<<
>>

ЗАЩИТА ЕВРОПЕЙСКИМ СУДОМ ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА ПРАВ ОТЦОВ ВНЕБРАЧНЫХ ДЕТЕЙ

Следует признать, что чаще в жизни мы сталкиваемся с ситуацией, когда необходимо защитить права матери, и особенно той, которая одна воспитывает ребенка. Но не следует забывать о том, что отец ребенка также нуждается в защите своих родительских прав.

Нередко эти права нарушаются препятствиями как юридического, так и фактического порядка в установлении отцовства.

Допустим, правило о записи отцом ребенка мужа женщины, направленное на защиту права ребенка иметь отца, оборачивается иногда нарушением прав фактического отца.

Право на уважение семейной жизни в контексте прав отцов внебрачных детей получило несколько иную интерпретацию в решениях Европейской комиссии и Европейского суда по правам человека.

В решении по делу Расмюссен против Дании от 28 ноября 1984 г. Суд отметил, что изучение законодательства Договаривающихся Сторон об установлении отцовства показывает, что в различных правовых системах отсутствует общая доминанта, однако в большинстве стран положение матери и отца регулируется по-разному (п. 41). Как отмечается в комментариях к Конвенции, первоначально Комиссия и Суд разрешали государствам придерживаться правовой презумпции о том, что незамужняя мать автоматически получает право на полную опеку и контроль над своим ребенком, поскольку такое положение наилучшим образом соответствует его интересам. Впоследствии было разрешено оспаривать данную презумпцию с учетом существовавших ранее отношений между отцом и его внебрачным ребенком <*>.

--------------------------------

<*> См.: Гомьен Д., Харрис Д., Зваак Л. Европейская конвенция о правах человека и Европейская социальная хартия: право и политика. М., 1998. С. 308.

Наиболее известным в данной категории дел является дело Киган против Ирландии, в котором заявитель утверждал, что имело место нарушение его права на уважение семейной жизни, поскольку его внебрачная дочь была удочерена без его ведома и согласия, и что национальное законодательство не предоставило ему даже возможности стать ее опекуном. В решении от 26 мая 1994 г. Суд напомнил, что понятие "семья" в понимании ст. 8 включает и фактические семейные узы, когда стороны живут совместно вне брака. Ребенок, рожденный в результате таких взаимоотношений, является членом семьи с момента рождения и благодаря факту рождения. Между ребенком и его родителями существует связь, равнозначная семейной жизни, даже если на момент его рождения родители больше не проживали совместно или их отношения закончились (п. 44). По мнению судей, тот факт, что отношения между заявителем и матерью ребенка, продолжавшиеся более двух лет, испортились к моменту рождения дочери, влияет на данный вывод не больше, чем если бы они были супружеской парой, законно зарегистрировавшей брак и оказавшейся в аналогичной ситуации (п. 45).

В соответствии с принципами, подтвержденными судебной практикой, там, где существование семейной связи очевидно, государство должно действовать так, чтобы данные связи развивались, и создавать законные гарантии, позволяющие ребенку влиться в семью с момента рождения. Как особо подчеркнул Суд, взаимное общение родителя и ребенка является основным элементом семейной жизни, даже когда отношения между родителями испортились (п. 50).

В связи с участием государства в процедуре усыновления позитивные и негативные обязательства, вытекающие из ст.

8 Конвенции, тесно переплетаются в данном деле. Суд квалифицировал как вмешательство в право заявителя на уважение семейной жизни тот факт, что ирландское законодательство разрешает передачу ребенка на усыновление втайне, без ведома и согласия одного из родителей, а также выдачу официального разрешения на усыновление девочки (п. 51).

Оценивая допустимость подобного вмешательства, Суд подтвердил, что, если ребенка передают на попечение других людей, у него с течением времени возникают узы привязанности, разрыв которых в случае отмены соответствующего решения может отрицательно сказаться на ребенке. Такое положение дел, по мнению судей, не только подвергает опасности нормальное развитие отношений заявителя и его ребенка, но и способно привести в движение могущий оказаться необратимым процесс, который поставит заявителя в менее выгодное положение в его споре с возможными усыновителями. Исходя из этого, Суд пришел к выводу, что вмешательство в право заявителя на уважение его семейной жизни нельзя считать "необходимым в демократическом обществе" и представляет собой нарушение данной статьи (п. 55).

