-5).

Прежде всего, новый министр внутренних дел стремился оживить общественную мысль на местах. C этой целыо он предложил включить в ревіпип авторитетных сенаторов п учепых. Первое место среди вы­бранных сенаторов принадлежало Михаилу Евграфовичу Ковалевско­му, авторитетному члепу Государственного Совета. On изучил Казан­скую и Коегромекую губернии, а татем Оренбургскую и Уфимскую. Ковалевский собрал иеоцеинмый материал, предложил меры к исправ­лению замеченных пеустройств, провел анализ различных мііеппй, экономических и политических позиций в провпіщпалыюм обществе. Подобную работу провели п другие назначенные сенаторы: C.A. Морд­винов- в Гамбовской и Воронежской губерниях; A.A. ГІоловцев — и Ки­евской н Черниговской, И.И. Шамшин в Самарской и Саратовской. Их еуммнроваішыедоклады обьеднпнлпеь в общий документ, где пред­лагалось:

1. ІІрппягь меры против распространения в Роеепп «социалистиче­ских лжеучепий», об административной высылке опасных агитаторов этих учений. Огмечалоеь бедственное экономическое положение меег- пого паселеппя, рассматривались причины упадка народного благососто­яния. Сенаторами была вырабогапа система местного самоуправления.

2. Изучение судебной реформы па местах показало слабость про­курорского падзора, несоблюдение института присяжных заседателей и присяжных поверенных.

3. Отмечались недостатки по финансовому ведомству и ведомству государственных имуществ.

4. Особое внимание уделялось народному образованию. Сенаторы предлагали ряд мер по развитию народного просвещения.

5. Состояние путей сообщения обрат ило особое внимание сенаторов, которые также выступили с предложениями усовершенствования дорог.

6. Сенаторы предлагали пересмотр заирстителыіых указаний о пе­риодической печати.

Лорис-Меликов добился назначения своих сторонников на ответ­ственные министерские посгы. Ha место генерал-адыотапта Грсйга минетром финансов был назначен друг графа Л.Л. Лбаза.

Сенаторские ревизии создали убедительные свидетельства в не­обходимости гіривлсчь общество к разработке новой политической си­стемы. Создание временных Подготовительных комиссий по примеру Редакционных комиссий 1859 г. стало насущном обьсктнвноіі необходи­мостью. IIo предложению авторитетных сенаторов Подготовительные комиссии создавались пз среды земского общества и общества «неко­торых значительных городов». Тем самым формировалась обишриая среда для складывания гражданского общест ва.

Как утверждал маститый дворянский пегорик Сергей Татищев, разумеется, идеализируя царя, Александр II мечтал «видеть народ свой счастливым, просвещенным светом христианской нсттіны н охраняемым в своем развитии гвердыми законами и ненарушимым правосудием».

Между тем, осуществляя свою программу но реформированию России, Лорнс-Мелпков считал необходимым пересмотр «Положения о земских учреждениях». Ійце в япварс 1880 г. по сто инициативе был отменен соляной палог, чго должно было несколько облегчить поло­жение креегьяп. После русско-турецкой войны 1877 1878 гг., унесшей много кресгьяпского населения, положение в сграііе зпачнгслыю ухуд­шилось, в ci paiic было бссгіокойно.

A.B. Головнин, известный учасгник реформ 6()-X IT., в том числе университетской, свидетельствовал: «Признаюсь, чіо будущее кажет­ся мпе крайне беспокойным... Рассматривая вблизи состояние страны и вспоминая бюджет государства, я нахожу, чго за последние 40 лет пра­вительство много брало у этого народа, а дало сму очень мало. Ono бра­ло людьми, прямыми и косвенными налогами, тяжелыми работами... брало большую часть его доходов, а загем парод, благодаря плохой ад­министрации, платил гораздо более, нежели казна получала... Bee эго было болыиой пссиравсдливоетыо, а так как каждая несправедливость всегда наказывается, то я увсреи, что наказание это не заставит себя долго ждать. Ono настанет, когда крестьянские дети, которые теперь еще грудные младенцы, вырастут и поймут все то, о чем я только чго говорил. Эго случится в царствование внука настоящего Государя...» (1 (иг. по очерку Л.Г. Захаровой, e. 489).

Сенаторские ревизии очень хорошо показали бедственное положе­ние русских провинций.

Для осуществления своей программы Лорис-Меликову требовалась поддержка просвещенного общества, в чем он стремился убедить царя.

