10. Военные полномочия.

Общее руководство армией принадлежало сенату, распределявшему командование между магистратами, принимавшему и утверждавшему их отчёты, награждавшему полководцев триумфами или овациями после успешно законченной войны.

Все главные римские магистраты были военноначальниками или руководителями, связанными с военной операций. Диктаторы, консулы и преторы командовали легионами, квесторы заведовали воинской казной, эдилы отвечали за порядок в городе, цензоры инспектировали конницу, ведали организацией различного рода работ, в которых нуждалась армия.

Высший магистрат мог отменить распоряжение низшего. Коллегиальность магистратуры поддерживалась и укреплялась необходимостью сохранять единство взглядов и действий лиц, ведающих одной отраслью государственной деятельности.

Совершаемые военными чинами проступки могли быть двоякого рода: собственно военные или общегражданские. Поэтому и наказания, налагаемые на военных чинов, совершивших проступок, были двоякого рода - общегражданские и чисто военные. Военным проступком считалось нарушение закона солдатом, как таковым. Самым тяжелым преступлением с точки зрения воинского устава считалось злостное дезертирство во время войны и оскорбление начальства. То и другое каралось высшей мерой наказания - смертью. Солдат, потерявший во время войны оружие или его продавший, подлежал смертной казни.

В отношении тех, кто ранил себя или пытался причинить себе смерть каким-либо иным путем, император предписывал устанавливать мотивы подобного рода проступка. И в случае, если выяснялось, что покушавшийся предпочитал смерть жизни вследствие нестерпимой боли, беспросветной тоски, безумия или позора, то он не подлежал наказанию. Если же ничего подобного не обнаруживалось, то виновный с позором изгонялся из армии и подлежал высшей каре. Уличённые в пьянстве и разврате смертной казни не подлежали, но понижались по службе.

Трусость, леность, дезертирство, самокалечение, оскорбление начальников словом и действием, разврат, пьянство, игры, спекуляции и масса подобных пороков подрывали боеспособность римской армии и заставляли военнноначальников изыскивать меры оздоровления войска.

С переходом от наступления к обороне задачи армии расширились и усложнились; армия превращалась в охранительную силу, защищавшую римские границы от набегов варваров и приобщавшую окраины к римской культуре. В армии была организована военная дисциплина, солдатам внушали сознание социальной важности службы и запрещали до окончания её срока и перехода в разряд ветеранов приобретать земли в тех провинциях, где солдаты отбывали службу.

Сами императоры показывали пример военной дисциплины, выносливости и сознательного отношения к службе, совершая трудные переходы по холодным и суровым местам Германии или по раскаленным пескам Египта. «Адриан, - повествует Дион Кассий, - старался во всём быть образцом для своего войска. Он проявлял интерес не только к тому, что касалось оружия, военных машин, рвов, валов и т.д., но исследовал и изучал также и то, что имело отношение к отдельному солдату: его образ жизни, жилищные условия, его нравственный уровень. Это относилось как к рядовому, так и к командному составу. Себя самого он тренировал во всех видах боя. Отличавшихся он награждал, а всем остальным указывал то, что они должны делать, чтобы служить всем примером; он сам вёл исключительно строгий образ жизни. Большей частью ходил пешком или ездил верхом на лошади и только в редких случаях пользовался четырёхколёсной повозкой».

11.