<<
>>

§ 2.1. Структура, классификация и общие положения об осуществлении корпоративных прав

Правовое регулирование осуществляется главным образом через механизм субъективных прав и юридических обязанностей, именно этим оно отличается от любого иного нормативного регулирования, например морального.

Указанные права и обязанности корреспондируют друг другу в рамках определенного

1

правоотношения, и образуют его юридическое содержание" . Но даже в тех

случаях, когда общественное отношение по необходимости должно принять

правовую форму, оно становится не вообще правоотношением, а отношением,

212

регулируемым определенной отраслью права . Установление в Главе 1 настоящей работы сущностных характеристик корпоративных правоотношений позволяет аналогичным образом охарактеризовать и субъективные права, входящие в состав их содержания, поскольку «субъективное право, будучи лишь элементом правоотношения, а не самостоятельным и автономным правовым явлением, должно нести на себе отпечаток всех сущностных характеристик то-

213

го целого, частью которого является» . В связи с этим следует особо подчеркнуть относительную природу и имущественный характер корпоративных прав, которые являются самостоятельным видом гражданских прав, существующим наряду с вещными, обязательственными и исключительными правами.

Корпоративное право, как субъективное гражданское право, представляет собой вид и меру возможного поведения управомоченного лица. При этом «субъективное право не есть неразложимое на составные элементы целое, оно представляет собой совокупность возможностей (правомочий)»131. Другими словами «правомочие - это дробная часть субъективного права. Они соотносят-

n 1 с

ся между собой как часть и целое» . Корпоративное право, будучи субъективным правом, также состоит из юридических возможностей, предоставляемых его носителю нормой права, которые именуются правомочиями. В то же время, корпоративное право есть не сумма, а единство равнозначных юридических возможностей управомоченного, при котором «каждое правомочие оформляет отдельное правовое действие какого-либо типа»216. Выявление перечня правомочий, входящих в состав содержания корпоративных прав, позволит установить их структуру, а также определить допустимые модели возможного поведения управомоченного лица в процессе осуществления корпоративных прав.

При решении поставленной задачи следует исходить из имеющихся в науке представлений о структуре субъективного права. В научном сообществе существуют расхождения по данному вопросу. Одни ученые (М.М. Агарков, Ф.В.

217

Тарановский) отождествляют субъективное право с притязанием . Другие исследователи (С.И. Вильнянский, А.И. Денисов, Н.Д. Егоров, О.С. Иоффе, Г.Ф. Шершеневич, В.Ф. Яковлев и др.) понимают субъективное право как возможность требовать известного поведения от других (обязанных) лиц, т.е. как право

11 R

на чужие действия . Некоторые авторы рассматривают субъективное право как право на собственные действия управомоченного лица132. Но наибольшее распространение в юридической доктрине получила позиция ученых, выделяющих в структуре субъективного права правомочие на собственные действия управомоченного лица, правомочие требования известного поведения со стороны обязанного лица (лиц) и правомочие на защиту133.

Ряд ученых исключает из приведенного перечня правомочие на защиту, поскольку, по их мнению, оно является самостоятельным субъективным правом134.

Исходя из этого, представляется необходимым проверить наличие в структуре корпоративных прав всех перечисленных выше правомочий.

Как известно, субъективное право предоставляется лицу в целях удовлетворения его интереса. Осуществляя анализ содержания корпоративных прав не трудно заметить, что в абсолютном большинстве случаев интерес управомоченного лица может быть удовлетворен только при условии, что ему будет оказано содействие со стороны обязанного лица (лиц) путем совершения им (ими) определенных действий в его пользу. В связи с тем, что удовлетворение интереса управомоченного поставлено в зависимость от действий обязанного лица, которые он должен совершить в связи с наличием права у его носителя, упра- вомоченный наделяется юридической возможностью требовать от обязанного лица совершить эти действия. Указанная юридическая возможность именуется правомочием требования известного поведения со стороны обязанного лица