В деле Кроон и другие против Нидерландов заявителями оказались Катарина Кроон и Али Зеррук, состоявшие в фактических брачных отношениях, но не проживавшие совместно, а также их семилетний сын Самир М'Халлем-Дриз. На момент рождения ребенка заявительница состояла в браке с Омаром М'Халлем-Дриз, однако в течение ряда лет супруги не проживали совместно, и заявительница не имела каких-либо контактов с мужем, местонахождение которого она не знала. После рождения сына брак расторгли в судебном порядке, и заявители обратились в государственные органы с просьбой зарегистрировать Али Зеррука в качестве отца ребенка, в чем им было отказано. Согласно законодательству страны при рождении ребенка в зарегистрированном браке признание отцом другого лица возможно только в том случае, если муж откажется от отцовства или если жена оспорит отцовство, однако в последнем случае необходимо, чтобы ребенок родился в течение 306 дней после расторжения брака.

Заявители полагали, что п. 1 ст. 8 Конвенции предполагает позитивные обязательства Нидерландов предоставить возможность г-ну Зерруку признать Самира собственным сыном и юридически установить семейные связи. По их мнению, сам факт существования законодательства, не позволяющего отцу признать собственного ребенка, представлял собой вмешательство в семейную жизнь заявителей, не имеющее оправданий в демократическом обществе (п. 33).

Как отметил Суд, понятие "семейная жизнь" не ограничивается отношениями, основанными на браке, и может распространяться и на другие фактические семейные связи, при которых стороны живут вместе вне брака. Совместное проживание, как правило, является обязательным условием семейной жизни, однако в исключительных случаях и другие факторы могут свидетельствовать о том, что конкретные отношения достаточно стабильны, для того чтобы рассматривать их как фактические семейные связи. Суд признал в числе подобных факторов рождение у заявителей четверых детей. Ребенок, родившийся в результате подобных отношений, является Ipso jure членом подобного семейного союза с момента рождения и в силу самого факта рождения. Суд согласился с тем, что между Самиром и Али Зерруком существуют отношения, равнозначные семейной жизни, вне зависимости от того, в какой мере отец участвовал в его содержании и воспитании (п. 30). Соответственно, судьи признали, что у компетентных властей существует позитивное обязательство разрешить юридически оформить отношения между отцом и сыном как можно скорее (п.

36).

Правительство Нидерландов обратило внимание Европейского суда на то, что заявители имели легальную возможность оформить взаимоотношения между отцом и сыном, используя процедуру усыновления после заключения брака между его родителями. Таким образом, по мнению Правительства, государство не может быть признано ответственным за существующую ситуацию, если данные лица по каким-то соображениям не захотели заключать брак (п. 34). Суд не согласился с подобным подходом и пришел к заключению, что решение, при котором женитьба отца ребенка на его матери является единственной возможностью для установления юридических связей с сыном, если между данными лицами существуют отношения, равнозначные семейной жизни, не может рассматриваться как соответствующее понятию "уважение" семейной жизни. По мнению Суда, "уважение" семейной жизни требует, чтобы биологическая и социальная реальность превалировала над правовой презумпцией, которая бросает вызов как установленным фактам, так и желаниям всех заинтересованных лиц. Соответственно, даже если учитывать предоставленную государствам широкую свободу усмотрения, Нидерланды не обеспечили заявителям такое уважение их семейной жизни, на которое они могли рассчитывать в соответствии с Конвенцией (п. 40).

В особых мнениях судьи акцентировали внимание на тех аспектах рассматриваемой ситуации, которые не получили должного освещения в решении большинства. Судья Ж.М. Моренилла обратил внимание на то, что отказ национальных властей зарегистрировать Самира в качестве сына г-на Зеррука затрагивает интересы не только заявителей, но и бывшего супруга г-жи Кроон, мнение которого выслушано не было. Как отметил судья, вмешательство властей было оправдано с точки зрения защиты общих интересов и прав и свобод других лиц. Большинство судей отдали предпочтение биологическим связям, а не гармонии в семье или приоритету интересов ребенка. Подобный вывод, по мнению судьи, представляет собой опасное обобщение специфических обстоятельств конкретного дела и налагает на Договаривающиеся Стороны обязательства, не предусмотренные ст. 8 и основанные на изменяющихся моральных критериях или мнениях, касающихся социальных ценностей.

Судья Ж.М. Моренилла обратил внимание на необходимость учета того, что во многих государствах признается особое значение семьи, существует социальное неприятие адюльтера (супружеской неверности) и считается, что полная семья способствует здоровому развитию ребенка. Подобные факторы и лежали в основе вмешательства государства, направленного на защиту нравственности и интересов ребенка от вторжения предполагаемого биологического отца в семейный круг и от посягательств на статус ребенка. По мнению данного судьи, национальные власти, реализуя собственные полномочия, могут лучше оценить, каковы социальные последствия непризнания юридического отцовства с точки зрения обеспечения гармонии в семье и правовой определенности в отношении установления отцовства и родительских прав.

Судья Дж. Мифсуд Боничи в особом мнении акцентировал внимание на том, что в данном деле фактически рассматривались только интересы совершеннолетних заявителей, а не интересы ребенка. Как отмечает данный судья, предполагаемое неуважение прав заявителей заключалось в том, что нидерландское право не позволило матери и самопровозглашенному "отцу" ребенка, которые не хотели заключать брак (что является их правом) и жить вместе (что также является их правом), лишить ребенка его статуса рожденного в законном браке и заменить в документах юридического отца на биологического (п. 2). По мнению судьи, совместное проживание является необходимым условием семейной жизни, исключения допускаются только в силу необходимости (в связи с работой, болезнью и т.д.) или в случае вынужденной ситуации. Если же речь идет о добровольном раздельном проживании, то совершенно очевидно, что определенный член семьи или семья в целом сделали выбор не в пользу семейной жизни. При таком отношении к семейным ценностям непонятно, как подобные лица могут требовать от Нидерландов права уважать то, от чего они добровольно отказались.

<< | >>
Источник: Л.В. ТУМАНОВА, И.А. ВЛАДИМИРОВА. ЗАЩИТА СЕМЕЙНЫХ ПРАВ В ЕВРОПЕЙСКОМ СУДЕ ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА. 2007

Еще по теме ЗАЩИТА ЕВРОПЕЙСКИМ СУДОМ ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА ПРАВ ОТЦОВ ВНЕБРАЧНЫХ ДЕТЕЙ:

  1. 4. Преступления против чести и достоинства личности
  2. § 2. Римское право
  3. СЕМЕЙНОЕ ПРАВО РОССИИ ПЕРИОДА ИМПЕРИИ
  4. КАК ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА ПОНИМАЕТ ЧАСТНУЮ И СЕМЕЙНУЮ ЖИЗНЬ
  5. ЗАЩИТА ЕВРОПЕЙСКИМ СУДОМ ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА ПРАВ ОТЦОВ ВНЕБРАЧНЫХ ДЕТЕЙ
  6. ПРАВО РОДИТЕЛЕЙ ВОСПИТЫВАТЬ ДЕТЕЙ
  7. ОБЩЕНИЕ РЕБЕНКА И РОДИТЕЛЕЙ В ПРАКТИКЕ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
  8. § 4. Правовая система
  9. А. Ф. Кони ПРИСЯЖНЫЕ ЗАСЕДАТЕЛИ 24
  10. Глава 6 СЕМЕЙНОЕ ПРАВО РОССИИ ПЕРИОДА ИМПЕРИИ
  11. 2.2. Право Древней Греции и Рима Общая характеристика
  12. 8.2. Общие тенденции развития права
  13. Тема. Гражданское право
  14. § 2. Проявление сущности особого производства в делах о внесении исправлений или изменений в записи актов гражданского состояния
  15. РИМСКОЕ ПРАВО В ПЕРИОД РАННЕЙ РЕСПУБЛИКИ. ЗАКОНЫ XII ТАБЛИЦ
  16. 2.1. Понятие и сущность брачно-семейных отношений мужчины и женщины как одного из видов семейных правоотношений
  17. 2.2. Имущественные права и обязанности мужчины и женщины, состоящих в фактических брачно-семейных отношениях
  18. Библиографический список
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -