Исправительно-трудовые учреждения

Для периода нэпа были характерны серьезные проблемы в организации и деятельности исправительно-трудовых учреждений. После окончания гражданской войны Совнарком РСФСР все места заключения постановлением от 25 июня 1922 г.

Местными органами ГУМЗ были управления мест заключения, входившие в качестве подотделов в состав отделов управления исполкомов губернских Советов. Губернские управления мест заключения находились в двойном подчинении — Главного управления мест заключения НКВД и исполкомов.

УК РСФСР 1922 г. предусмотрел, что лишение свободы отбывается в исправительно-трудовых домах; трудовых сельскохозяйственных и ремесленных колониях; переходных исправительных домах.

К этому времени лагеря принудительных работ практически прекратили свое существование. Уже в 1921 г. туда начали помещать осужденных за малозначительные преступления, пленных. Хотя численность лагерей принудительных работ возросла с 89 в 1921 г. до 103 в 1922 г., они, по сути дела, перестали быть прежними местами заключения и постепенно реорганизовывались в переходные исправительные дома и колонии или закрывались. С начала 20-х годов в исправительных домах стали создаваться изоляционные отделения, куда помещались наиболее опасные преступники.

В 1922 г. началась разработка исправительно-трудового кодекса. Большое значение для его подготовки имело изучение опыта деятельности ИТУ, чему способствовало обследование мест лишения свободы. Летом 1923 г. работала комиссия по разгрузке московских мест заключения, которая проверила 4 600 дел и освободила более 3 000 заключенных. К этому времени в ведении ГУМЗ НКВД РСФСР имелось 105 домов заключения и тюрем, 35 сельскохозяйственных колоний, 207 исправительных домов, 4 трудовых дома для несовершеннолетних, 5 больниц.

Принятый в 1924 г. ИТК РСФСР предусматривал следую-

182 щие виды мест лишения свободы: I.

Учреждения для применения мер социальной защиты исправительного характера:

а) дома заключения (для содержания подследственных; лиц, лишенных свободы на срок до 6 месяцев; лиц, приговоренных к лишению свободы, приговор в отношении которых еще не вступил в законную силу);

б) исправительно-трудовые дома (для содержания приговоренных к лишению свободы на срок свыше 6 месяцев);

в) сельскохозяйственные, ремесленные и фабричные колонии (для содержания приговоренных к лишению свободы без строгой изоляции на срок до пяти лет, если приговором суда будет установлено, что, принадлежа к трудящимся, они по несознательности совершили преступление в первый раз, случайно или вследствие тяжелых материальных условий и если нет опасений, что они могут совершить побег);

г) изоляторы специального назначения (для содержания приговоренных к лишению свободы со строгой изоляцией лиц, не принадлежащих к классу трудящихся и совершивших преступление в силу классовых привычек, взглядов или интересов, а равно лиц, хотя и принадлежащих к трудящимся, но признаваемых особо опасными для республики или переводимых в порядке дисциплинарного взыскания);

д) переходные исправительно-трудовые дома (для содержания заключенных, которые по отбытии части срока лишения свободы в других местах заключения обнаружили приспособленность к трудовой жизни и признаны распределительной комиссией подлежащими переводу в обстановку полусвободного режима). II.

Учреждения для применения мер социальной защиты медико- педагогического характера:

а) трудовые дома для несовершеннолетних правонарушителей (для лиц в возрасте от 14 до 16 лет, приговоренных судом к лишению свободы);

б) трудовые дома для правонарушителей из рабоче-крестьянской молодежи (для содержания лишенных свободы правонарушителей рабоче- крестьянского происхождения в возрасте от 16 до 20 лет). III.

Учреждения для применения мер социальной защиты медицинского характера:

а) колонии для психически неуравновешенных, туберкулезных и других больных заключенных;

б) институты психиатрической экспертизы.

В Кодексе были законодательно закреплены следующие положения: обязательность труда для всех заключенных; проведение силами органов Наркомпроса культурно- просветитель-

183 ной работы; обязательные курсы ликвидации безграмотности для всех заключенных в возрасте до 50 лет; создание распределительных и наблюдательных комиссий; возможность зачета рабочих дней из расчета два рабочих дня за три дня лишения свободы; создание самодеятельных организаций заключенных (культпросветкомиссии, санитарно-бытовые комиссии, выборные камерные, коридорные культурники и др.); возможность отпусков на сельскохозяйственные работы и др.