999

(лиц) или «правомочием требовать исполнения обязанности» . С целью выявления этого правомочия в структуре каждого корпоративного права необходимо провести их анализ. Рассматривая право на участие в управлении хозобще- ством можно усмотреть, что действующий правопорядок предоставил участнику возможность требовать от общества проведения внеочередного ОС, включения поставленных участником вопросов в повестку дня ОС, включения внесенных кандидатур в список кандидатов в органов общества и т.д. Содержание права на информацию включает в себя право участника требовать от общества предоставить ему соответствующую информацию о деятельности общества. В праве на дивиденд проявлением этого правомочия будет выступать возможность участника требовать выплаты дивидендов, приходящихся на его долю участия. Но эта возможность изначально является потенциально неопределенной и требует конкретизации, которая осуществляется в решении ОС о выплате дивидендов. После принятия такого решения участник вправе требовать от общества выплатить ему объявленные дивиденды, если отсутствуют факты, препятствующие их выплате. В структуре права на ликвидационную квоту можно выделить правомочие участника требовать выплаты приходящейся на его долю участия части имущества общества, оставшегося после завершения расчетов с кредиторами. Но это правомочие также является потенциально неопределенным до момента принятия соответствующим лицом либо органом решения о ликвидации общества, полного расчета со всеми его кредиторами и утверждения окончательного ликвидационного баланса. В содержании права хозобщества на формирование его имущества за счет вкладов его участников следует отметить адресованное участникам правомочие требования внесения вкладов в порядке, размерах, способами и в сроки, которые предусмотрены учредительными документами. Имеющиеся у общества право на конфиденциальность информации о его деятельности включает в себя юридически обеспеченную возможность общества требовать от его участников соблюдение режима конфиденциальности такой информации. Сказанное дает основания заключить о наличии в структуре любого корпоративного права правомочия требования известного поведения со стороны обязанного лица (лиц).

Для удовлетворения интереса, заключенного в субъективном праве, упра- вомоченный потенциально может обладать юридической возможностью совершать собственные активные действия. Ведь субъективное право может предоставлять лицу возможность делать что-либо " . Собственные действия управомоченного в этом плане будут способствовать удовлетворению или вовсе выступать средством удовлетворения его интересов. Поэтому путем установления возможности совершения управомоченным лицом таких действий можно доказать наличие в структуре какого-либо субъективного права правомочия на собственные действия управомоченного лица. С учетом этого, следует установить, имеет ли носитель корпоративного права юридическую возможность совершать собственные действия в процессе удовлетворения интереса, заключенного в этом праве. В процессе анализа содержания права участника на управление хо- зобществом можно выделить следующие правомочия носителя этого права на совершение собственных положительных действий: правомочие на участие в ОС и голосование на нем, правомочие по самостоятельному созыву и проведению внеочередного ОС в случаях, предусмотренных законом и т.д. По общему правилу, в структуре права на получение информации, права на получение дивидендов и права на ликвидационную квоту отсутствует правомочие на собственные активные действия управомоченного лица. Но в определенных случаях оно все же будет обнаруживать себя в возможности совершения носителями этих прав таких собственных действий как: оплата услуг общества за предоставление копий документов, запрашиваемых участником, в пределах стоимости их изготовления; предоставление обществу реквизитов банковского счета, на который следует перечислить денежные средства, уплачиваемые участнику в виде приходящихся на его долю участия дивидендов или ликвидационной квоты; предоставление обществу или регистратору документов, необходимых для совершения операции по зачислению на лицевой счет акционера акций общества, которые передаются ему в связи с выплатой дивидендов акциями; совершение всех требуемых законодательством РФ действий, создающих возможность для получения участником в качестве ликвидационной квоты принадлежащих обществу ценных бумаг (в т.ч. акций, облигаций, опционов эмитента) других юридических лиц и т.д. Аналогичная ситуация складывается и в отношении права общества на получение вкладов от его участников и права на конфиденциальность информации о его деятельности. То есть, по общему правилу, правомочие на собственные положительные действия управомоченного не проявляется в их структуре. Но в некоторых ситуациях оно все же обнаруживает себя в возможности совершения обществом таких собственных активных действий как: предоставление участнику реквизитов банковского счета, на который следует перечислить денежные средства в счет оплаты им своего вклада; совершение всех требуемых законодательством РФ действий, создающих возможность для получения от участника в качестве его вклада ценных бумаг (в т.ч. акций, облигаций, опционов эмитента) других юридических лиц; принятие мер к защите своей конфиденциальной информации и т.д.

Признавая за тем или иным лицом определенные субъективные права, законодатель предоставляет управомоченному и возможность их защиты, поскольку «субъективное право, предоставленное лицу, но не обеспеченное от его нарушения необходимыми средствами защиты, является лишь «декларативным правом»135. Это означает, что в составе содержания корпоративного права присутствует и правомочие на защиту, т.е. юридическая возможность применения к правонарушителю мер правоохранительного характера. Это правомочие проявляет себя в случаях нарушения (оспаривания) корпоративного права.

На основании вышесказанного следует заключить, что корпоративное право представляет собой вид и меру дозволенного поведения управомоченного лица. Это (дозволенное) поведение управомоченного может быть разным. В одних случаях обладатель корпоративного права в целях удовлетворения его интереса(ов) нуждается в предъявлении требования известного поведения со стороны обязанного лица (лиц), в других - в совершении собственных положительных действий, а в случае нарушения (оспаривания) корпоративного права - в устранении препятствия на пути осуществления этого права, т.е. в реализации правомочия на защиту. При этом, в структуре корпоративного права на первый план может выходить та или иная юридическая возможность носителя этого права, т.е. та или иная модель возможного поведения управомоченного. Например, в праве на участие в управлении делами хозобщества ярко проявляется правомочие на собственные положительные действия управомоченного и менее заметную роль играет правомочие требования известного поведения от обязанного лица (лиц). Но эта «незаметность» правомочия требования вовсе не означает его отсутствия, поскольку очевидно, что осуществление права на управление возможно лишь в случае воздержания обществом от действий, препятствующих его реализации. Во всех остальных корпоративных правах, напротив, на первый план выходит правомочие требования известного поведения со сто- роны обязанного лица (лиц), тогда как правомочие на собственные активные действия носителя права либо вовсе отсутствует, либо остается «в тени».

После установления структуры корпоративных прав целесообразно определить общие принципы их осуществления, поскольку «всякое право, в т.ч. субъективное гражданское право, имеет социальную ценность, если оно осуществимо»136. Приступая к решению поставленной задачи, следует отметить, что институт осуществления права был известен еще римскому правопорядку, где под этим термином понималось совершение лицом действий, служащих для удовлетворения его положительных интересов, защищаемых правом137. В современной правовой доктрине существует достаточное количество определений данного понятия. По мнению А.П. Сергеева, осуществление субъективного права - это реализация тех возможностей, которые предоставлены законом или

99*7

договором обладателю субъективного права . М.Н. Малеина осуществлением субъективного права считает реализацию его содержания для удовлетворения

лло

интересов управомоченного . В.А. Тархов под осуществлением субъективных прав понимает проведение их в жизнь путем превращения в действительность возможности и необходимости определенного поведения сторон правового от-

990

ношения .В.В. Копейчиков определял данное понятие как «совокупность различных действий, определенный процесс, в результате которого лицо, обладающее конкретным субъективным правом, получает реальные, различные по своему характеру желаемые результаты (блага, социальные ценности, удовлетворение разнообразных интересов), которые стоят за этим субъективным пра-

9ЧП

вом» . Анализ всех приведенных выше позиций указывает на их сущностную близость. Из этого следует, что под осуществлением субъективного права понимается реализация управомоченным лицом юридических возможностей

911

(правомочий), заключенных в содержании данного права .

Положения ст. 9 ГК РФ позволяют заключить, что носители корпоративных прав по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им права. Сказанное в равной степени относится и к определению способа(ов) осуществления корпоративных прав. Другими словами, правообладатели уполномочены законом на самостоятельное избрание способа(ов) реализации корпоративных прав. Вместе с этим следует указать на то, что избранный(е) таким образом способ(ы) должен (должны) быть возможным(и) и законодательно дозволенным^). Корпоративные права, как субъективные гражданские права, реализуются, прежде всего, юридическими способами осуществления прав. В тех случаях, когда удовлетворение интереса управомоченного осуществляется посредством его собственных действий, реализация корпоративного права происходит путем совершения последним положительных действий при одновременном воздержании обязанного лица (лиц) от препятствования этому. В случаях, когда для удовлетворения интереса управомоченного требуется содействие обязанной стороны, осуществление корпоративного права происходит путем предъявления правообладателем требования совершить определенные действия в его пользу и удовлетворения этого требования обязанной стороной.

По общему правилу отказ носителя корпоративного права от его осуществления не влечет за собой прекращения этого права. Так, если участник по тем или иным причинам отказывается от участия в ОС, то это вовсе не означает, что с этого момента он утрачивает право на участие в управление делами корпоративной организации, он может многократно реализовывать его в будущем. Сказанное в равной степени относится и к другим корпоративным правам. Вместе с этим законодатель в некоторых случаях ограничивает носителей корпоративных прав в отказе от реализации этих прав или отдельных правомочий, входящих в состав их содержания. Об этом свидетельствует норма абз. 2 п. 1 ст. 16 Закона об ООО, устанавливающая запрет на отказ ООО (ОДО) от осуществления права на получение от учредителя(ей) вклада(ов) в уставный капитал общества при его учреждении. Существование аналогичного запрета по отношению к АО явствует из положений ст. 34 Закона об АО.

Как справедливо отмечается в литературе осуществление субъективных прав подчинено системе правовых принципов, поскольку невозможно урегулировать все частности и оттенки отношений, возникающих между гражданами и юридическими лицами . Тем не менее, для соблюдения и поддержания правопорядка в обществе необходимо, чтобы взаимоотношения между субъектами права были урегулированы, даже при отсутствии прямо предусмотренного в законодательстве для данной ситуации правила. Именно поэтому важное значение приобретает вопрос о закреплении в законодательстве тех основных начал, которые позволят устранить пробелы правового регулирования отношений, складывающихся в связи с участием в хозобществах. Такие начала традиционно именуются в законодательстве и правовой доктрине принципами права.

Корпоративные правоотношения, как самостоятельный вид гражданских правоотношений, подчиняются общеправовым, межотраслевым и отраслевым принципам. Им также свойственны и специфические институционные принципы правового регулирования, которые оказывают влияние и на процесс осуществления корпоративных прав. Базой для построения институционных принципов, прежде всего, являются отраслевые, а также межотраслевые и общеправовые принципы. В юридической литературе принято выделять следующие основные принципы правового регулирования отношений, основанных на участии в корпоративных организациях: 1) принцип корпоративной демократии (принятие решений большинством (простым, квалифицированным и т.п.) голосов участников общества); 2) принцип охраны прав меньшинства участников (гарантированность прав меньшинства участников, обязанных подчиняться в условиях корпоративной демократии большинству); 3) принцип подчинения личных интересов участников общему корпоративному интересу (согласование интересов участников общества на основе выработки общего интереса, т.е. единого корпоративного интереса общества, которому и должны подчиняться действия конкретных его участников); 4) принцип добровольного участия в корпоративной организации (возможность участника по своему усмотрению решать вопрос о вступлении в общество и выходе из него); 5) принцип гласности ведения дел корпоративной организации (возможность доступа участника к полной и достоверной информации о деятельности общества, а в установленных законом случаях - оповещение его о делах компании); 6) принцип ограничения вмешательства участников в текущую деятельность корпоративной организации (общество, как субъект права, самостоятельно осуществляет свою деятельность; участники имеют право вмешиваться в текущую деятельность обще-

914

ства только в порядке и в случаях, предусмотренных законом) .

