<<
>>

2.3. Проблемные вопросы разграничения вымогательства с другими корыстно-насильственными преступлениями

В процессе расследования фактов вымогательства неизбежно возникают проблемы их разграничения со сходными по конструкции составами иных корыстно-насильственных преступлений, а равно дополнительной квалификации содеянного по другим статьям УК РФ.
Правильная квалификация отвечает таким принципам уголовного законодательства как законность и справедливость.

Как только в состав вымогательства был введен такой признак как физическое насилие, он чрезвычайно сблизился с понятием насильственного грабежа и разбойного нападения. Сблизился настолько, что нередко вымогательство определялось как самостоятельная форма хищения. В связи с этим сразу возникли сложные, спорные вопросы по квалификации, проблемы разграничения со сходными составами, а равно квалификации по совокупности.149

1. Вымогательство, сопряжённое с причинением физического насилия, отличается от разбойного нападения (ст. 162 УК) и грабежа с применением насилия по предмету и объективной стороне. Предмет грабежа и разбоя - это чужое имущество; предмет вымогательства - не только чужое имущество, но и право на имущество, а равно действия имущественного характера. Отличия по объективной стороне этих преступлений были убедительно разъяснены Пленумом Верховного Суда РСФСР в постановлении "О судебной практике по делам о вымогательстве" №3 от 4 мая 1990 г. В нём отмечено, что "решая вопрос об отграничении грабежа и разбоя от вымогательства, соединённого с насилием, судам следует учитывать, что если при грабеже и разбое насилие является средством завладения имуществом или его удержания, то при вымогательстве оно подкрепляет угрозу. Завладение имуществом при грабеже и разбое происходит о д н о в р е м е н н о (разрядка моя -А.У.) с совершением насильственных действий либо сразу после их совершения, тогда как при вымогательстве умысел виновного направленна получение требуемого имущее тва вбудуще м»150 (разрядка моя - А.У.). Именно этот специфический момент - время изъятия имущества и является основным критерием, разграничивающим составы вымогательства и насильственного грабежа, разбоя. Все остальные объективно-субъективные признаки анализируемых составов преступлений не обладают такими явными разграничивающими свойствами.

Составы вымогательства, грабежа и разбоя могут так существенно переплетаться, что возникает необходимость квалификации содеянного по совокупности: вымогательство и грабёж; вымогательство и разбой (об этом подробно сказано в первом параграфе данной главы). Как отмечено в указанном постановлении Пленума Верховного Суда, подобное может иметь место тогда, когда вымогательство сопряжено с непосредственным изъятием имущества потерпевшего".151 Но для этого необходимо установить наличие реальной совокупности преступлений (ст. 17 УК РФ).152

2. Как уже ранее подчеркивалось, жизнь в качестве дополнительного непосредственного объекта в составе вымогательства не названа. Поэтому законодатель для разрешения ситуации, когда в процессе вымогательства потерпевшего или близкое ему лицо лишают жизни, предусмотрел в ст. 105 УК п. «з» -убийство из корыстных побуждений или по найму, а равно сопряжённое с разбоем, вымогательством или бандитизмом. Но следует учесть, что этот состав убийства не охватывает состава вымогательства и деяния виновного должны быть квалифицированы по совокупности п.

«3» ч.2 ст.105 и п. «в» ч.З ст.163 УК РФ. Аналогично квалифицируются, как мы уже отмечали, деяния вымогателей, причинивших тяжкий вред здоровью, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего - п. »в» ч.З ст.163 и ч.4 ст. 111 УК РФ.

3. В связи с серьёзными изменениями, внесёнными в законодательную и, соответственно, в теоретическую и практическую конструкцию бандитизма, возникла необходимость его разграничения с вымогательством, совершённым организованной группой с причинением тяжкого вреда здоровью (п. п. "а", "в" ч. 3 ст.163 УК РФ).153 Так, часть 1 ст.209 УК определяет банду как устойчивую вооружённую группу, созданную в целях нападения на граждан или организации.

Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 17 января 1997 г. "О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм, следующим образом толкует законодательное определение банды: "Под бандой следует понимать организованную (разрядка моя - А. У.) устойчивую группу из двух или более лиц, заранее объединившихся для совершения нападений на граждан или организации. Банда может быть создана и для совершения одного, но требующего тщательной подготовки нападения."154 При вымогательстве под организованной группой, предусмотренной в качестве квалифицирующего признака, Пленум Верховного Суда РФ понимает "устойчивую группу из двух и более лиц, объединённых умыслом на совершение одного или нескольких преступлений. Как правило, такая группа тщательно готовит и планирует преступление, распределяет роли между соучастниками, оснащается технически и т.д. (п. 14 постановления "О судебной практике по делам о вымогательстве"). Следовательно, основные количественно- качественные характеристики организованных групп в названных видах преступлений существенно не отличаются и не могут служить критерием их разграничения.

Содержание понятия "нападение" также не может выполнить эту роль. Так, в указанном постановлении Пленума Верховного Суда от 17 января 1997 года нападение определено как "действия, направленные на достижение преступного результата путём применения насилия над потерпевшим либо создание реальной угрозы его немедленного применения".

Нападение применительно к составу разбоя определяют в литературе как "активное противоправное умышленное действие, предпринятое с целью завладения имуществом и создающее реальную опасность немедленного применения насилия, опасного для жизни и здоровья".155 Как видно из приведённых определений нападения, его признаки также не дают исчерпывающего ответа на вопрос отграничения вымогательства, совершённого организованной группой с применением опасного для жизни насилия, от бандитизма. Поэтому для правильной квалификации содеянного необходимо выделить все, даже незначительные признаки.

Прежде всего, разграничение с бандитизмом проводится по особенностям родового, видового и непосредственного объектов: при бандитизме - общественная безопасность и общественный порядок; при вымогательстве - собственность.