28 января 1881 г. он подготовил новый доклад Александру II. Это была своего рода программа министра внутренних дел. Автор считал, чго император уполномочил его не только покончить с крамолой, но и найти средства для удовлетворения потребностей мыслящей чаеги общест ва. Докладчик призывал найти способы для завершения начатых реформ: «ІІрнзвание общества к участию в разработке необходимых для настоящего времени мероприятий еегь именно го средство, какое и полезно н необходимо для дальнейшей борьбы e крамолой» (Былое. 1918. №4 5. С. 163).

K копцу феврали 1881 г. ом почти добился согласия Александра Николаевича па созыв представителей ог общества п приобщение их к законосовещательной деятельности. Гели бы эго намерение Лорис- Меликова было закреплено законом, ход истории России мог измепи гь- ея кардинально. IIo революционные силы, в частности народовольцы, нс понимали этого и, разумссгся, не были обстоятельно осведомлены.

Доклад 28 января 1881 г. содержал развернутую программу преоб­разований и был итоговым документом, который Jier в основу Копсттт- гуцин Лорие-Мелпкова. Эгогдокумепт пе увидел публикации в России, по иозже, в 1904 г., появился в иечатп в Берлине на русском языке.

Наверху первой страницы этого доклада рукою уже императора Александра Ill написано: «Слава Богу, этот преступный и спешный шаг к конституции пе был сделан, и весь угот фантастический проект был огвергпут в С овете миниегров весьма незначительным меньшин­ством. - А.».

B феврале минувшего года Вашему Императорскому Величеству бла­гоугодно было возложить на меня обязанности по званию главного началь­ника Верховной распорядительной комиссии, учрежденной для охранения государственного порядка и восстановления общественного спокойствия.

Затем, в августе того же года, по упразднении Верховной распоряди­тельной комиссии, Ваше Императорское Величество соизволили призвать меня к управлению Министерством внутренних дел, на попечении коего лежит поддержание внутреннего порядка в государстве. Возлагая на меня столь трудные обязанности в тяжкую для России минуту, Ваше Величество соизволили преподать мне указания на необходимость, для успешного вы­полнения порученной мне задачи, принятия мер, направленных не толь­ко к строгому преследованию вредных проявлений социального учения и к твердому упрочению правительственной власти, временно поколеблен­ной прискорбными событиями минувшихдней, но, главным образом, и к воз­можному удовлетворению законных потребностей и нужд населения.

Действуя с того времени в предуказанном мне Вашим Величеством на­правлении и являясь лишь неуклонным исполнителем намерений Ваших, Госу­дарь, могу засвидетельствовать ныне перед Вашим Величеством, что первые шаги по этому, предначертанному Высочайшею волею, пути принесли уже за­метную пользу: постепенное возвращение государственной жизни к правиль­ному ее течению удовлетворяет в значительной степени внутренним стремле­ниям благомыслящей части общества и укрепляет временно поколебленное доверие населения к силе и прочности правительственной власти в России.

Объединение действий правительственных органов, охраняющих госу­дарственный и общественный порядок; облегчение участи административно высланных, особенно из среды учащейся молодежи; внесение более сер­дечного участия в руководство учебной частью в империи, усиленное вни­мание правительства к местным земским нуждам в широком объеме, выра­зившееся как в удовлетворении некоторых ходатайств, оставленных прежде без движения, так и в назначении сенаторских ревизий с главнейшею целью изучения сих нужд; отмена ненавистного для народа соляного налога; пред­принятый пересмотр неудовлетворяющего своей цели законодательства о печати - оказали и оказывают благотворное влияние на общество в смыс­ле успокоения тревожного состояния оного и возбуждения верноподданни­ческой готовности служить Вам, Государь, всеми силами для завершения великого дела государственных реформ, предпринятого Вами с первых же дней восшествия Вашего на прародительский престол.

Смею всеподданнейше доложить Вашему Императорскому Величе­ству, что, в видах прочнейшего установления порядка, таким настроением необходимо воспользоваться.

Великие реформы царствования Вашего Величества, вследствие со­бытий, обусловленных совместными с ними, но не ими вызванными про­явлениями ложных социальных учений, представляются до сих пор отчасти не законченными, а отчасти не вполне согласованными между собой. Кроме того, многие первостепенной государственной важности вопросы, давно уже предуказанные державною волею, остаются без движения в канцеляриях разных ведомств.

Для окончания реформ и для разрешения стоящих на очереди вопро­сов в центральных управлениях имеется уже много материалов, добытых опытом прошедших лет и приуготовительными работами. Сенаторские ре­визии, имеющие главною своею целью исследование настоящего положе­ния провинции и местных потребностей, должны внести богатый вклад в эти материалы и уяснить местными данными то направление, какое для успеха дела необходимо будет дать предстоящим преобразовательным работам центральных учреждений, но и эти данные, при окончательной разработке их, несомненно, окажутся недостаточными без практических указаний лю­дей, близко знакомых с местными условиями и потребностями.

Ввиду изложенного нельзя, по моему убеждению, не остановиться на мысли, что призвание общества к участию в разработке необходимых для настоящего времени мероприятий есть именно то средство, какое и полез­но, и необходимо для дальнейшей борьбы с крамолою.

Существенно важным и подлежащим зрелому обсуждению представля­ется при этом способ осуществления этой мысли.

Обращаясь к изысканию этого способа, обязываюсь, прежде всего, вновь выразить перед Вашим Императорским Величеством, что, по глубоко­му моему убеждению, для России немыслима никакая организация народ­ного представительства в формах, заимствованных с Запада; формы эти не только чужды русскому народу, но могли бы даже поколебать все основные его политические воззрения и внести в них полную смуту, последствия коей трудно и предвидеть. Равным образом мне представляется далеко не свое­временным и высказываемое некоторыми приверженцами старинных форм Российского государства предложение о пользе образования у нас Земской думы, или Земского собора. Наше время настолько удалилось от периода указываемой старинной формы представительства, по изменившимся по­нятиям и взаимным отношениям частей Русского государства и современ­ному географическому его очертанию, что простое воссоздание древнего представительства являлось бы трудно осуществимым и, во всяком случае, опасным опытом возвращения к прошедшему.

При таком воззрении на высказываемые в среде некоторой части обще­ства мнения о необходимости прибегнуть к представительным формам, для поддержания порядка в России, и признавая, что мнения эти составляют лишь выражение созревшей потребности служить общественному делу, мне представляется наиболее практическим способом дать законный исход этой потребности в порядке, испытанном уже по мудрым указаниям Вашего Величества, при разработке крестьянской реформы. Порядок этот следует, конечно, применить к потребностям и задачам настоящей минуты.

Исходя из этого основного начала и принимая во внимание, что на ме­стах имеются ныне уже постоянные учреждения, способные представить сведения и заключения по вопросам, подлежащим обсуждению высшего правительства, мне казалось бы, что следует остановиться на учреждении в С.-Петербурге временных Подготовительных комиссий, наподобие орга­низованных в 1858 году Редакционных комиссий, с тем чтобы работы этих комиссий были подвергаемы рассмотрению с учетом представителей от земства и некоторых значительнейших городов.

Состав таких Подготовительных комиссий мог бы быть определяем каждый раз высочайшим указанием из представителей центральных прави­тельственных ведомств и приглашенных, с высочайшего соизволения, све­дущих и благонадежных служащих и не служащих лиц, известных своими специальными трудами в науке или опытностью по той или другой отрасли государственного управления или народной жизни.

Председательство в комиссиях должно бы принадлежать особо назна­ченным, по Высочайшему доверию, лицам из числа высших государствен­ных деятелей. B состав комиссий войдут и ревизующие сенаторы по окон­чании ими ревизий.

Число комиссий должно бы быть ограничено на первое время двумя по главным отраслям, к которым могут быть отнесены предметы их занятий: административно-хозяйственные и финансовые. Каждая комиссия могла бы подразделиться на отделы и подкомиссии.

Круг занятий административно-хозяйственной комиссии могли бы со­ставить нижеследующие предметы ведомства Министерства внутренних дел, одновременно или в последовательном порядке:

а) преобразование местного губернского управления, в видах точного определения объема прав и обязанностей оного, и приведение администра­тивных учреждений в надлежащее соответствие с учреждениями судебны­ми и общественными и потребностями управления;

б)дополнение, по указаниям опыта, положений 19 февраля 1861 года и последующих по крестьянскомуделу указаний, соответственно выяснив­шимся потребностям крестьянского населения;

в) изыскание способов: 1) к скорейшему прекращению существующих доныне обязательных отношений бывших крепостных крестьян к своим по­мещикам и 2) к облегчению выкупных крестьянских платежей в тех местно­стях, где опыт указал на крайнюю их обременительность;

г) пересмотр положений земского и городского, в видах пополнения и исправления их по указаниям прошедшего времени;

д) организация продовольственных запасов и вообще системы народ­ного продовольствия, и

е) меры по охранению скотоводства.

Предметы занятий финансовой комиссии (вопросы: податной, паспорт­ный и другие) подлежали бы определению Вашим Императорским Вели­чеством по всеподданнейшему докладу министра финансов, основанному на предварительном соглашении с министром внутренних дел, тем более что многие из предметов ведомства обоих названных министров находятся в тесной между собой связи.

Ha обязанности комиссий лежало бы составление законопроектов в тех пределах, кои будут им указаны высочайшею волею.

За сим составленные Подготовительными комиссиями законопроекты подлежали бы, по указанию верховной власти, предварительному внесе­нию в общую комиссию, имеющую образоваться под председательством особо назначенного высочайшею волею лица из представителей и членов Подготовительных комиссий, с призывом выборных от губерний, в коих вве­дено положение о земских учреждениях, а также от некоторых значитель­нейших городов, по два от каждой губернии и города; причем в видах при­влечения действительно полезных и сведущих лиц, Губернским и Земским думам должно быть предоставлено право избирать таковых не только из среды гласных, но и из других лиц, принадлежащих к населению губернии или города.

Из губерний, где земские учреждения еще не открыты, могли бы быть призваны лица, по указанию местной власти.

Для занятий общей комиссии могло бы быть назначено крайним сроком не более двух месяцев.

Рассмотренные и одобренные или исправленные общею комиссиею за­конопроекты подлежали бы внесению в Государственный Совет, с заключе­нием по оным министра, к ведомству коего относится предмет нового зако­нопроекта, причем для облегчения Государственного Совета в предстоящих ему работах, быть может, Вашему Величеству благоугодно будет повелеть призвать и в состав его, с правом голоса, несколько, от 10 до 15, предста­вителей от общественных учреждений, обнаруживших особенные познания, опытность и выдающиеся способности.

Работа не только Подготовительных, но и Общей комиссии должна бы иметь значение исключительно совещательное и ни в чем не изменяющее существующего ныне порядка возбуждения законодательных вопросов и рассмотрения их в Государственном Совете.

Установление изложенного выше и испытанного уже с успехом порядка предварительной разработки важнейших вопросов, соприкасающихся к ин­тересам народной жизни, не имеет ничего общего с западными конститу­ционными формами. За Верховною властью сохраняется всецело и исклю­чительно право возбуждения законодательных вопросов в то время и в тех пределах, какие Верховная власть признает за благо указать.

Приглашению членов, избираемых общественными учреждениями, бу­дет предшествовать составление нового законопроекта Подготовительными комиссиями из чинов правительственных, при участии лишь некоторых, осо­бо известных правительству, посторонних лиц.

Весь личный состав Подготовительных комиссий войдет в состав об­щей комиссии и будет разъяснять и поддерживать выработанные проекты. Эта обязанность будет лежать на председателях Подготовительных комис­сий, в качестве помощников председателя общей комиссии

Самый состав общей комиссии будет каждый раз предуказываем Вы­сочайшею волею, причем комиссия будет получать право заниматься лишь предметами, предоставленными ее рассмотрению.

Ho, предварительное приведение всех изложенных выше предположе­ний в окончательное исполнение, мне казалось бы необходимым ныне же сделать распоряжение, чтобы имеющиеся в разных департаментах и дру­гих центральных учреждениях всех ведомств материалы, имеющие соотно­шение к перечисленным выше вопросам, кои будут подлежать обсуждению Подготовительных комиссий, были собраны, приведены в порядок и извест­ную систему и сгруппированы по однородным предметам. Труд этот в каж­дом отдельном учреждении должен быть возложен на наиболее способных и дельных чинов подлежащих ведомств, причем начальство этих ведомств может, буде пожелает, приглашать для участия в таких приуготовительных работах и посторонних лиц, кои своею опытностью и научными познания­ми могли бы способствовать их успеху. Ha окончание этих работ должен быть назначен срок, совпадающий с окончанием сенаторских ревизий, при­чем каждому отдельному ведомству, независимо от собрания и группировки имеющихся в его ведении материалов, могли быть предоставлены в Подго­товительные комиссии результаты своих трудов не только в виде сырых ма­териалов, но и основанные на них формулированные предложения, в фор­ме проектов законоположений. По приблизительным соображениям такие приуготовительные работы по разработке данных и материалов, как имею­щихся в различных учреждениях, так и тех, кои доставлены будут реализую­щими сенаторами, могут быть совершенно закончены к осени текущего года и переданы в Подготовительные комиссии. По открытии тогда же в них за­нятий деятельность их должна быть ведена с таким расчетом, чтобы созыв Общей комиссии, с учетом общественных представителей, мог последовать в начале будущего года, по окончании сессий губернских земских собраний.

Между тем, такое учреждение может дать правильный исход заметному стремлению общественных сил к служению престолу и отечеству, неминуе­мо внесет в народную жизнь оживляющее начало и предоставит правитель­ству возможность пользоваться опытностью местных деятелей, ближе стоя­щих к народной жизни, нежели чиновники центральных управлений.

Соображения эти, в связи с возбужденными в благомыслящей части общества радостными ожиданиями дальнейшего развития великодушно предначертанных Вашим Императорским Величеством преобразований, не могут не заслужить самого серьезного внимания. Позволяю себе повергнуть пред Вами, Государь, глубокое мое убеждение, что неудовлетворение при­веденным выше ожиданиям в настоящее время будет неминуемо иметь по­следствием, если не полное охлаждение, то, по меньшей мере, равнодушие к общественному делу, представляющие, как указал прискорбный опыт не­давно истекших лет, самую удобную почву для успеха анархической про­паганды.

Если, Ваше Императорское Величество, соизволите разделить выска­занные мною мысли, то, по одобрению Вами изложенных в настоящей запи­ске предположений, не благоугодно ли будет повелеть обсуждение способа приведения их в исполнение поручить рассмотрению нескольких лиц по из­бранию Вашего Императорского Величества?

Генерал-адъютант Лорис-Меликов 28 января 1881 г., С.-Петербург

(Подлинник этого Доклада Лорис-Меликова or 28 января I881 г. хранится в ГАРФс. Ф. 678. Александр II. On. I. 693. ГІубрикация в Poc- сииіБылос. I9I8.№4 5.C. 162 J65).

Михаил Тарислович Лорис-Мсликов готовил императора Алексан­дра Il к восприятию необходимых преобразований очень постепенно. Ero программный доклад от 28 января 1881 г. выглядел весьма умерен­ным. Ho еуть его сводилась к введению принципа выборности предста­вителей от общества, от зсмств и городов в гак называемые Приугото­вительные комиссии при Государственном Совете, который подчинялся императору. Ho созыв представителей от общества должен был повлечь за собой преобразования в области финансов, в губерпском и земском управлении и, пакопец, в крестьянском вопросе.

Проект Лорис-Меликова пе мог не учитывать западноевропейский опыт конституционализма. Лорис-Мсликов с уважением относился к славянофильскому проекту Земского собора. IIo его собственный проект был оригинален. On был приспособлен к настоящему моменту и согласован с царем.

K концу февраля 1881 г. император Александр II, наконец, согла­сился на созыв выборных представителей ог общества и приобщение их к государственной (законосовещательной) деятельности.

5 февраля 1881 г. этот проект обсуждался в присутствии наслед­ника Александра Александровича, великого князя Константина Нико­лаевича, министра двора графа A.B. Адлерберга, статс-секретаря кня­зя С.П. Урусова, министра финансов A.A. Абазы, министра юстиции Д.П. Набокова, председателя комитетамипистров ll.A. Валуева и мини­стра внутренних дел Лорис-Меликова н получил поддержку. 9 и 14 фев­раля проходили совещания в Апичковом дворце под председательством наследника. Совещание одобрило проект Лорис-Меликова.

B «Воспоминаниях» А.Ф. Копи сохранился разговор его с Jlopnc- Меликовым по поводу главного конституционного проекта. Ьывіішп диктатор рассказывал: «Председателем Общей комиссии сведущих лю­дей (при Государственном Совете. - ff.M.) предполагался наследник, помощниками его я и Милютин. У пае, даже между государственными людьми, распространено нежелание сознаваться в своих ошибках пли незнании. Поэтому я боялся кому-либо вверить председательство и хо­тел фактически быть им сам... Срок заседаний Общей комиссии был бы шестинедельный. Вы правы! У меня было идругос вданном случаедо- стоинство: я пе был связан ничем с петербургской бюрократией, у меня были свободны руки и ничто в прошлом меня пе связывало. Главное было - опубликование общих начал. Это был своего рода вексель на будущее. Я точно предчувствовал» (КопиА.Ф. Воспоминания, e. 197).

17 февраля 1881 г. результаты совещания были одобрены царем. B журнале Особого совещания император иачертал: «Исполнить!»

B «Дневнике» Д.А. Милюгипа сохранилась запись великого кпязя Владимира Александровича об историческом момсите почти дарования России Конституции: «...в самое утро злополучного дня I марта по­койный император, утвердив своей подписыо представленный доклад Секретной комиссии и выждав выхода Лорис-Меликова из кабинета, обратился к присутствующим великим князья стакими словами: “Я дал свое согласие па это представление, хогя пе скрываю от себя, что мы идем по пути к конституции”» (Дпевпик Д.А. Милютина).

Ila 4 марга было решено созват ь Совет министров для одобрения проекта.

ІІозжс Лорис-Меликов рассказывал своему друіу Кони: «Вернув­шись 1 марта с одобрением и повелением созвать Совет министров на 4, я при I I.C. Абазс, пе входя в кабинет, сказал: “Вот, милый! I Ірочигай!” и, перекрестясь, певолыю сказал: “Господи! Сохрани еіо!”... A через два часа слышу - трах, трах! Да! Эгим было убито политическое раз­витие России, быть может, па много лег... у мепя вырвано из рук то, что, по моему мпепию, могло сосіавить благо для России... Государь подписал мой проект Общей комиссии очень легко н лишь раз и то с чьих-то чужих слов спросил мепя: “А эго не будутли JEfats gcncraux?” и спова отдался ежедпевпым заботам, официальным суегам и огромно- мумехапическому грудудпя...»(/т/////1.Ф. Воспомшіаішя,с. 197 198).

A 1 марта грянул взрыв па Грибосдовом капалс. Co словами: «Ка­жется, я уцелел!» царь вышел из карсты... Вгорая бомба народовольца Игпатия Грипевпцкого смертельно ранила Александра II.

Петр Алексеевич Кропоткин в «'Записках революционера», оце­нивая личпость императора Александра 11, писал: «...несмотря па на­стоятельные убеждения кучера пе выходигь из кареты... Александр Il все-таки вышел. On чувствовал, чго военное досгоипство требует по­смотреть иа раненых черкесов и сказать им несколько слов... Я мог за- гляпугь, - пишет Кропоткин, в глубь его сложной души... и попять этого человека, обладавшего храбростью солдата, полишенного муже­ства государственного деятеля».

Психологию императора Александра II пытался разгадагь извест­ный эмигрантский писатель Марк Алдапов. Для пего этот царь - до­брый, по «пустой малый». Безупречно воепитапиый светский человек, хорошо образованный, совесм неглупый, но не можег понять, чего от него хотят все эти народовольцы. Всерьез дела страны его нс интересу­ют, он болынс озабочен тем, хорошо ли спала княжна Долгорукая и пе плакал ли их сын Гога.

Романы Длдапова «Начало конца» и «Истоки», основанные на огромной документалистике, получили премии американского обще­ства «Книга месяца» и британского общества «Книга».

Образованнейший Алданов, крупный учепый в области химии и математики, выдвинул концепцию «всесилия иронии истории пад судьбами племен и пародов па протяжении столетий». Итог его исто­рических размышлений: грустный и трезвый взгляд иа историю, пе лишенный гумаписгичеекого начала в постепенной переделке «черной человеческой природы».

Плап Лорис-Меликова был сорваи. Iiro первый шаг в общепии с иовым императором Александром Ill еоегоял в попытке обсуждения своего проекта правительственного сообщения о гтпивлечепии к зако­нотворчеству выборных от общества. B заключительную часть повой редакции правительственного сообщения им было введено принципи­ально важпое положение: «исполнить в точности родительский завет». И далее сообщалось: император «соизволил повелеть принять к гочио- му исполнению изложенную ВЫНІС священную BOJlIO CBOCIsO державно­го родителя» (Былое. 1918. № 4 5. С. 180). Однако новый император Александр 111 уже был настроен ипаче. On огтянул дату ответственного заседания Совета министров и нерепес его па 8 марта.

Лорис-Меликов пе учел, чго консервативная оппозиция во главе с К.П. Победоносцевым приготовилась к наступлению, к активной ага- ке, используя евое влияние па нового императора. «Теперь спасать Рос­сию или никогда», - гаков был девиз Победоносцева. On пастойчпво убеждает императора освободиться отЛорнс-Меликова.

И сам Лорис-Меликов сделал несколько опрометчивых шагов, пе учитывая изменения политической обстановки с приходом к влаеги Александра III. Iiro иллюзия, чго новый царь останется верным своему слову, закрепленному в предшествующих политических документах, быстро рассеялась.

Бывший диктатор сделал ошибку, приостановив выступление про­грессивной печати в защиту готовящейся конституции. On надеялся заручиться доверием нового императора, переоценивая его эрудицию и политическую подготовленность. Неприязнь Александра Алексан­дровича к кпяжис Долгорукой, геперь графипе ІОрьевекой, придвор-

Hbie интриги, боязнь потерять право на наследование престола, обида за мать императрицу Марию Александровну, поддержка теперь уже императора Александра Ill его супругой Марией Федоровной - все это изменило политическую ситуацию не в пользу конституции.

Накануне решающего заседания Совета министров Лорис- Мсликов отсск поддержку демократической печати. Ilo желанию царя на заседание Совета министров был приглашен члеп Государственного Совета и теперь уже получивший власть обер-прокурор Святейшего Сипода К.П. Победоносцев. B Зимнем Дворце все присутствующие понимали, чго будут обсуждать пе нросто проект Лорис-Мсликова, а судьбу империи.

B результате сложившейся неблагоприятной политической еиіуа- ции выеіуплепие обер-нрокурора Святейшего Сипода Победоносцева стало решающим. Заручившись поддержкой императора накануне, он eo всей яростыо обрушился па реформы 60-х годов: «России даруют “говорилыпо”. Это определит гибель России». Сторонники Лорпс- Меликова пе сумели мобилизоваться.

Д.А. Милютин позже в своем «Дпевпике» назвал речь Победонос­цева «незуптскоіі», огулыю порицающей все царствование предшеству­ющего императора Александра Il (ДпеипикД.А. Милютппа. Т. 4. С. 35).

Сгорошшки Лорис-Меликова па совещании 8 марта 1881 г. вынуж­дены были доказывать естественную совместимость проекта Лорис- Меликова с предшествующими реформами н сохранением самодержа­вия с его полномочиями законодательной власти. IIo вее оказалось на­прасным. Либеральные сторонники Лорпс-Меликова выпуждепы были отступить перед яростным папором противников реформы Ііри ЯВІІОЙ поддержке нового императора.

«Дпевппк» Il.A. Валуева содержит богатейший материал о «мар­товских идах» — постепенном вытеснении Лорис-Меликова из прави­тельственного окружения. Устная и письменная атака Победоносцева на Лорпс-Меликова e каждым днем приобретала вес большую и боль­шую остроту. Обер-прокурор не переставал настраивать Александра Ill против миписіра виутреппихдел.

B письмах к Е.Ф. Тютчевой I Іобедопосцев оімечал слабоволие Алек­сандра Александровича и eio нерешительность в выборе своего самосто­ятельного политического курса (Русский архив. 1907. Кн. 2. С. 90 93).

Противоборство либеральной и консервативной липий все более склонялось в сторону последней. Семейство Александра Ill поселяется в Гатчине. Победоносцев часто навещает императора, он еще болсе сбли­жается с издателем «Московских ведомостей» M.H. Катковым и находит опору своим политическим настроениям в его публицистике. Сторонни­ки «конституции» Лорис-Мсликова проявляют определенную деликат­ность, обещают уйги в отставку, если проекг Лорие-Меликова не будет принят, а Победоносцев и компания ведуі наступательную политику.

Ситуация в стране приобретает все болсс острый политиче­ский характер. Либсралыюе крыло правительственных чиповпиков- реформатов оттесняется на задний план. Вот и Валуева перестали при­глашать па совещания. Великий князь Константин Николаевич был вы­веден в отставку. Великий князь Владимир Александрович попробовал поддержать проекг Лорис-Меликова, по e пим провел беседу старший брат-император, и у того отпала охота продолжагь нолемику.

Целый ряд иовых предложений Лорис-Меликова о переводе всех крестьян па выкуп, отмена подушной подати п пересмотр паспортной системы вес эти начинания Лорис-Меликова были остановлены.

Политика Лорие-Меликова подготавливала комплекс социальных и политических преобразований. Гще вдокладе І2апреля 1881 г. оп по­вторял вее положения япварскогодоклада 1881 г. о призыве выборных от общества. Гще пе коронованного императораЛорис-Меликов своим докладом 12 апреля поставил перед необходимостью принять новую программу царствования. Одпако положсішс осложнялось гем, что па совещании в Гатчипе21 апреля 1881 г. царь попытался выслушать мне­ния сторон. I Іослс доклада Лорие-Меликова вступили либеральные ми­нистры /(.А. Милютип, A.A. Абаза,Д.ІІ. Набоков, барон A.I1. Николаи. IIo новый император был уже настроен на укрепление государственно­го порядка и возвращение «к ископпым рубежам».

B том же еоегаве, чго и в Гатчипе, на Фопгапке в резиденции ми­нистра внутренних дел Лорие-Меликова собралось следующее сове­щание. Победоносцев стал решительно доказывать вред выборного па- чала. IIo окончании этого заседания в первом часу ночи был зачитан царский манифест (29 апреля 1881 г.), где царь объявлял, чго памереп править с верой в силу истинно самодержавной власти, которую наме­рен охранят ь и ут верждать от всяких па нее поползновений.

Победоносцев вынужден был признать, ч го оп писал манифест. Воз­мущенные Милютин, Абаза и Лорис-Меликов подали в отставку. ІІовжс Лорис-Мсликов признавался: пройдя весь путь и разрешив вес свои за­дачи, он «потерпел крушение в самой пристани» (Николадзе H. Из воспо­минаний о гр. M.T. Лорис-Меликове // Повое обозрение. 1889. 22 января).

Крушспие программы Лорис-Меликова означало смену линии раз­вития России, ориентированной па мирные преобразования, на рефор­мы как альтернативу революции.

4 мая 1881 г. последовал указ об увольнении министра внутренних дел, члена Государственного Совета, генерал-адъютанта от кавалерии графа Лорие-Мсликова. И уже 6 мая 1881 г. па пост министра внутрен­них дсл был назначен граф Н.П. Иінагьсв, чсловсклояльный, в чем-то напоминающий Лорис-Меликова. Ilo в правительственном сообщении объявлялось, чго повое назначение не просто смепа государственно­го деятеля, но и смепа политической программы (Русские ведомости. 1881.8 мая).

C отставкой Лорие-Меликова crpaiia погеряла наиболее компегепт- ного высокопоставленного чиновника, прекрасно оценивающего по­литическую обегаіювку, человека, который рсалыю вшлся за мирный исход сложившейся взрывоопасной ситуации в стране. Либеральная пе­чать отмечала, ч го хорошо начагая государственная полит ика, к сожале­нию, не вышла из своего зачаточного периода, а главные cc проводники неожиданно и несвоевременно отошли ог дела.

Близкий к Лорпс-Меликову H.A. Белоголовый, известный либе­ральный деятель, отмечал, что e отставкой Лорие-Меликова завершился этап политического курса России, ушла в пебыгие скромная попытка примнрення культурных классов с бюрократией и абсолютизмом. Так был у грачеп единственно верпый путь к мирному развитию российско­го общеегва и завершению rex реформ, начало которых было положено огмепой крепостного iipaiui(eM.: Конституция графа Лорие-Меликова. Лондон, 1893. С. 43).

B повой политической реальности Лорнс-Меликову уже пе было уютно в России, да и сам император дал попять, чго лучше всего ре­форматору поеели гьея за границей. B мае 1881 г. семья графа переехала в Эмс, куда несколько позже последовал и сам Михаил Тарислович.

2a границей Лорис-Меликов подружился e врачом Николаем Ан­дреевичем Белоголовым, оставившим о графе содержательные воспо­минания. On ут верждал, чтоЛорис-Мсликов осгалея верным сторонни­ком реформ и продолжал защищать идею народного представительства. B своих воспоминаниях доктор Белоголовый утверждал, чго «Россия лишилась в лице Лорие-Мсликова одного из даровитейших, бескорыст­нейших и преданнейших своих сынов, и можно лишь искренне поже­лать ей побольше таких» (Белоголовый Н.Л. Граф M.T. Лорие-Меликов. 1878 1888. СПб., 1889).

12.