Осуществление корпоративных прав в соответствии с вышеперечисленными признаками является существенной особенностью их реализации138. Кроме этого, корпоративное право, как и «всякое субъективное право, будучи мерой возможного поведения управомоченного лица, имеет определенные границы, как по своему содержанию, так и по характеру его осуществления. Границы эти могут быть большими или меньшими, но они существуют всегда. Границы есть неотъемлемое свойство всякого субъективного права, ибо при отсутствии таких границ право превращается в свою противоположность - в произвол и тем самым вообще перестает быть правом» . В связи с этим, существенное значение имеет вопрос о пределах осуществления корпоративных прав. Особой важности этому вопросу придает и то, что «вопрос о пределах осуществления субъективных прав - это проблема борьбы со злоупотреблением правом»139.

Институт злоупотребления правом встречается уже в римском праве140. Позже он получил свое дальнейшее развитие в трудах сторонников позитивистской школы права. К примеру, французский правовед Планиоль указывал «1е droit cesse ой l'abus commence», т.е. «право кончается там, где начинается зло- употребление правом» . В свою очередь Джакобс, поддерживая Планиоля, отмечал, что осуществление права не может быть противоправным. Исходя из этого, злоупотребление правом выходит за рамки содержания субъективного права и есть действие без права (Handeln ohne Recht) . Первым нормативным актом, закрепившим принцип недопустимости злоупотребления правом, было Германское Гражданское Уложение 1896 года (§ 226 ГГУ). Впоследствии указанный принцип получил нормативное закрепление и в гражданских кодексах других стран141. В дореволюционной России ввиду отсутствия единого гражданского закона принцип недопустимости злоупотребления правом получил четкое выражение в Решении Сената 1902 года, в котором было записано: «Никто не свободен пользоваться своим правом так, чтобы лишать другого возможности пользоваться его правом. Положить точную грань между свободой пользоваться своим правом и обязанностью уважать соседа - теоретически нельзя; грань эта в каждом спорном случае должна быть определена судом»142.

Проблеме злоупотребления субъективными правами в отечественной юридической науке уделено достаточно внимания143. Что касается злоупотреблений корпоративными правами можно сказать, что данный вопрос недостаточно исследован и сводится в основном к рассмотрению злоупотреблений своими правами мажоритарными участниками корпоративных организаций и ущемлению при этом прав и законных интересов миноритариев . Но бесспорным является тот факт, что злоупотреблять предоставленными им корпоративными правами могут не только представители «большинства», но и владельцы мелких долей участия, а также само общество. К тому же, определение пределов осуществления корпоративных прав в настоящее время является актуальным вопросом еще и потому, что «внешне законные, а фактически балансирующие на грани злоупотребления правом методы использования пробелов и недостатков действующего законодательства для достижения корыстных целей становятся все более изощренными»144. В качестве примера использования таких методов можно привести имеющиеся на практике случаи инициирования одного или нескольких фиктивных по своей сущности судебных процессов для придания видимости законности неправомерным действиям по противоправному изменению состава органов корпоративной организации. Целью таких действий, является вынесение судебного акта, обязывающего органы управления общества, избранные фактически с нарушением требований- закона, не уклоняться от исполнения своих полномочий, а также запрещающего всем третьим лицам чинить какие-либо препятствия новоизбранным членам органов управления общества в осуществлении их полномочий145. Исходя из этого, можно предположить, что причиной возможных злоупотреблений в корпоративной сфере есть отсутствие в законе границ и пределов осуществления корпоративных прав, «безграничность» судейского усмотрения при решении вопроса о законности применения тех или иных средств их реализации, отсутствие в законодательстве мер ответственности за злоупотребление правом146.

Как отмечалось, участники корпоративных правоотношений вправе по своему усмотрению осуществлять принадлежащие им корпоративные права. «Наряду с этим, право призвано также гарантировать и правовую защиту интересов общества в целом, прав и интересов других граждан и организаций, которые могут быть затронуты при осуществлении права его носителем. Одной из форм обеспечения этих интересов является нормативное закрепление опреде- ленных границ осуществления субъективных гражданских прав ... и установление обязанности каждого управомоченного лица осуществлять свои права надлежащим образом, в соответствии с требованиями закона ... и назначением этих прав» . Учитывая данный факт, ст. 10 ГК РФ содержит запрет на реализацию гражданского права с исключительным намерением причинить вред другому лицу (шикана), а также на злоупотребление правом в иных формах. Из текста этой правовой нормы усматривается, что законодатель признает существование множества форм злоупотребления правом, в т.ч. злоупотребление правом в форме шиканы. Однако конкретного перечня возможных форм злоупотребления правом законодательство не содержит. Это объясняется тем, что какова бы ни была степень законодательной детализации и конкретизации запретов, устанавливающих пределы осуществления гражданских прав, они не могут исчерпать всех возможных проявлений социально неугодных способов, средств и целей осуществления этих прав147.

Сам термин «злоупотребление правом» в его буквальном понимании означает употребление лицом предоставленного ему права во зло другому лицу(ам) или его (их) правам и интересам. Поэтому злоупотребление правом всегда должно характеризоваться как противоправное поведение. Автор исходит из того, что противоправным «следует считать такое поведение, которое нарушает нормы права либо общие правовые принципы гражданского права или его институтов»148, а в большинстве случаев - также гражданские права других лиц. Для характеристики действий управомоченного в качестве злоупотребления правом также необходимо, чтобы они осуществлялись в рамках тех возможностей, которые составляют содержание данного права, но при этом использовались такие формы его реализации, которые выходят за установленные законом

«л

пределы осуществления этого права . Действующее законодательство определяет пределы (границы) осуществления гражданских прав по-разному. Можно выделить следующие границы осуществления этих прав: субъективные грани- цы (осуществление прав надлежащими субъектами, обладающими достаточной дееспособностью); временные границы (сроки осуществления прав); пределы осуществления права, определяемые способом его реализации (например, распоряжаться акциями может только их владелец или иное уполномоченное им лицо). Бесспорно, что одним из важнейших критериев, определяющих границы осуществления субъективных прав, является требование о необходимости осу-

25 1

ществления этих прав в соответствии с их социальным назначением . Под назначением права понимаются те цели, ради достижения которых субъективные права предоставляются их носителям. В самом понятии «назначение права» находит свое отражение принцип сочетания общественных и личных интересов. Следует согласиться с B.C. Емом в том, что «главным правовым средством установления пределов осуществления субъективных гражданских прав являются законодательные запреты на общественно вредные способы, формы, средства и цели осуществления этих прав. Благодаря этим запретам становится ясным со-

лгл

циальное назначение (цели) того или иного гражданского права» .

Представляется, что по своей субъективной стороне случаи злоупотребления правом можно разделить на три вида: злоупотребление правом, совершенное в форме шиканы; злоупотребление правом в виде действия, осуществленного с несколькими намерениями, одним из которых является причинение вреда другому лицу(ам) или его (их) правам; злоупотребление правом, совершенное без намерения причинить вред, но объективно причиняющее вред другому лицу(ам) либо его (их) правам . Первые два вида злоупотребления правом представляют собой правонарушения, совершенные субъектом с прямым умыслом причинить вред другому лицу (лицам). Такой вид злоупотребления правом как осуществление права без намерения причинить вред, но объективно причиняющее вред другому лицу(ам) либо его (их) правам, может совершаться исключительно в форме косвенного умысла или по неосторожности. Все вышесказанное в равной степени относится и к злоупотреблению корпоративными правами их носителями. В связи с этим можно заключить, что в целях определения границ осуществления корпоративных прав их носителям следует исходить из того, что злоупотребление корпоративным правом является' особым видом гражданского правонарушения, совершаемого управомоченным лицом при осуществлении принадлежащего ему права, связанный с использованием недозволенных конкретных форм (средств, способов) осуществления этого права в рамках дозволенного ему законом типа поведе-

254 -г-.

ния . В то же время, пределы осуществления того или иного корпоративного права по своей сущности являются пределами возможного использования управомоченным лицом правомочий, закрепленных в содержании корпоративного правгВ результате проведенного анализа можно заключить, что любое корпоративное право в полной мере гарантировано законом только в случае соблюдения управомоченным лицом границ (пределов) его осуществления, т.е. при единовременном наличии следующих условий: 1) корпоративное право реализуется его носителем добросовестно, разумно, в соответствии с его социальным назначением; 2) в процессе реализации корпоративного права применяются допустимые формы (средства, способы) его осуществления; 3) реализация корпоративного права не связанна с намерением причинить вред другому лицу (лицам) либо его (их) правам и объективно не причиняет вред этому лицу (лицам), его (их) правам и не нарушает права другого лица (лиц) в иной форме.

В целях настоящего исследования представляется целесообразным рассмотреть систему корпоративных прав, поскольку ни ГК РФ, ни Закон об АО и Закон об ООО не содержат какой-либо их систематизации.

На страницах юридической литературы широкое распространение получи-

255

ло деление корпоративных прав на имущественные и неимущественные . По 254

Указанное определение основано на сформулированном проф. В.П. Грибановым определении такой категории, как «злоупотребление правом». См.: Грибанов В.П. Указ. соч. С. 63. 255

См., напр.: Антонова Е.С. Понятие, содержание и особенности корпоративных прав // Юридический мир. 2000. № 11. С. 28; Братусь С.Н. Предмет и система советского гражданского права. - M., 1963. С. 63; Гражданское право России. Курс лекций. Ч. 1 / Под ред. О.Н. Садикова. - М., 1996. С. 61; Эрделевский A.M. О защите личных неимущественных прав акционеров // Хозяйство и право. 1997. №6. Кухалашвили И.Ю. Указ. соч. С.32- 35; Ломакин Д.В. Указ. соч. С. 114; Метелева Ю.А. Указ. соч. С. 5; Михайлова А.Н. Правовой статус акционера

110

мнению сторонников данной классификации, к. числу имущественных корпоративных прав относятся право на дивиденды и право на ликвидационную квоту. Неимущественный же характер признается за правом на управление и правом на получение информации. В связи с тем, что в процессе исследования природы- корпоративных правоотношений был установлен имущественный характер права на управление и права на информацию, диссертант не может согласиться с представленным делением корпоративных прав. К тому же следует отметить, что приверженность данной классификации иногда приводит некоторых авторов к противоречивости их позиции по другим аспектам корпоративной проблематики. В частности, в такой ситуации оказался Д.В. Ломакин, который с одной стороны относит право на управление и право на информацию к числу неимущественных, а с другой стороны - учитывая особенности корпоративных

w «ы» 256 тт

правоотношении вынужден признать их имущественный характер . Но «субъективное право, будучи лишь элементом правоотношения, а не самостоятельным и автономным правовым явлением, должно нести на себе отпечаток

257

всех сущностных характеристик того целого, частью которого является» .

Кроме деления корпоративных прав на имущественные и неимущественные в литературе существует множество других классификаций субъективных прав, обусловленных участием в корпоративных организациях149. Детальный анализ всех предложенных классификационных систем позволяет заключить, что они допустимы для деления прав участников корпоративных организаций, а не для классификации корпоративных прав. Хотя система прав участников корпоративных организаций и система субъективных корпоративных прав понятия во многом близкие, но все же не тождественные и даже не однопорядковые. Во- первых, система корпоративных прав включает в себя корпоративные права не только участников, но и самих корпоративных организаций. Во-вторых, участники этих организаций обладают целым комплексом прав, который охватывает не только корпоративные права, но и права, которые не могут быть охарактеризованы как корпоративные. Это позволяет заключить, что система субъективных прав участников корпоративных организаций и система корпоративных прав участников корпоративных организаций соотносятся между собой как философские понятия «целое» и «часть целого». Так, участники хозобществ в частности обладают правом на отчуждение долей участия в обществе, правом преимущественного приобретения акций в ЗАО и долей в ООО (ОДО), правом на включение в реестр акционеров АО, правом на оспаривание решений органов общества и др. правами. Но все эти права по своей юридической природе не являются корпоративными, поскольку не соответствуют их признакам. Например, право продажи доли участия есть ни что иное, как частное проявление права обладателя акций, долей в ООО (ОДО) распоряжаться принадлежащим ему имуществом. Другими словами, это право предоставлено управомоченному не в связи с участием в корпоративной организации, а в связи с принадлежностью ему определенного имущества, которое он вправе продать или иным обра-

259

зом распорядиться им . Что же касается права на оспаривание решений органов общества, то оно является ни чем иным как одной из правоохранительных возможностей, закрепленных в правомочии на защиту корпоративного права. При рассмотрении права на включение в реестр акционеров АО следует отметить, что лицо приобретает статус акционера только с момента внесения сведений об этом лице в реестр акционеров. До этого момента законодатель не признает за приобретателем акций статуса акционера, а это значит, что правоотно- шения, возникающие между таким лицом и АО, не могут быть охарактеризованы как корпоративные, т.к. их субъектный состав не отвечает субъектному составу последних. В связи с этим право на включение в реестр акционеров АО не может быть признано корпоративным по своей природе. В отношении права преимущественного приобретения акций в ЗАО и долей в ООО (ОДО) следует отметить, что оно существует в рамках правоотношений, возникающих между акционерами ЗАО, участниками ООО (ОДО) соответственно. Но для квалификации того или иного субъективного права в качестве корпоративного необходимо, чтобы оно возникало в рамках корпоративного правоотношения, субъектами которого являются корпоративная организация - с одной стороны и ее участники — с другой. Несоответствие субъектного состава правоотношения, в рамках которого возникает право преимущественного приобретения акций в ЗАО и долей в ООО (ОДО), субъектному составу корпоративного правоотношения не дает оснований для отнесения данного права к числу корпоративных. По тем или иным причинам другие права участников обществ также не могут быть признаны корпоративными.

В связи с этим в отношении корпоративных прав наиболее приемлемым классификационным признаком является их принадлежность тем или иным субъектам корпоративных правоотношений. Очевидно, что по этому признаку следует выделять субъективные корпоративные права самой корпоративной организации и субъективные корпоративные права ее участников.

<< | >>
Источник: Кулик Александр Анатольевич. КОРПОРАТИВНЫЕ ПРАВА В СИСТЕМЕ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ / ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук. 2009

Еще по теме § 2.1. Структура, классификация и общие положения об осуществлении корпоративных прав:

  1. Глава 9. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ О ЦЕННЫХ БУМАГАХ
  2. Общие положения о субъектах банковского права
  3. § 3. Характеристика структуры и общих положений законодательства об исполнении уголовных наказаний
  4. § 1. Общие положения о подряде
  5. § 1. Общая характеристика процесса осуществления субъективных прав акционеров
  6. § 2.1. Структура, классификация и общие положения об осуществлении корпоративных прав
  7. § 3.1. Общие положения о защите субъективных корпоративных прав
  8. Комментарий к главе 49. "Общие положения"
  9. 9.2. Общие положения о праве собственности. Формы собственности
  10. 19.1. Общие положения о договоре купли-продажи
  11. ЯКОВЛЕВ В.Ф. ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ: РАЗВИТИЕ ОБЩИХ ПОЛОЖЕНИЙ ГРАЖДАНСКОГО ПРАВА
  12. 4.1. Общие положения о дисциплине труда. Правила внутреннего трудового распорядка
  13. Тема 8 Общие положения об обязательствах
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -