Гражданское право поСводу законов Российской им­перии

Как уже было сказано, впервые в русском законодательстве сфера гражданского права была выделена как особая отрасль пра­ва (т. 10 - законы гражданские и межевые). Правда, часть норм, регулирующих обязательственное право, помещалась в торговых уставах (т.

Право собственности

В Своде законов впервые было дано определение понятия собственности как «права лиц исключительно и независимо от лица постороннего владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом вечно и потомственно».

Закон выделял несколько видов собственности, из которых два вида определялись как основные: собственность част­ная и собственность государственная. Частная собственность, в свою очередь, могла быть полной (право на владение, пользова­ние и распоряжение имуществом без всякого постороннего уча­стия) и неполной, то есть ограниченной другими посторонними. Ограничения могли быть в общих целях (право участия общего - проезд и проход по дорогам, рекам, запреты на строительство плотин, мельниц на судоходных реках и пр.) и в целях уважения прав других частных лиц (право участия частного). В последнем случае речь шла о сервитутах, хотя сам термин в законе отсутст­

вовал. Соблюдая закон, нельзя было пристраивать кухни и печи к стене соседнего дома, лить помои или сметать мусор в соседний двор, выводить окна на соседнюю крышу, позволять деревьям свешивать свои ветви через забор соседа и т.п.

Полным могло быть право собственности на землю и на иму­щество. По праву полной собственности на землю владелец имел право «на все произведения на поверхности ее, на все, что за­ключалось в недрах ее, на воды, в пределах ее находящиеся, и, словом, на все ее принадлежности» (вширь, вглубь и вверх). Зем­ли по берегам рек отграничивались серединой реки, во владение входил тальник, растущий на ее берегу, клад, найденный в земле владельцем, принадлежал ему целиком, половина, если нашел чу­жак, и т.п.

По праву полной собственности на имущество владельцу принадлежали все плоды, доходы, прибыли, извлеченные из него «трудом или искусством».

Имущество могло быть недвижимым и движимым. Эти по­нятия появились ещё в XVIII в., но теперь закон предусматривал и более дробное их деление. Так, недвижимое имущество счи­талось нераздельным или подлежащим разделу. К нераздельному закон относил фабрики, заводы, лавки, золотосодержащие прии­ски, переданные из казны для разработки в частные руки, участки земли до 8 дес. у государственных крестьян, майоратские и запо­ведные имения в западных губерниях страны. Дворы в городах могли делиться только по разрешению полиции.

Сохранялось деление недвижимого имущества на родовое и благоприобретенное (выслуженное, купленное и др.). Первое приобреталось только по праву законного наследования и подле­жало праву родового выкупа.

Движимое имущество составляли: 1) морские и речные суда, 2) книги, рукописи, картины, иконы и прочие объекты на­уки и предметы искусства, 3) домашние уборы, экипажи, земле­дельческие орудия, скот, хлеб (сжатый и молоченый), запасы, 4) все, извлеченное из земли (руды, минералы), 5) наличный капи­тал (деньги, векселя, закладные и прочие ценные бумаги). К дви­жимому имуществу до отмены крепостного права причислялись

права на крепостных людей без земли. Семейства крепостных (муж, жена, мать, отец, неженатые сыновья и незамужние доче­ри) считались неделимыми, их нельзя было дробить при даре­нии, продаже, залоге и других сделках. Разделить их можно было только при отпуске на свободу.

Второй основной вид собственности - собственность госу­дарственная. Это все, что не принадлежало частным лицам и не составляло других видов собственности. Сюда входили казенные земли (населенные и ненаселенные), морские берега, судоходные реки, большие дороги, леса, публичные здания и пр. Казенным имуществом считались все подати, пошлины и иные сборы, со­ставлявшиедоход казны.

Из других видов собственности следует назвать собствен­ность удельную (земли и крестьяне императорской семьи), двор­цовую (имущество императорского дома).

«Собственностью разных установлений» (учреждений) вла­дели церковь, монастыри, научные и учебные заведения, кредит­ные, богоугодные и прочие заведения. Шестой вид - собствен­ность общественная (дворянских, городских и других обществ). Ещё один вид собственности - собственность казачьих иррегу­лярных войск. Плоды интеллектуального труда составляли собст­венность литературную, музыкальную, художественную.

Способы приобретения и прекращения собственности. 1. Дарственные и безвозмездные (пожалования, выдел, дар, за­вещание).2. Наследство.3. Обоюдные (мена и купля).4. Другие договоры и обязательства (залог, заклад, аренда и т.п.). Суще­ствовало и принудительное отчуждение права собственности, о котором следует сказать особо.

Принудительное лишение права собственности требовало вмешательства власти и могло осуществляться тремя способа­

ми: 1) по судебному постановлению;2) в виде экспроприации; 3) в виде конфискации. Судебные постановления лишали права соб­ственности при обращении взыскания на имущество и при разде­ле общего имущества. При обращении взыскания на движимое имущество оно подвергалось аресту (описывалось и опечатыва­лось) и продавалось с молотка (то есть с публичного торга).

При обращении взыскания на недвижимое имение на него накладывался запрет (на рубку леса, вывоз или отчуждение че­го-либо). По истечении известного срока (как правило, 2 месяца), при неоплате долгов, имение описывалось и распродавалось че­рез опросные листы, в которые каждый мог вписать свою цену. Вписавший самую высокую цену приобретал недвижимость.

Экспроприация - это отчуждение или ограничение права собственности, предполагавшее принуждение, а если нужно, то и насилие.

Как правило, за вознаграждение отчуждалась собственность для государственных нужд: изъятие земель под железнодорож­ное строительство, хлебных запасов во время голода, лошадей для военных нужд и пр. Могло быть и безвозмездное изъятие, к примеру, зачумленных животных во время эпизоотии.

Конфискация - это отчуждение собственности государ­ственной властью в виде наказания, как правило, в результате совершенного преступного деяния. Конфискация касалась от­дельных вещей (контрабанды, орудий преступления и пр.). Кон­фискация всего имущества по русскому законодательству XIX в. неизвестна. Она могла иметь место, очевидно, только по специ­альному распоряжению правительства в случае участия в бунте или заговоре.

Наследственное право

Нас интересует наследование по закону, ибо наследование по завещанию ко времени составления Свода законов предполага­ло полную свободу завещателя, кроме тех исключений, о кото­рых шла речь и которые были связаны с родовым или недели­мым имуществом.

По закону к наследованию, как и прежде, допускались лица, связанные с умершим кровным родством. Но круг родственников заметно расширился. В наследовании участвовали иностранцы, дети, ещё не рожденные, а лишь зачатые до смерти отца и нахо­дившиеся в утробе матери, лица, имевшие физические недостат­ки (глухие, немые, безумные и т.п.). Только для категории насе­ления России не имели права наследования: лишенные всех прав состояния и монашествующие как отрекшиеся от мира.

К наследованию допускались вес члены рода, как мужчины, так и женщины, зачатые в законном браке (то есть церковном).

Близость родства определялась линиями и степенями. Су­ществовало несколько линий: нисходящая (прямые потомки), бо­ковая (братья и сестры и их потомки), восходящая (родители и их предки), побочная (дядья и тетки и их потомки и предки). Сте­пень составляла внутри линии связь одного лица с другим посред­ством рождения (в нисходящей линии, к примеру: сын - первая степень, внук - вторая степень, правнук - третья степень и т.д.).

Порядок наследования по закону был таков: ближайшее право имела нисходящая линия, а в ней - ближайшая степень, которая исключала дальнейшую (сын при живом отце не мог наследовать за дедом). Это правило действовало и в других линиях: ближай­шая степень исключала последующую. Из нисходящих, таким образом, призывались к наследству сыновья, после их смерти - внуки, затем правнуки и т.д. Эти наследники делили имущество (за выделом частей вдове или вдовцу и дочерям) в равных частях.

Законная жена после смерти мужа, как при живых детях, так и без них, получала из недвижимого имущества 1/7, а из движи­мого - 1/4 часть (если нет завещания, по завещанию могла полу­чить всё). Сюда не включалось приданое и собственное имущест­во жены, приобретенное как до брака, так и в браке, ибо супруги

владели имуществом раздельно. Дочери получали вполовину меньше жены (1/14 часть недвижимости и 1/8 часть движимого имущества). Но закон предполагал, что сыновья не могли полу­чить меньше выдела дочерям; если за выделом им оставалось меньше имущества, то все делилось поровну. Муж наследовал, как и жена.

При отсутствии сыновей и нисходящих от них в наследство вступали дочери и нисходящие от них. Сводные дети наследовали только имущество своего родителя.

При отсутствии нисходящих в наследство вступали боковые линии: братья и их потомки. Если братьев не было, наследова­ли незамужние сестры. При отсутствии последних - замужние сестры и их нисходящие. При этом имущество отца переходило в его род, имущество матери - в её род.

При отсутствии боковых наступал черед ближайшей по­бочной линии: дядей и теток и нисходящих от них.

Если после умершего владельца не оставалось наследников или никто из них не являлся в течение 10 лет после опублико­вания вызова для получения наследства, или если из явивших­ся никто не доказывал своего права на наследство, имущество признавалось выморочным. Сначала оно поступало в опекунское управление «для сохранения», а затем при неявке наследников переходило в казну. Дома и строения при этом могли быть прода­ны управлением с торгов и обращены в капитал. Он помещался в кассу Приказа общественного призрения, и на него шли про­центы.

Передача имущества или капитала «в казну» означала сле­дующее: после членов университетов и чиновников учебного ве­домства они переходили тем учебным заведениям, где трудились умершие; после духовных лиц - духовному ведомству; после мо­нахинь - монастырям;+ после городских жителей - в доход горо­да; после казаков - в пользу казачьего войска и т.д.

Существовал и особый порядок наследования отдельных имуществ. Так, при наследовании художественных произведений, книг и т.п. право это могло быть передано по завещанию третьим лицам (посторонним, не родственникам) только на 50 лет после смерти автора. Затем оно переходило к законным наследникам.

Панагии, кресты, украшенные драгоценными камнями, ико­ны и прочее имущество духовных лиц переходило к наследникам, за исключением «священных изображений», которые вынима­лись и оставлялись в местах, где служили умершие, а в конечном счете шли в монастырскую казну. Не христиане не могли насле­довать по завещанию иконы и другие «святости». В шестимесяч­ный срок они были обязаны передать их в руки православных или в православную церковь. В противном случае - отбирались.

Не имели силы завещания недвижимости в пользу евреев за чертой оседлости, поляков в некоторых западных губерниях и иностранцев в центральных губерниях и других особо оговорен­ных местах, где они не могли владеть недвижимым имуществом.

В западных губерниях существовал также особый порядок наследования дворянских имений, пожалованных на правах май­оратов. Такие имения переходили в наследство по мужской ли­нии и всегда к старшему сыну. Если потомство старшего сына пресекалось, они переходили ко второму сыну и т.д. Эти имения наследовались целиком, без дробления, без права остальных сы­новей требовать за них вознаграждения. Таков же был порядок наследования заповедных имений.

Уголовное право по Уложению о наказаниях уголовных и ис­правительных

Уложение о наказаниях - это пересмотренный 15-й том Сво­да законов или новый уголовный кодекс Российской империи, ко­торый вступил в действие в 1846 г. и который подвел итог все­му предшествующему развитию уголовного права. Он солиден по размеру, в нем 2224 статьи в 12 разделах, делящихся, в свою очередь, на главы, отделения, отделы. Впервые в нем выделены общая и особенная» части. Общая часть состоит из 5 глав и со­держит учение о преступлении и наказании. Она отличается до­

статочной юридической точностью понятий, свойственных праву нового времени. Но предложенная в ней система наказаний ещё типично сословная, феодальная. В особенной части (1 раздел) ха­рактеризуются группы преступлений (разделы 2- 12). Их всего 11.

Итак, пройдемся сначала по общей части Уложения. В ней, во-первых, находим новое, более четкое, почти современное определение понятия «преступление». Под преступлением по­нимается «противозаконное деяние или неисполнение того, что под страхом наказания законом предписано», то есть совершение законом воспрещенного и несовершение законом предписанного.

Во-вторых, кодекс отделяет от преступления проступок, ко­торый влечет за собой не уголовное, а исправительное наказание. Под проступком закон понимает нарушение правил, которыми ох­раняются права и безопасность лиц. В отличие от Свода законов в Уложении различались эти два понятия уголовно-наказуемого деяния не по тяжести наказания, а по объекту посягательства.

Закон определял виновность как необходимое основание наступления ответственности. Знает он и форму вины, разделяя преступления на умышленные и неумышленные. Он точно указы­вал на причины, освобождающие от наказания. Это случайность, малолетство (до 10 лет - безусловная невменяемость, до 14 лет - условная), безумие, принуждение высшей непреодолимой силы, в том числе угроза смерти, необходимая оборона, добросовестное заблуждение относительно противозаконности деяния (ошибка вследствие обмана или случая).

В Уложении выделяются стадии преступления: умысел, приготовление к преступлению, покушение на преступление, совершившееся преступление. Признаками умысла считалось «изъявление на словах, или письменно, или иным каким-либо действием намерения учинить преступление». Под приготовле­нием к преступлению закон понимал «приискание средств» для совершения преступления, а под покушением на преступление - «всякое действие, которым начиналось или продолжалось приве­дение преступного намерения в исполнение».

Для каждой стадии устанавливалась соответствующая мера наказания, из которых самая малая - за голый умысел. Покуше­

ние на преступление, если зло не совершилось по непредвиден­ным для обвиняемого обстоятельствам, а сам он все приготовил для его совершения, наказывалось как вполне совершенное пре­ступление. Собственный отказ от подготовленного преступления требовал снижения наказания на 2 степени.

Закон установил и ответственность за соучастие в престу­плении (двух или более лиц). Виды соучастия: без предваритель­ного согласия и в сговоре. В первом случае главные виновники отделялись от случайных участников. Во втором случае - в сгово­ре - закон выделял категории соучастников: зачинщиков, сообщ­ников, подстрекателей. Знает он и других лиц, «прикосновенных к преступлению», как-то; попустителей, укрывателей, недоноси­телей. Мера наказания зависела от вида соучастия. Для последних наказание было менее строгим, чем для участников преступления. За недоносительство и укрывательство не подлежали наказанию лица, состоявшие с преступником в «брачном союзе» или в близ­ких степенях родства и свойства, а также его «благодетели».

Четко оговаривались в законе и обстоятельства, увеличива­ющие вину и меру ответственности. К ним относились: степень умысла, безнравственность побуждений к совершению преступ­ления, жестокость, «гнусность или безнравственность спосо­ба совершения преступления», тяжесть его, особая активность и число привлеченных сообщников, «неискренность и упорство в запирательстве» при расследовании. «Совокупность» обстоя­тельств отягощала вину.

К отягчающим вину обстоятельствам относились также повторность и рецидив преступления, более высокое состояние, звание, степень образованности преступника, а также состояние опьянения, если оно достигнуто намеренно с целью преступле­ния (со злым умыслом).

Закон выделял также обстоятельства, устраняющие нака­зуемость. Это смерть преступника (кроме гражданского иска и казенных взысканий, которые обращались на имущество пре­ступника и переходили к наследникам), примирение с обижен­ным (по делам частного обвинения), истечение срока давности, помилование. Примирение не могло иметь места при оскорбле­

нии начальства, в случае изнасилования и обольщения, по делам о незаконном вступлении в брак.

Срок давности зависел от преступления. Самый высокий - 10 лет действовал в отношении преступлений, которые влекли за со­бой наказание в виде лишения всех прав состояния и каторжные работы. В других случаях он мог составлять 8, 5 лет и 3 года. Срок давности не действовал в государственных преступлениях («зло­умышления против императора и его супруги», перекрещивании - переходе из православия в другую веру, незаконном присвоении со­словных прав - чина, должности, ордена, почетного титула и т.п.).

Помилование было прерогативой императора и совершалось лишь в случаях, прямо предусмотренных указом о помиловании или указом об амнистии. Последняя касалась не отдельного пре­ступника, а целой их категории и объявлялась, как правило, по случаю некоторых торжественных актов (победы в войне, рожде­ния наследника престола и т.п.).

Вступив в действие в 1846 г., Уложение не имело обратной силы, но только в статьях, смягчающих или отменяющих ответ­ственность. Оно применялось ко всем российским подданным в пределах государства (кроме дел, подсудных духовным и воен­ным судебным органам). Так, военно-уголовные дела определя­лись военно-уголовным кодексом 1839 г. Действия Уложения не распространялись на иностранных подданных, имевших дипло­матический иммунитет, а также на Польшу, Финляндию, где дей­ствовали свои национальные кодексы, и на некоторые сибирские народы (чукчей, коряков и др.), где действовало родовое право.

Система преступлений в Уложении о наказаниях уголов­ных и исправительных.

Система преступлений, охарактеризованная в 11 разделах особенной части Уложения, оставалась традиционной, восходя­щей к известным нам законам: Соборному Уложению, Воинскому артикулу, указам Екатерины II. Однако здесь она более дробная, в ней некоторые известные нам группы преступлений подвер­глись делению на самостоятельные виды.

Как и ранее, на первом месте стоят преступления против веры. Теперь они четко разделяются на чисто религиозные (бо­

гохульство, отступление от веры, перекрещивание и др.) и на­правленные против священнослужителей (убийства, оскорбле­ния и т.п.). Первое наказывалось лишением всех прав и каторгой, а для лиц из податных сословий ещё и плетьми, наложением клейма, второе могло иметь следствием смертную казнь. По- прежнему сохранялся запрет на переход из православия в другую веру. Преследовалось сектантство (хлысты, духоборы, молокане, жидовствующие), вовлечение в секты детей.

Вторую группу составляли государственные преступления. Здесь помимо бунтов, заговоров, оскорбления императора и его семьи, известных нам, появляются новые составы преступления, как составление и распространение антигосударственных сочи­нений, создание тайных обществ. Это была реакция на требова­ния времени. Вводится ответственность за шпионаж в условиях войны (в мирное время - гораздо позже, в 1892 г.). Государствен­ные преступления влекли за собой суровые наказания, вплоть до смертной казни.

В третью группу были включены преступления и проступки против порядка управления (4 раздел). Это действия, препятству­ющие осуществлению правосудия и деятельности полицейских властей (вплоть до массовых беспорядков). Надо напомнить, что Уложение формировалось в царствование Николая Павловича, при котором был усилен полицейский режим. Преследовались оскорбления чиновников при исполнении, невыполнение пред­писаний, срывание объявлений, фальсификации правительствен­ных указов, побеги из тюрем и пр.

Четвертая группа - преступления и проступки по службе государственной. Субъектами данных правонарушений являлись чиновники и государственные должностные лица. Составы пре­ступлений у них таковы: бездействие, превышение полномочий, использование служебного положения в корыстных целях, не­законные действия (арест, обыск), растрата, подлог, нарушение норм материального права, мздоимство. Последнее наказывалось «вдвое против цены подарка» с обязательным отрешением от должности. В Уложении фигурировало ещё лихоимство, под чем подразумевалась взятка для решения незаконного дела, которая

наказывалась помимо указанного выше ещё ссылкой в Сибирь или заключением в арестантские роты. За эти преступления по­лагалось также телесное наказание - розги.

Следующий раздел Уложения (шестой) посвящался престу­плениям и проступкам против постановлений о повинностях, государственных и земских. В нем преследовалось, помимо про­чего, уклонение от рекрутской повинности (нарушение очередно­сти через подлог, дезертирство, самоизувечение, бегство, укрыва­тельство дезертиров и т.п.).

О преступлениях и проступках против доходов казны - так назывался седьмой раздел Уложения. Его статьи предусма­тривали санкции за хищения и растрату казенной собственности, причинение ущерба государственному имуществу. Как и прежде, сурово преследовалось фальшивомонетничество. Это преступле­ние влекло за собой лишение всех прав состояния, соединенное с каторжными работами в крепостях, телесные наказания. Не ме­нее сурово наказывалась подделка ценных бумаг. Закон защищал государственные монополии, как традиционные (соляную, чай­ную, винную), так и новые (горный промысел, в том числе раз­работку золота на казенных землях), преследовал самовольную охоту в запрещенных местах и т.п.

Охране общественного порядка посвящался 8 раздел Уло­жения - О преступлениях и проступках против общественного благочиния. Здесь содержалось все то, что составляло компетен­цию общей полиции: надзор за санитарным состоянием городов, гостиницами, борьба с эпидемиями и пр. Закон, к примеру, пре­следовал бродяжничество. «Всякий беспаспортный или не могу­щий доказать свою гражданскую личность» объявлялся бродягой, забирался в солдаты или на исправительные работы с последу­ющей ссылкой на Кавказ или в Сибирь. Запрещалось занимать­ся врачебной практикой без диплома или свидетельства, держать «притоны и шайки» (сообщества преступников более 3 человек) для разбоев, «зажигательства», игры в карты и пр. Закон предпи­сывал также «во избежание голода» на случай неурожая заводить и содержать «общественные запасные хлебные магазины».

В 9разделе - О преступлениях и проступках против за­конна о состоянии - содержались статьи, защищавшие основы сословного строя. Запрещались и преследовались порча или хи­щение документов о состоянии, похищение или подмена детей, продажа людей в рабство, присвоение наград, чинов, титулов, других прав состояния.

Один из самых больших разделов Уложения содержал нормы, защищавшие общество от преступлений против жизни, здравия, свободы и чести частных лиц. Самым тяжким преступлением здесь, как и ранее, считалось убийство. Однако теперь убийство, даже самое тяжкое, предумышленное, не наказывалось смертной казнью. Оно влекло за собой наказание в виде лишения прав со­стояния, бессрочной каторги и телесных наказаний (100 ударов плетьми). Закон жестоко преследовал убийство детей, в том числе аборты. Женщины за них подвергались лишению всех прав состо­яния, телесным наказаниям и ссылке в Сибирь. Но аборты были в те времена весьма редким явлением. По-прежнему одним из уго­ловных преступлений считалось самоубийство. Самоубийцу ли­шали христианского погребения и права на действительность всех его духовных завещаний. Не наказывались покушавшиеся или лишившие себя жизни в безумии, беспамятстве от болезни, жен­щины, спасавшие свою честь и целомудрие. Другие же попытки лишить себя жизни влекли за собой церковное покаяние; ссылка и плети, применявшиеся ранее, законом были отменены.

В особый раздел были выделены в Уложении преступления против прав семейственных. Впервые в светском законодатель­стве столь полно были сформулированы нормы семейно-брачно­го права. Уложение защищало права супругов, «союз детей и ро­дителей», «союз родственников», преследовало противозаконное вступление в брак, многобрачие, нарушения прав личности су­пругов (увечья, побои, истязания). Не менее рьяно защищалась честь родителей от посягательств детей. За неповиновение роди­телям, развратную жизнь и другие пороки грозило заключение в смирительном доме до 6 месяцев, за нанесение им телесных повреждений - каторга до 8 лет, плети, клейма.

Заключал Уложение 12обширный раздел - О преступлени­ях против собственности частных лиц. В нём находим много нового в сравнении с прежним законодательством, свидетельст­вующего об усилении защиты частной собственности. Отныне любые виды завладения чужим имуществом (домом, землей), даже без разбоя и других уголовных преступлений, переводились из гражданской в уголовную сферу и требовали наказания в виде лишения всех прав состояния. К тяжким преступлениям на этой почве относились поджог, взрыв газами, потопление имущества.

Система наказаний

Система наказаний в Уложении базировалась на сословном подходе к квалификации наказания и определению санкций в со­ответствии с установленными привилегиями (учитывалась при­надлежность лица к тому или иному состоянию, изъятие или не- изъятие от телесных наказаний, наличие чина, ордена и т.п.). Она была довольно сложной и громоздкой. Устанавливалась своеобраз­ная лестница из 11 родов наказаний, разделенных на 35 степеней в убывающей прогрессии, начиная от смертной казни и заканчивая внушением. Суд не имел права применять иного наказания, кроме установленного законом, но он мог установить ту степень наказа­ния, которую считал необходимой, не выходя при этом за его рамки.

Все меры ответственности подразделялись на общие (за лю­бые преступления), особенные (за преступления и проступки по службе) и исключительные (за определенные, указанные в зако­не преступления). Общие наказания, в свою очередь, делились на главные, дополнительные и заменяющие. Главные наказания могли быть уголовными (за преступления) и исправительными (за проступки).

К наиболее тяжким уголовным наказаниям относились: 1) лишение всех прав состояния и смертная казнь; 2) лишение всех прав состояния и каторжные работы; 3) лишение всех прав состояния и ссылка на поселение в Сибирь или на Кавказ.

Лишение всех прав состояния вело к потере всех граждан­ских прав и сословных привилегий (потомственного и личного дворянства, духовного звания, прав городских обывателей) и со­провождалось отнятием чинов, чести, титулов, доброго имени,

знаков отличия. Лишение всех прав состояния вело к потере иму­щества, которое переходило к наследникам, ибо на членов семей наказание не распространялось. Сын за отца и жена за мужа не отвечали, даже если следовали за ним в места, где преступник отбывал наказание. Но по закону потеря всех прав могла иметь следствием прекращение супружества (давала право на развод).

Смертная казнь применялась в двух случаях: за государст­венные преступления и за нарушение карантинных уставов во время эпидемий (например, за сокрытие больных чумой). Вид казни назначал суд, в практике же применялся один её вид - по­вешение. Наличие смягчающего обстоятельства вело к замене смертной казни каторгой без срока или на срок до 20 лет.

Каторжные работы имели несколько степеней тяжести: без срока, на срок от 4 до 20 лет. Наиболее тяжкой было каторга в руд­никах, менее тяжкой - на заводах и в крепостях. Бессрочная ка­торга применялась крайне редко: за отцеубийство, за повторное убийство, убийство близких родственников, убийство священни­ков во время богослужения, за составление подложных именных указов, поджог, потопление. Отбывали каторгу в Сибири, на Са­халине. По истечении известного срока каторжане «примерного поведения» переводились на более легкий режим содержания, увеличивалось время отдыха, ослабевал надзор. Со временем они могли строить собственные дома, обзаводиться семьями. От­бывшие каторгу переводились в ‘категорию ссыльнопоселенцев и определялись на местожительства в отдаленные районы с соот­ветствующей материальной помощью.

Уложение сохранило в качестве уголовных некоторые телес­ные наказания, в том числе плети (от 10 до 100 ударов) и в от­дельных случаях клеймение. Но ушли в прошлое кнут и «рвание ноздрей». Для военных сохранялись ещё шпицрутены, но при эк­зекуции обязательно должен был присутствовать врач, который при необходимости прекращал ее. Существовало и негласное указание об ограничении числа ударов.

Исправительные наказания по своей тяжести подразделялись на 7 родов. Самыми тяжкими были лишение всех особенных прав и преимуществ и ссылка на житье в Сибирь с заключением или

без него. Для людей, не изъятых от телесных наказаний, устанав­ливалось наказание розгами (от 50 до 100 ударов) и отдача на время (от 1 года до 10 лет) в исправительные арестантские роты гражданского ведомства. Лишение всех особенных прав и преи­муществ состояло в отнятии почетных титулов, дворянства, чи­нов и всяких знаков отличия, права поступать на государственную или общественную службу, записываться в гильдии, быть свиде­телем, опекуном и пр. То есть это было лишение не только прав состояния, но и прав и преимуществ, присвоенных «лично или по званию». Ссылка как принудительное поселение в отдаленных местах была бессрочной, но по Уставу о ссыльных они могли по истечении 10 лет пребывания в Сибири причисляться к крестья­нам и поселяться по своему желанию в сибирских губерниях (для евреев существовало ограничение - стоверстное расстояние от границы). Ссыльные обеспечивались льготами на приобретение имущества, суточными, деньгами на отопление и т.п.

Следующим по тяжести исправительным наказанием была ссылка на житье в другие, кроме сибирских, губернии (с по­терей особенных прав и с заключением или без него).

Видное место среди исправительных наказаний занимало лишение свободы. Существовало большое разнообразие мест заключения: смирительный дом, крепость, арестантские роты, рабочий дом, арестный дом. Главное отличие заключалось в под­чинении их разным ведомствам. Так, рабочие и арестные дома находились в ведении полиции, арестантские роты - в военном управлении, тюрьмы подчинялись особой тюремной администра­ции Министерства внутренних дел. Самым легким было заключе­ние в смирительном доме (от 3 месяцев до 3 лет). Сюда сажали за «не почитаемые совершенно лишающими чести преступления» (оскорбление родителей, разные виды порочной жизни).

Не влекло за собой лишения прав и заключение в тюрьме, сроки которого не были большими (от 3 мес. до 2 лет). Арестанты содержались в общем заключении, с разделением по полу и воз­расту, с обязательным отделением подследственных от пригово­ренных, людей низшего сословия от дворян, чиновников, разно­чинцев и иностранцев. В тюрьме разрешалось иметь собственное

платье, белье, постель, еду. Предусматривалось и использование труда заключенных (крестьян и мещан по распоряжению началь­ства, других сословий - по желанию).

В крепости сидели и без лишения прав (от 6 недель до 2 лет), и с лишением лишь некоторых прав и преимуществ (от 2 до 6 лет). Имел место кратковременный арест (от 1 дня до 3 мес.). Аресто­ванные содержались в полиции, в тюрьме или на гауптвахте. На­конец, к исправительным наказаниям относились также выговор в присутствии суда, замечания и внушения от органов правитель­ственных и судебных, денежные взыскания.

Дополнительными являлись наказания, которые следовали за главными. Это могло быть церковное покаяние, лишение не­которых прав, воспрещение жительства в определенных местах, в частности, в столицах, учреждение опеки, отдача под надзор полиции, опубликование имени в Ведомостях и т.п.

Заменяющими служили наказания, которые заменяли глав­ные. Смертная казнь могла быть заменена политической смер­тью, заключение - телесным наказанием (по шкале соответствия, установленной Уложением), денежный штраф при отсутствии денег - работами в рабочем доме или тюрьме. Для высших со­словий, дворян и чиновников кратковременный арест в тюрьме мог быть заменен домашним арестом или арестом в помещении ведомства, где служил осужденный. Для лиц старше 70 лет ка­торга заменялась ссылкой в Сибирь. К заменяющим наказаниям относились также принудительное лечение, установление опеки.

Особенные наказания полагались за служебные преступ­ления. К ним относились исключение из службы, отрешение от должности, понижение в должности, вычет из жалованья или из времени службы (лишение выслуги), выговор. Часть их назнача­лась в административном порядке, часть - по приговору суда.

Исключительные наказания полагались за известные, опре­деленные законом преступления. Это могло быть лишение хри­стианского погребения за самоубийство, лишение права наследо­вания имущества того родителя, вопреки воле которого виновный вступил в брак, церковное покаяние и др.

В целом система наказаний в Уложении отличалась недо­статочной определенностью санкций, отсутствием чёткости в установлении возможной замены одних наказаний другими, казуистичностью. Как и прежде, наказание преследовало раз­ные цели. Определенную роль продолжало играть устрашение, исключение из жизни общества за неугодные государству деяния. В целом же государство всё более стремится к перевоспитанию преступников. Не случайно в России среди правоведов пользова­лась наибольшей популярностью из всех школ уголовного права теория исправления и перевоспитания преступников на основе различных систем лишения свободы. В этой связи после приня­тия Уложения о наказаниях стал развиваться институт условно­го и условно-досрочного освобождения, легкие виды наказаний, краткосрочное заключение, амнистии. Этой же цели продолжало служить деление наказаний на основные, дополнительные и заме­няющие. Только в исключительных случаях (бунт, заговор, поку­шение на жизнь главы государства) применялась смертная казнь.

Уложение о наказаниях уголовных и исправительных, хотя и не представляло ещё собой достаточно четко и юридически точно разработанного уголовного кодекса, сделало значительный шаг вперед в совершенствовании прежнего уголовного законода­тельства России.

Список рекомендуемой литературы:

Белковец Л. П., Белковец В.В. История государства и права России: курс лекций. Новосибирск: Новосибирское книжное из­дательство, 2000. 216 с. WWW.I-U.RU

Исаев И. Государство и право России. М., 2004.

История государства и права России: учебник / под ред. Ю.П. Титова. М.: Проспект, 1998.

История отечественного государства и права. Ч. 1. Учебник; под ред. О.И. Чистякова. М., 1996.

Развитие русского права в XV - первой половине XVIII вв. М.,1986.

Российское законодательство Х - ХХ вв. М., 1985.