В практике исправительно-трудовых учреждений в это время выявились серьезные недостатки: переполненность мест лишения свободы (в середине 1925 г. в РСФСР в 394 ИТУ насчитывалось 74 993 места, а содержались 90 384 человека, т.е. на 20% выше нормы); незанятость трудом значительного числа заключенных (в 1924 г. почти 60% — это объяснялось тем, что в стране был высокий уровень безработицы); слабая воспитательная работа; использование на административных должностях осужденных и т.д.

Одной из причин недостатков была несогласованность уголовной и исправительно-трудовой политики. Дело в том, что постепенно понижался минимальный срок лишения свободы: если по Уголовному Кодексу РСФСР 1922 г. он составлял 6 месяцев, то по УК РСФСР 1926 г. — 1 день. Одновременно увеличивалась доля выносимых судами приговоров к лишению свободы: в 1924 г. такие приговоры составляли 16,6% от всех вынесенных судами приговоров, в 1925 — 30,8, в 1926 — 39,4%. В результате возрастало общее число заключенных (в середине 1926 г. насчитывались 117 757 человек) и синхронно увеличивалось количество краткосрочных приговоров (в 1926 г. 52% всех содержащихся в местах лишения свободы были осуждены на срок до 1 года, а 5 тыс. из них — до 1 месяца). Наркомюст объяснял последовательное увеличение числа выносимых судами краткосрочных приговоров в обшем-то объективными причинами: реальной невозможностью применения других видов наказания, например, принудительных работ без содержания под стражей из-за безработицы; ссылки и высылки, превратившихся из-за плохой организации в обмен преступниками между различными территориями за государственный счет и др.

184

В связи с этим СНК РСФСР дал задание НКВД и НКЮ подготовить доклады о состоянии мест заключения, которые были заслушаны в начале 1927 г. Вскоре после этого Президиум ВЦИК и СНК РСФСР приняли решение об инспекции исправительно-трудовых учреждений.

Осуществленная комиссией ЦКК — НК РКИ проверка выявила следующие наиболее существенные недостатки: 1) перегрузка мест заключения, составлявшая в 1927 г. в среднем 158% (а кое-где и 200%). Хотя в 1927 г. по амнистии к 10-летней годовщине Октябрьской революции были освобождены около 60 тыс. заключенных, в конце 1928 г. их вновь насчитывалось 118 888 человек; 2) не выполнялись нормы НТК, установившие принцип обязательного привлечения к труду заключенных; 3) различного рода многочисленные нарушения режима.

26 марта 1928 г. ВЦИК и СНК РСФСР приняли постановление «О карательной политике и состоянии мест заключения», которое было нацелено на устранение вышеназванных недостатков системы ИТУ. В постановлении подчеркивалось, что суровая репрессия должна применяться исключительно «к классовым врагам и деклассированным преступникам» (профессионалам и рецидивистам из числа бандитов, поджигателей, конокрадов, взяточников, воров и т.д.); в отношении них приговоры должны осуществляться со всей строгостью; отбывать наказание они должны преимущественно в отдаленных местностях;

предусмотренные для заключенных льготы для них ограничивались и т.д.

В июле 1929 г. ВЦИК отнес к основному виду мест заключения колонии массовых работ. В октябре 1929 г. участники совещания начальников краевых и областных административных отделов и их помощников по местам заключения пришли к выводу, что систему мест заключения необходимо реорганизовать, а именно: ликвидировать мелкие, не обеспечивающие достижение целей исправления и перевоспитания осужденных места заключения, и переходить к крупным колониям.

Согласно постановлению ЦИК и СНК СССР от 6 ноября 1929 года вместо изоляторов специального назначения были созданы исправительно-трудовые лагеря в отдаленных местностях, находившиеся в ведении ОГПУ.

185 назначались для перевоспитания осужденных не на основе кустарного труда, а в условиях коллективного физического труда в промышленности, строительстве, по освоению новых районов. В лагеря помешались осужденные к лишению свободы на срок не менее трех лет, рецидивисты, опасные преступники («классово враждебные элементы»).

Колоний же в РСФСР в 1929 г. было около 25, и в них отбывали наказание примерно 10% от общего числа лишенных свободы, остальные содержались в исправительно- трудовых домах, т.е. тюрьмах. Таким образом, объявленный курс «от тюрем к воспитательным учреждениям» не был реализован.

В числе других видов уголовной репрессии советское уголовное законодательство изучаемого периода предусматривало ссылку и высылку, исполнение которых также возлагалось на органы внутренних дел. Задачей ссылки являлось «прямое подавление сопротивления классовых врагов и явно деклассированных элементов», а также «принудительно-воспитательное воздействие на

колеблющихся из среды трудящихся». Применение ссылки предусматривалось как в судебном, так и в административном порядке. И судебная, и административная ссылки представляли собой принудительное удаление из одной местности на определенный, точно указанный в судебном приговоре или постановлении соответствующего административного органа срок, с лишением права оставления данной местности до истечения данного срока.

Статья 13 «Основных начал уголовного законодательства СССР и союзных республик» 1924 г. в числе мер уголовной репрессии предусматривала удаление из пределов отдельных местностей с поселением в той или иной местности, не называя при этом данную меру ссылкой. По статье 22 «Основньгх начал...» она назначалась судом к лицам, признанным социально опасными в данной местности, благодаря их связи с преступной средой, либо их преступной деятельности. Указанных лиц суд по предложению прокуратуры мог удалить из данной местности не только за определенное преступление, но и в случае признания лица социально опасным при оправдательном приговоре, а также вне зависимости от совершения какого-либо конкретного преступления.

Таким образом, необходимым условием применения

ссылки как

186

в случае оправдания обвиняемого, так и по предложению органов прокуратуры без привлечения к судебной ответственности за совершение конкретного преступления, было признание лица социально опасным. Ограничение проводимых судом репрессивных мер рамками соответствия содеянному либо точному составу преступления расценивалось специалистами в области уголовного права рассматриваемого периода как «путы» в классовой борьбе пролетариата, лишающие возможности достаточно жестко подавлять возрастающее сопротивление социалистическому строительству. Поэтому ими приветствовались перспективы, открывавшиеся статьей 22 «Основных начал...», которые давали возможность «путем рациональных мероприятий обезопасить пролетарское государство и строящееся социалистическое общество не только от лиц, совершивших конкретное преступление, но и от лиц, опасных с точки зрения господствующего класса — пролетариата — «вследствие их связи с преступным элементом или в силу их прежней преступной деятельности».

Уголовным законодательством рассматриваемого периода предусматривались 2 вида ссылки: а) ссылка в определенную местность без исправительно-трудовых работ и б) ссылка в определенную местность с исправительно- трудовыми работами. Согласно директивного письма Уголовно-кассационной коллегии Верховного Суда РСФСР от 20 мая 1930 г., как дополнительная мера наказания простая ссылка могла применяться к лицам, осужденным за контрреволюционные преступления и террористические акты, ссылка с исправительно-трудовыми работами — к лицам, совершившим так называемые бытовые преступления и требующим длительной изоляции, в отношении которых могли быть применены меры исправительного характера.

Высылка, как и ссылка, в советском уголовном праве рассматриваемого периода представляла собой принудительное удаление лица из определенной местности. Отличие от ссылки в данном случае состояло в том, что высылка не была связана с местом обязательного поселения. Данный вид уголовной репрессии запрещал осужденным проживание только в том месте, откуда они были высланы. Применение высылки допускалось как административными органами, так и в судебном порядке.

Высылка была введена 10 августа 1922 г. постановлением

187 ВЦИК — за границу или в определенные местности внутри страны на срок не более 3-х лет. Последний вид высылки по своему характеру более напоминал ссылку в определенную местность, поскольку выселенные в районе своего проживания попадали под надзор местных органов ОГПУ. Изданная 2 января 1933 г. в развитие упомянутого постановления ВЦИК инструкция о порядке применения высылки предусматривала 3 вида таковой: а) высылку из данной местности, с запрещением проживания в определенной местности РСФСР; б) высылку из данной местности в определенный район РСФСР (по сути — ссылка); в) высылку за пределы РСФСР.

Применение высылки регулировалось статьей 22 «Основных начал...» и статьей 35 УК РСФСР на тех же основаниях, что и ссылка. Согласно статьи 35 УК, удаление из пределов отдельной местности, с обязательным поселением в других местностях, назначалось судом на срок от 3-х до 10 лет.

Контрольные вопросы 1.

Когда было принято Положение о Народном комиссариате внутренних дел РСФСР и каково было его содержание? 2.

Чем были вызваны изменения в организации милиции и других звеньев НКВД РСФСР, как они повлияли на их деятельность? 3.

Какова была роль Всесоюзных совещаний наркомов внутренних

дел? 4.

Каковы были основные направления деятельности органов внутренних дел, в частности милиции, в изучаемый период? 5.

Какие изменения произошли в системе мест лишения свободы в данный период? 6.

Что представлял собой в изучаемый период институт ссылки?

188