Объективная сторона бандитизма заключается в создании вооружённой группы, руководстве ею или участии в ней. И с этого момента состав преступления считается оконченным.156 Объективная сторона вымогательства выражается в предъявлении требования о передаче имущества, права на имущество или

совершения других действий имущественного характера и подкреплении требования применением насилия. С этого момента состав вымогательства считается оконченным.

По мнению некоторых авторов, определяющим критерием разграничения состава бандитизма и состава вымогательства является

ЛЛС

признак вооружённости. При бандитизме вооружённость является конструктивным признаком состава, а при конструировании состава вымогательства закон этот признак не называет. По непонятным причинам применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, не признаётся квалифицирующим признаком вымогательства. Несомненно, что этот признак значительно повышает степень общественной опасности вымогательства, и, причём, довольно часто встречается в судебной практике. Поэтому считаем, что есть все необходимые предпосылки для дополнения ч. 2 ст.163 УК РФ пунктом "г", предусматривающим следующий квалифицирующий признак: "вымогательство, совершённое с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия".

В связи с признаком "вооружённости" хотелось бы отметить некоторую неточность, содержащуюся, по нашему мнению, в указанном ранее

7Л7

учебнике Уголовного права. Там отмечено: "В том случае, если вымогательство совершается устойчивой (разрядка моя - А. У.), вооружённой организованной (разрядка моя - А.У.) группой, действия виновных необходимо квалифицировать по совокупности ст. 163 и 209 УК ". Такая рекомендация без дополнительных разъяснений вряд ли приемлема. Что означает "устойчивая организованная группа"? В ст.35 УК обязательным признаком организованной группы уже названа устойчивость. Какое же содержание вкладывает автор в устойчивость устойчивой группы лиц? Далее, факт наличия оружия у членов организованной группы ещё не превращает её в банду. Ведь даже для разбойного нападения законодатель предусмотрел такие квалифицирующие признаки как организованная группа и применение оружия. И чтобы организованную вооружённую группу разбойников признать бандой, необходимо установить более высокую степень устойчивости, прочности, долговременности связей между членами организованной группы.

Аналогичная ситуация складывается и тогда, когда организованная группа совершает вымогательство, при этом, применяя оружие, причиняет тяжкий вред здоровью потерпевшего или его близким. Содеянное ими еще не свидетельствует о наличии признаков бандитизма, и нет оснований для квалификации по совокупности ст. 163 и ст.209 УК РФ. Иное дело, когда уже организованная банда совершает вымогательство, то квалификация осуществляется по совокупности этих преступлений.

Следующий отличительный признак рассматриваемых преступлений заключается в их целевой направленности. При бандитизме целью создания банды является совершение преступлений различного характера: против личности, половой неприкосновенности и половой свободы, собственности и других; при вымогательстве - заниматься "рэкетом", "выбиванием" денег из состоятельных людей. Различает эти составы преступлений и установленный законом возраст привлечения к уголовной ответственности. Субъектом бандитизма может быть лицо, достигшее шестнадцати лет, а вымогательства - четырнадцати лет (ст.20 УК РФ).

4. В судебной практике встречаются определённые сложности при отграничении вымогательства от похищения человека (ст. 126 .УК), незаконного лишения свободы (ст. 127 УК) и захвата заложника (ст. 206 УК), в силу того, что в эти составы включено ограничение свободы как форма насилия. Кроме того, составы похищения человека и захвата заложника предполагают в качестве квалифицирующего признака корыстные побуждения. Эти непростые ситуации не совсем однозначно рассматриваются в юридической учебной литературе, что не способствует правильной их квалификации.

Так, профессор Побегайло Э.Ф. , раскрывая состав похищения человека, отмечает: "В тех случаях, когда похищение человека сопряжено с вымогательством имущества или права на имущество, содеянное следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных п. "з" ч.2

ЧАО

ст. 126 и ст. 163 УК РФ". Каких-либо особенностей в квалификации в зависимости от времени, последовательности совершения деяний автор не выделяет. Л.Д.Гаухман и С.В.Максимов также полагают, что вымогательство, сопряженное с похищением человека или с захватом заложника, представляет собой совокупность преступлений: вымогательства и похищения человека или захвата заложника.157

Профессор Игнатов А.Н, высказывает мнение, что совокупность может иметь место только в случаях, когда вымогатель, реализуя угрозу похитить, например, ребёнка потерпевшего, фактически его похищает. Если же похищение ребёнка предшествует предъявлению имущественных требований, то совокупности нет, ст. 126 УК поглощает ст.163 УК РФ.158

Достаточно оригинальная точка зрения высказана профессором Незнамовой З.А.: "Хищение человека или незаконное лишение его свободы, соединённое с вымогательством, превращает похищенного или лишённого свободы человека в заложника. Поэтому состав вымогательства может конкурировать только со ст.206 УК... Поэтому нам представляется, что вымогательство, соединённое с захватом заложников, следует квалифицировать только по статье 206 УК."159

Вымогательство, сопряжённое с незаконным лишением свободы, охватывает, по мнению Л.Д.Гаухмана и С.В.Максимова, состав незаконного лишения свободы, С этим мнением нельзя не согласиться, так как ограничение свободы действительно является разновидностью физического насилия. Это во-первых, а, во-вторых, санкции всех частей ст. 163 УК более строгие, чем ст. 127 УК. Правда, дальнейшие рассуждения авторов требуют дополнительного объяснения. Они отмечают, что квалификация содеянного по совокупности преступлений "имеет место, во-первых, при совершении вымогательства, ответственность за которое предусмотрена ч.1 ст. 163 УК РФ 1996 г., соединённого с незаконным лишением свободы, осуществлённого о применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия (п. "г" ч. 2 ст. 127 УК РФ 1996 г.), или в отношении заведомо несовершеннолетнего (п. «д» этой части), или в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности (п. "е" этой части), или в отношении двух или более лиц (п. "ж" этой части), поскольку санкция ч. 2 ст. 127 "строже" санкции ч.1 сг.163 названного УК.»160 Наши сомнения связаны с тем, что авторы почему-то соединяют ч.1 ст. 163 УК с реальным применением насилия. Но в таком случае о применении ч.1 ст. 163 УК речи и не должно идти, поскольку это деяние уже представляет собой квалифицированный состав вымогательства (п. "в" ч.2 ст. 163 УК, где и санкция значительно строже).

Подводя итоги рассмотрения вопросов разграничения составов вымогательства и похищения человека, незаконного лишения свободы, захвата заложника, различных точек зрения по этим вопросам, считаем необходимым изложить следующие положения, имеющие, по нашему мнению, определенное значение для квалификации этих преступлений:

1. Отмеченные расхождения в рекомендациях по квалификации соответствующих преступных действий обусловлены, по нашему мнению, достаточно сложной, можно сказать, не совсем удачной законодательной конструкцией составов похищения человека (ст.126 УК), захвата заложников (ст. 206 УК), предусматривающих корыстные побуждения. И это при условии, что диспозиция ст.163 УК РФ предусматривает широкий диапозон корыстных посягательств, связанных с имуществом, правом на имущество, действиями имущественного характера. Поэтому отмеченные разногласия в позициях учёных, несомненно, накладывают отпечаток на следственную и судебную практику, способствуя ошибкам в квалификации деяний, совершенных вымогателями и похитителями людей. В этом плане показателен следующий пример. Так, по ч.З ст. 126 УК (похищение человека, сопряжённое с причинением тяжкого вреда здоровью) и п. "б", "в", "г", ч.З ст.163 УК (вымогательство, совершённое в целях получения имущества в крупном размере; с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего; лицом, ранее два и более раза судимым за хищение либо вымогательство) привлечена к ответственности группа рэкетиров. Преступники, возглавляемые неоднократно судимым К., похитили, директора вагоноремонтного завода и потребовали передать им 150 тысяч долларов США. Чтобы добиться выполнения своего требования вымогатели пытали потерпевшего раскалённым утюгом, зверски избивали, загоняли иголки под ногти.213

Отмеченная выше квалификация действий виновных вызывает определённые возражения. Прежде всего, следует иметь в виду, что похищение человека в соответствии с законодательной конструкцией состава преступления, предусмотренного ст. 126 УК, в любом случае предполагает физическое или психическое насилие. Даже 4.1 ст. 126 не исключает применения физического насилия, не опасного для жизни и здоровья,'а также любого вида психического насилия. При этом насилие выступает в роли способа похищения человека. Однако, нередки ситуации (как и приведённая выше нами), когда похищение не сопряжено с применением насилия, опасного для жизни и здоровья. Но в последующем при предъявлении требования передать имущество, право на имущество, совершения действий имущественного характера вымогатели применяют этот вид насилия. В этом случае на квалификацию похитителей человека влияет только мотив - корыстные побуждения, т.е. п. "з" ч.2 ст. 126 УК. А насилие, опасное для жизни и здоровья, в подобной ситуации не может влиять на квалификацию похищения, оно относится уже к вымогательству - п. "в" ч.2 ст. 163 УК. В силу этого квалификация виновных по ч.З ст. 126 УК РФ не имеет под собой достаточных оснований, если не будет установлено наличие признаков организованной группы. При данной конкуренции отмеченных уголовно- правовых норм в соответствии с правилами квалификации применяется только п. "з" ч.2 ст. 126 УК, так как санкция этой уголовно-правовой нормы значительно строже. Аналогичное влияние на квалификацию оказывают и остальные признаки, предусмотренные ч. 2 ст. 126 и ч.2 ст. 163 УК. И лишь при наличии в действиях виновных признаков, предусмотренных ч.З ст. 126 и ч.З ст. 163 УК, они подлежат квалификации по совокупности.

Однако в соответствии с действующей редакцией анализируемых норм вымогательство (ст. 163 УК) может быть квалифицировано по совокупности с похищением человека (ст. 126 УК) лишь в случае, когда последнее является реализацией угрозы, которая сопровождала предъявление требования о передаче имущества, права на имущество либо совершения других действий имущественного характера. Совершение вымогательства, то есть предъявление соответствующего требования уже после похищения человека не создают совокупности преступлений, так как охватываются п. "з" ч.2 ст. 126 УК - похищение человека из корыстных побуждений, за исключением случаев наличия особо квалифицирующих признаков (ч.З ст. 126 и ч.З ст. 163 УК).

Подобное положение дел, по нашему мнению, не отвечает интересам борьбы с преступностью в стране, ведь каждое из анализируемых преступлений отличается высокой степенью общественной опасности. И подобное вынужденное поглощение одной нормы другой снижает их эффективность. Для более точной и единообразной квалификации анализируемых преступлений представляется целесообразным дополнить п. »з» ч.2 ст. 126 УК, изложив его в следующей редакции: "из корыстных побуждений, по найму, а равно сопряженное с вымогательством". Тем самым будет подчёркнута самостоятельность этих преступлений, требующая квалификации по совокупности (аналогично как и при убийстве, сопряжённом с вымогательством - п. "з" ст. 105 УК). 2.

Вымогательство (ст.163 УК), непосредственно сопряжённое с незаконным лишением свободы (ст. 127 УК), квалифицируется как единый состав преступления, предусмотренный п. "в" ч.2 ст.163 УК - вымогательство, совершённое с применением насилия. Совокупность идеальная может иметь место в случае, если незаконное лишение свободы повлекло по неосторожности смерть потерпевшего или иные тяжкие последствия (кроме причинения умышленного тяжкого вреда здоровью) - ч.З СТ. 127 УК, а равно, если явилось актом реализации угрозы вымогателя (реальная совокупность). 3.

Вымогательство (с. 163 УК), совершённое после захвата заложника (ст.206 УК), не порождает совокупности преступлений, так как поглощается п. "з" ч. 2 ст.206 УК - захват заложника из корыстных побуждений. В этом случае предъявляемое требование о передаче имущества, права на имущество, совершение других действий имущественного характера выполняет роль условия освобождения заложника. По действующему законодательству квалификация по ст. 163 УК и ст. 206 УК допустима только в случае реальной совокупности, когда совершение вымогательства предшествует захвату заложника. Поэтому применительно к данной ситуации также целесообразно дополнить п. «з» ч.2 ст. 206 УК, изложив его в следующей редакции: «из корыстных побуждений или по найму, а равно сопряженное с вымогательством». 4.

Как известно, широкое обсуждение актуальных проблем борьбы с экономической преступностью, имевшее место накануне принятия нового Уголовного кодекса, способствовало появлению в его системе отдельной главы 22 "Преступления в сфере экономической деятельности». В эту главу включён и состав "Принуждение к совершению сделки или к отказу от её совершения (ст. 179 УК), по сути "двойник" состава вымогательства. Часть I ст. 179 УК РФ 1996 г. гласит: "Принуждение к совершению сделки или к отказу от её совершения под угрозой применения насилия, уничтожения иди повреждения чужого имущества, а равно распространения сведений, которые могут причинить существенный вред правам и законным интересам потерпевшего или его близких, при отсутствии признаков вымогательства".

Часть 2 ст. 179 УК предусматривает следующие квалифицирующие признаки: а) неоднократность; б) применение насилия; в) совершение организованной группой.

Появление этой уголовно-правовой нормы воспринято неоднозначно. Некоторые специалисты относятся к ней критически. Например, профессор Лопашенко Н.А., определяя соотношение этого состава с вымогательством, отмечает: "В определённой степени любая сделка представляет собой действие имущественного характера; поэтому ст. 179 УК изначально (разрядка моя - А.У.) находится в противоречии со ст. 163 УК. Ст. 179 УК применяется тогда, когда нет конкретизации условий сделки, виновный добивается лишь согласия потерпевшего на её совершение."214 Следовательно, отличие этих составов автор усматривает лишь в наличии или отсутствии конкретности условий сделки. Выходит, если виновный под угрозой насилия требует бесплатно построить коттедж, определяет объём работы, сроки начала и окончания работы, то это должно быть квалифицировано как вымогательство (ст. 163 УК). Если под угрозой применения насилия виновный добивается лишь согласия заключить договор подряда на строительство коттеджа, то это состав, предусмотренный ст. 179

Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономической деятельности: понятие, система, проблемы квалификации и наказания. Саратов. 1997. С. 193.

УК. Различие достаточно тонкое, но, правда, не лишённое рационального зерна.

В других работах этот состав авторы воспринимают как должное, предпринимая попытки более чётко отграничить его от вымогательства. Так, профессор С.В. Максимов, подчёркивая необходимость разграничения ст.163, ст. 179 УК и ст.ЗЗО УК, проводит его по двум моментам. Во-первых, в содержание основного непосредственного объекта преступления, предусмотренного ч.1 ст. 179 УК, входят: а) общественное отношение, обеспечивающее равенство субъектов гражданско-правовых отношений, за исключением отношений собственности, вытекающее из положений п.1 ст.1 ГК РФ; б) общественное отношение, обеспечивающее свободу договора (п.1 ст.1 ГК РФ), за исключением тех, что направлены на возникновение, изменение или прекращение отношений собственности. По его мнению, в число таких отношений входят : выполнение научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ (гл.38 ГК РФ); возмездное оказание услуг (гл. 39 ГК РФ); перевозка (гл.40 ГК РФ); транспортная экспедиция (г. 41 ГК РФ); банковский счёт (гл.45 ГК РФ); хранение (гл.47 ГК РФ). Во-вторых, « в отличие от сходной угрозы при вымогательстве угроза применением насилия как форма принуждения к совершению сделки может подлежать реализации немедленно. При этом, естественно, должны отсутствовать признаки разбойного нападения, целью которого является хищение чужого имущества, т.е. неправомерное отчуждение права собственности, которого не происходит при принуждении к совершению сделки.» Б.В. Яцеленко отвечает, что "для квалификации деяния по ст. 179 УК необходимо установить, чтобы оно не содержало признаков вымогательства, то есть не было сопряжено с требованиями имущественного характера. Если виновный, применяя психическое насилие к потерпевшему, требует передать имущество, право на имущество или совершить действия

имущественного характера (например, оплатить приобретённый у

потерпевшего по договору купли-продажи товар по заниженной цене или

отдать его даром, оплатить доставленный потерпевшему по договору

поставки товар по завышенной цене и т.п.), содеянное образует состав

вымогательства".161 По нашему мнению, в рассуждения автора вкралась

фактическая ошибка. Ведь нормы гражданского права регулируют прежде

218

всего, имущественные отношения, а сделка - это основной юридическии

факт, их порождающий (о чем справедливо отмечает Н.А. Лопашенко).

Поэтому в характеристике состава принуждения к совершению сделки или к

отказу от её совершения невозможно не указать на наличие имущественной

^ 219 А

направленности принудительных действии. А приведенные автором примеры, как представляется, иллюстрируют состав принуждения к сделке (ст. 179 УК).

Профессор Жалинский А.Э. видит отличие вымогательства (ст.163 УК) от принуждения к совершению сделки или к отказу от её совершения (ст. 179 УК) в том, что в первом случае преступное деяние направлено на изменение отношений собственности (разрядка моя - А.У.). Сделками в смысле ст. 179 УК и в соответствии с гражданским законодательством могут быть действия по установлению подрядных отношений, выполнению научно-исследовательских и иных работ, возмездному оказанию услуг, поручению и т.п."162. Изложенная автором позиция представляет значительный интерес, но требует, как мы полагаем, дополнительных пояснений. Во-первых, пре- ступное завладение имуществом, обретение права на имущество юридически не меняет собственника, преступник не получает право собственности. Он является только фактическим обладателем имущества. Что имел в виду автор, говоря об изменении отношений собственности в случае совершения вымогательства? Во-вторых, не совсем понятно, почему сужен применительно к ст. 179 УК перечень видов сделок. Ведь ст. 179 Гражданского кодекса «Недействительность сделки, совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной или стечения тяжёлых обстоятельств» не делает никаких исключений.

Т.Ю Погосян, разграничивая анализируемые составы, подчеркивает: "Предмет вымогательства, по смыслу содержания ст. 163 УК, - имущество, право на имущество и действия имущественного характера, которые потерпевший должен совершить по требованию вымогателя в его пользу (погашение долга, оплата покупки, производство ремонта и т.д.). Требование же совершить сделку или отказаться от её совершения - это, прежде всего, принуждение установить, изменить или прекратить гражданские права и

771

обязанности». Но ведь гражданские права и обязанности устанавливаются, изменяются или прекращаются, прежде всего, по поводу имущественных отношений. Отмеченные расхождения в рекомендациях ученых не способствуют обеспечению правильной квалификации анализируемых преступлений и поэтому на практике нередки ошибки в их оценке. Так, пять членов организованной группы, входящей в «чеченскую общину», привлечены к уголовной ответственности по п. «а» ч.З ст.163 УК РФ за то, что они, применяя насилие и угрожая убийством, вынудили председателя ТОО подписать заведомо невыгодный договор на передачу им имущества на сумму 50 миллионов рублей и выручки на сумму 379 тысяч рублей. В основе квалификации лежало требование передачи права на имущество, сопряженное с применением насилия, совершенного организованной группой. Однако согласиться с подобной квалификацией в соответствии с действующим уголовным законодательством нельзя. Передача права на имущество и выручки осуществлена на основе договора, подписанного обеими сторонами. Следовательно, ответственность виновных должна быть определена по п. «б», «в» ч.2 ст. 179 УК РФ - принуждение к совершению сделки, осуществленное организованной группой с применением насилия.

Подобный подход к оценке состава принуждения к совершению сделки или к отказу от её совершения и его соотношению с составом вымогательства вполне объясним. С одной стороны, ст. 179 УК РФ в основных её характеристиках соответствует подобным нормам дореволюционного законодательства, в котором принуждение к даче обязательств рассматривалось как вид вымогательства, и ответственность за неё применялась достаточно широко ,163

С другой стороны, не совсем удачная редакция диспозиции статей 179 УК и 163 УК, а также недостаточно продуманное построение санкции этих норм затрудняет их восприятие и применение. Анализ точек зрения разных авторов показывает, что основное отличие этих составов заключается всё- таки не в конкретности или неконкретности условии сделки, не в предмете преступления, не в наличии или отсутствии имущественных требований, а в особенностях юридической природы предъявляемых виновным требований: содержание соответствующей сделки; изменение отношений собственности; установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, К этому склоняются в большей иди меньшей степени все авторы.164 Для более эффективной конструкции анализируемых составов и их разграничения мы считаем целесообразным внести некоторые изменения в их законодательную редакцию.

Во-первых, из диспозиции ч.1 ст. 179 УК исключить вторую часть, связанную с шантажом. Шантаж, направленный на принуждение к совершению сделки или к отказу от её совершения, вполне охватывается ст. 179 Гражданского Кодекса РФ.

Во-вторых, в законодательной характеристике состава акцентировать внимание на признак юридического оформления "принуждаемой" сделки, изложив диспозицию 4.1 ст. 179 УК следующим образом: "Принуждение к юридически оформленному совершению сделки или к отказу от её совершения под угрозой применения насилия к потерпевшему или его близким, уничтожения или повреждения чужого имущества этих лиц".

В-третьих, в диспозицию ч.1 ст. 163 УК включить признак безвозмездности передачи имущества, права на имущество, совершения других действий имущественного характера.

В-четвёртых, санкцию ч.2 ст. 179 УК установить аналогично санкции ч.2 ст. 163 УК.

6. Определённые трудности судебно-следственная практика испытывает при отграничении состава вымогательства (ст163 УК) от состава самоуправства (ст. 300 УК). Сходство этих преступлений по внешнему проявлению ещё более усилилось, когда законодатель в УК РФ 1996 г. предусмотрел для самоуправства квалифицирующий признак - применение насилия или угроза его применения. Однако, по содержанию эти составы различаются без особых затруднений. При самоуправстве виновный пытается самовольно силой завладеть имуществом, вымогает его под угрозой применения насилия, но он имеет на это имущество действительное или предполагаемой право. Удачно иллюстрирует это отличие профессор Незнамова З.А., отмечающая, что "нельзя квалифицировать как вымогательство поведение должностных лиц некоторых банков, предприятий, частных предпринимателей, которые с помощью собственных либо нанятых охранников пытаются путем применения психического насилия возвратить выданные кредиты, ссуды, деньги за товар, сданный на реализацию и т.д."165

Для отграничения вымогательства от самоуправства необходимо установить следующие признаки деяния, характеризующего объективную сторону последнего: а) должна быть реализация своих (действительных или предполагаемых) прав или исполнение юридических обязанностей; б) самовольность этой реализации с нарушением установленного порядка; в) правомерность этих действий оспаривается организацией или гражданином. Установление всех отмеченных признаков деяния, наступления от них имущественного вреда и наличия причинной связи необходимо для квалификации содеянного по ст.ЗЗО УК.

С учётом осуществлённого анализа объективно-субъективных признаков состава вымогательства, сформулированных в действующем законодательстве, опыта законодательства Российской империи и зарубежных стран считаем возможным предложить следующую редакцию ст. 163 УК РФ:

Статья 163. Вымогательство 1.

Вымогательство, то есть требование противоправной безвозмездной передачи чужого имущества или права на имущество, или совершения других действий имущественного характера под угрозой применения насилия к потерпевшему или его близким либо уничтожения или повреждения их имущества, -

наказывается лишением свободы на срок от двух до пяти лет и штрафом в размере до пятидесяти минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осуждённого за период до одного месяца либо без такового. 2.

Вымогательство, совершённое:

а) с использованием беспомощного состояния потерпевшего;

б) группой лиц по предварительному сговору;

в) неоднократно;

г) под угрозой убийства или причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего или его близких;

д) с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья к потерпевшему или его близким;

е) с применением оружия или иных предметов, используемых в качестве оружия, -

наказывается лишением свободы на срок от пяти до восьми лет и штрафом до двухсот минимальных размеров оплаты труда с конфискацией имущества или без таковой.

3. Вымогательство, совершённое:

а) организованной группой;

б) в целях получения имущества в крупном размере, права на имущество в крупном размере или совершение других действии имущественного характера на сумму в крупном размере;

в) с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, к потерпевшему или его близким;

г) лицом, ранее два или более раза судимым за хищение либо вымогательство, - наказывается лишением свободы на срок от восьми до пятнадцати лет и штрафом до трехсот минимальных размеров оплаты труда с конфискацией имущества.

По нашему мнению, подобная редакция ст.163 УК РФ будет больше соответствовать характеру и степени общественной опасности вымогательства, более точно определять место и роль этого вида корыстно- насильственных посягательств в структуре преступности, способствовать правильной квалификации конкретных фактов вымогательства и отграничения их от сходных преступлений.

Глава 3. Уголовно-правовое понятие шантажа и проблемы ответственности за его совершение

Проблемы уголовно-правового регулирования ответственности за шантаж являются традиционными для Российского уголовного права, уголовного законодательства. В первой главе мы подробно проанализировали "правовую судьбу" этого вида имущественного преступления в уголовном праве России до 1917 и после 1917 года, а также в уголовном праве некоторых зарубежных государств. Важнейшие выводы, сделанные нами при этом, заключаются в следующем: а) основные объективные и субъективные признаки уголовно-правовой характеристики состава шантажа, в основном совпадают; б) чётко прослеживается отграничение состава шантажа от вымогательства и в законодательстве, и в теории уголовного права, и судебной практике, в) существенно отличается перечень квалифицирующих обстоятельств, с которыми законодатель связывает усиление ответственности за эти виды преступлений; г) имеют место существенные различия в построении санкций, определении максимальных пределов наказания, • обусловленные различной степенью общественной опасности шантажа и вымогательства.

В настоящей главе будут рассмотрены особенности состава шантажа, сформулированного в действующем уголовном законодательстве России. Точное определение уголовно-правовых границ понятия данного преступления имеет большое практическое значение не только при его квалификации как самостоятельного состава, но и при квалификации иных видов преступлений, где шантаж выступает конструктивным признаком в качестве способа преступного поведения: 1. Ст. 179 УК -"Принуждение к совершению сделки или к отказу от её совершения"; 2. п "в" ч.4 ст.204 УК - "Коммерческий подкуп, сопряжённый с вымогательством"; 3. Ст.221 УК - "Вымогательство радиоактивных материалов"; 4. Ст.226 УК "Вымогательство оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств"; 5. Ст. 229 УК - "Вымогательство наркотических средств или

психотропных веществ"; 6. Ст.240 УК - "Вовлечение в занятие проституцией путём шантажа.,,"; 7. п. "в" ч.4 ст.290 УК - "Получение взятки, сопряжённое с вымогательством"; 8. Ст.302 УК - "Принуждение подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля к даче показаний либо эксперта к даче заключения путём применения шантажа"; 9. ч.2 ст.309 УК — "Принуждение свидетеля, потерпевшего к даче ложных показании, эксперта к даче ложного заключения или переводчика к осуществлению неправильного перевода, а равно принуждение указанных лиц к уклонению от дачи показаний, соединённое с шантажом...".

При характеристике объективной стороны перечисленных девяти составов необходимо раскрывать содержание признаков шантажа, указанных в ч.1 ст.163 УК РФ - требование передачи чужого имущества или права на имущество или совершение других действий имущественного характера под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего или его близких, либо иных сведений, которые могут причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего или его близких. Толкование этой нормы позволяет выделить некоторые специфические особенности, дающие возможность не только принципиально отграничить шантаж от вымогательства, но и создать самостоятельный, имеющий свою историю, своеобразие и свои характерные черты состав преступления.

1. Объект преступления. Первый элемент состава шантажа во всех основных чертах идентичен составу вымогательства. Родовой, видовой и основной непосредственный объекты преступления те же: отношения в сфере экономики; отношения собственности; отношения конкретной формы собственности. Однако в характеристике дополнительного непосредственного объекта имеются существенные отличия. При вымогательстве под угрозу ставится жизнь и здоровье личности потерпевшего или его близких, а при шантаже — честь и достоинство личности. Естественно, что в соответствии с уголовно-правовой оценкой степень важности жизни и здоровья выше, чем честь и достоинство. Однако, в жизненном, социально-психологическом, морально-этическом отношениях нередко на первый план выдвигается именно честь и достоинство. Недаром в прошлом веке ради защиты чести и достоинства люди шли на эшафот, на дуэль, на каторгу, и "поле чести" сравнивалось с "полем брани". Поэтому данный вид преступления нельзя принижать по степени общественной опасности, включая его в состав качественно иного вида преступления — вымогательства.

Итак, дополнительный непосредственный объект шантажа связан с отношениями, складывающимися в сфере личностных отношений - чести и достоинства личности. Честь- это достойные уважения и гордости моральные качества человека; его соответствующие принципы; "это хорошая незапятнанная репутация, доброе имя."166 Честь - это социально- психологическая категория, связанная с оценкой личности в обществе, в особенностях восприятия этой личности другими членами общества. Достоинство - это совокупность высоких моральных качеств, а также уважение этих качеств в самом себе.167 Следовательно, достоинство - это социально-психологическая, этическая категория, связанная с оценкой личностью самого себя; своя собственная оценка, но связанная со

77Q

сложившейся системой социальных ценностей в обществе. Новая редакция ст. 129 УК (клевета) предусматривает ещё один аспект социально-этической оценки личности потерпевшего (естественно, тесно связанный с двумя названными) - его репутация. Репутация - "это приобретаемая кем-нибудь

общественная оценка, общее мнение о качествах, достоинствах и недостатках кого-либо (это, прежде всего, связано с деловыми, нравственными качествами», образованием, уровнем знаний бизнесмена, кооператора как делового партнёра и т.д.).168 Как видно из содержания приведённых определений, основной общей чертой чести, достоинства, репутации является достоверность, истинность качеств, достоинств личности, сведений, информации о ней. Поэтому ущерб им может быть причинён лишь в том случае, если эти качества, сведения заведомо искажаются, являются заведомо ложными.169 В этой связи необходимо отметить один важный момент. В уголовном законодательстве некоторых зарубежных государств содержатся нормы, устанавливающие ответственность за диффамацию, то есть за распространение порочащих сведений, но не являющихся вымышленными, соответствующих действительности, не обладающих клеветническим характером. Следовательно, состав клеветы значительно расширен за счёт распространения подобных сведений. Уголовное законодательство советской России с самого начала отказалось от установления уголовной ' ответственности за диффамацию под лозунгом необходимости критики рабочими, крестьянами, служащими своих руководителей, борьбы с бюрократизмом, злоупотреблением служебным положением. Коллектив, особенно партийные комитеты, "должны были всё знать о своих членах, даже о самом личном".

Законодатель не устанавливает исчерпывающий перечень лиц, которые могут быть потерпевшими при реализации угрозы виновным. Прежде всего, ставится в опасность причинение ущерба чести и достоинству, репутации самого потерпевшего, которому предъявлено соответствующее требование, а равно любого лица, не безразличного потерпевшему: родные, близкие друзья, иные лица. При этом важно иметь в виду, что унизить честь, достоинство, исказить, очернить репутацию можно в отношении любого лица, независимо от его физического, психического состояния, и даже в отношении умершего, доброе имя которого важно для потерпевшего и должно быть защищено законом.

Объективная сторона состава шантажа, сконструированного по типу формальных, характеризуется деянием, в основу которого положено требование передачи имущества, права на имущество, совершение других действий имущественного характера (значение, содержание употреблённого законодателем термина "требование" уже подробно раскрыто применительно к составу вымогательства). Это требование виновный подкрепляет угрозой: а) распространить сведения, позорящие потерпевшего или его близких; б) распространить иные сведения, которые могут причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего или его близких.

Содержание угрозы при шантаже в советском уголовном законодательстве не оставалось неизменным. На протяжении многих лет в Уголовных кодексах РСФСР угроза ограничивалась распространением сведе- » ний, позорящих потерпевшего или его близких. Но в Уголовном кодексе 1996 г. была предусмотрена разновидность угрозы, предусматривающая распространение иных сведений, таких, которые могут причинить существенный вред (подчёркнута степень вреда) правам или законным интересам (акцентировано внимание на юридической природе прав и интересов) потерпевшего или его близких. И если раньше имело место различное толкование этого признака состава, то сейчас, как представляется, появились дополнительные сложности в установлении правильной оценки состава шантажа.

В учебной литературе шестидесятых годов нередко встречалось мнение, что угрозу распространения позорящих сведений следует рассматривать с позиции состава клеветы, и в случае реализации угрозы лицо подлежало ответственности по совокупности за вымогательство и клевету. Следовательно, презюмировалось, что виновный угрожает распространить заведомо ложные сведения, которые опозорят потерпевшего или его близких, нанесут ущерб их чести и достоинству.

Примерно в это же время профессор Утевский Б.С отмечал, что «для квалификации действий виновного как шантажа безразлично, угрожает ли виновный разгласить факты, действительно имевшие место или вымышленные, так как и в том, и в другом случае угроза разглашением этих фактов является способом принудить потерпевшего удовлетворить преступное требование вымогателя».170

В научно-практическом Комментарии Уголовного кодекса РСФСР было указано: «Позорящие сведения, оглашением которых угрожает вымогатель, могут быть ложными, клеветническими», но они могут и соответствовать действительности. Такие сведения имеют своим предметом самые различные обстоятельства, которые потерпевший желает сохранить в тайне. Позорящими следует считать сведения о преступлениях, совершённых или якобы совершённых потерпевшим или его близкими, о совершённых им безнравственных поступках, о факте заболевания потерпевшего венерической болезни или психическим расстройством, о том, что потерпевшая была изнасилована и т.п."171 Авторы, как видно из текста, одинаково оценивают и факт совершения потерпевшим преступления, и факт вымышленного, якобы совершённого им преступления.

Профессор Незнамова З.А полагает: "Позорящие сведения - это любая информация», распространение которой способно нарушить честь и достоинство личности (разрядка моя - А.У.). Позорящими можно считать сведения о совершённом потерпевшим или его близкими правонарушении, наличии определённых болезней, супружеской измене и т.д. То, насколько они являются позорящими и в какой степени их разглашение способно причинить вред чести и достоинству личности, зависит от субъективного восприятия потерпевшего".172 Итак, выходит, что преступнику мы предоставляем право определить, какой же ущерб его чести будет нанесён выявлением факта совершённого им же преступления.

По мнению Л.Д.Гаухмана и С.В.Максимова , "позорящие - это сведения о каких-либо противоправных, аморальных или других неблаговидных поступках потерпевшего либо его близких. Иные сведения, которые могут причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего или его близких, - это сведения, которые потерпевший желает хранить в тайне, в частности, о совершённой сделке, наличии какого-либо имущества, финансовом состоянии и другие."

Следует отметить, что значительная часть авторов придерживается подобного понимания угрозы распространения позорящих сведений как способа подкрепления требования передать имущество, права на имущество или совершения других действий имущественного характера. По нашему мнению, в данной позиции есть уязвимые места, её сторонники необоснованно расширяют перечень сведений позорящего характера за счет информации, связанной с фактами совершения потерпевшим правонарушений.

Видимо, нельзя согласиться с тем, что в один ряд выстраивают угрозу распространить информацию и о действительно совершённом потерпевшим преступлении, и о "якобы совершённом", вымышленном преступлении. Ведь все авторы в качестве дополнительного непосредственного объекта шантажа называют честь и достоинство личности потерпевшего или его близких. Честь и достоинство они при этом рассматривают как высоконравственные категории, в связи с чем нельзя найти в системе составляющих их элементов место преступным наклонностям. Наоборот, факт совершения преступления не добавляет чести и достоинства личности преступника, а роняет его в лице законопослушных граждан. Поэтому звучит парадоксально, что оглашение информации о факте действительного, а не мнимого совершения преступления унизит честь и достоинство преступника, причинит ущерб объекту уголовно-правовой охраны. Если оставаться на изложенной выше позиции названных авторов, то необходимо исключить честь и достоинство из характеристики объекта исследуемого преступления. А это лишит его самостоятельности, выхолостит содержание шантажа.

Необходимо подчеркнуть, что учёные неоднократно обращали внимание на данное нелогичное положение. Так, профессор Таганцев Н.С. отмечал, что в этом случае угроза, предъявляемая потерпевшему, не преступна, а нередко даже похвальна (например, заявление власти о совершении потерпевшим преступления). Профессор Лопашенко Н,А. справедливо полагает: "Угроза распространения сведений, которые могут причинить существенный вред правам и законным интересам потерпевшего или его близких, - это угроза оглашения сведений, которые потерпевший или его близкие хотели бы сохранить в тайне, и желание это не противоречит закону (разрядка моя - А.У.). Угроза правам и интересам, которые противоречат закону, не подпадает под способ принуждения к совершению сделки или к отказу от ее совершения. Соответственно, если лицо заставляет другое лицо совершить, например, сделку по покупке недвижимости, угрожая в противном случае сообщить правоохранительным органам о совершении этим лицом преступления, которое или неизвестно органам или нераскрыто, или уголовное дело по нему не доведено до конца в связи с розыском преступника, привлечение первого лица к ответственности по ст. 179 УК невозможно."173 В данном случае отсутствует угроза законным интересам потерпевшего. Изложенная точка зрения может быть полностью перенесена и на состав шантажа.

С.М.Кочои также подчёркивал: "На наш взгляд, весьма сомнительно считать распространение сведений о совершенном кем-либо в действительности правонарушений, тем более преступлений, "позорящими" это лицо. Ведь "позор" в русском языке означает "бесчестье... вызывающее презрение" (С.И.Ожегов. Указ. соч. С. 48), а человек, совершивший преступление, как раз и должен вызывать презрение.»174

Таким образом, анализ приведённых точек зрения позволяет, как представляется, сделать вывод, что первый вид угрозы при шантаже - распространение сведений, позорящих потерпевшего или его близких, создает угрозу причинения вреда первому дополнительному непосредственному объекту - чести и достоинству личности. Поэтому мы полагаем, что содержанием этой угрозы являются заведомо ложные, вымышленные, позорящие сведения о потерпевшем или его близких, и реализация этой угрозы влечёт за собой квалификацию по совокупности за шантаж и клевету.

Усиление охраны конституционных прав и свобод человека и гражданина, включение в Особенную часть Уголовного кодекса ст. 137 - "Нарушение неприкосновенности частной жизни" обусловило, по нашему мнению, и появление второй разновидности угрозы при шантаже: распространение иных сведений, которые могут причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего или его близких. Сравнительный анализ содержания уголовно-правовой характеристики состава нарушения неприкосновенности частной жизни и анализируемой разновидности шантажа показывает их существенное сходство. В обоих составах речь идёт о сведениях частного характера, составляющих личную или семейную тайну. Их распространение может причинить существенный вред законным (разрядка моя - А.У.) правам и интересам потерпевшего или его близких, поэтому они стремятся сохранить эти сведения в тайне. Следовательно, мы обязаны констатировать наличие в составе шантажа второго дополнительного непосредственного объекта - неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна (чЛ ст. 23 и ч.1 ст.24 Конституции Российской Федерации). Сведения эти могут быть различного характера: о здоровье потерпевшего или его близких, их привычках, образе жизни, отношении к религии, интимных связях, бывшей судимости, некредитоспособности, больших долгах и т.д. Реализация этого вида угрозы, причинившая существенный вред законным правам и интересам потерпевшего или его близких, требует квалификации по совокупности за шантаж и нарушение неприкосновенности частной жизни.

Следует отметить, что в диспозиции ст. 137 УК при конструировании состава нарушения неприкосновенности частной жизни не указано на существенность причинённого вреда. Законодатель обращает внимание лишь на законный характер прав и интересов, на которые посягает виновный. Видимо, будет логичным внести изменение и в уголовно-правовую конструкцию этого вида шантажа, исключив указание на существенный характер возможного вреда: угроза распространения иных сведений личного характера, которые могут причинить вред правам или законным интересам потерпевшего или его близких.

Важнейшей чертой угрозы при шантаже является её реальный характер, то есть потерпевший не сомневается в возможности её исполнения. При этом не имеет значения широта адресатов, кому могут быть представлены сведения (распространены среди большого числа лиц, в трудовом коллективе, одному лицу).

Субъективная сторона шантажа характеризуется виной в виде прямого умысла и корыстной целью. Виновный сознаёт, что предъявляет требование о незаконной безвозмездной передаче чужого имущества, права на имущество или совершении других сделок имущественного характера, подкрепляя его угрозой распространения заведомо ложных сведений, позорящих потерпевшего или его близких или угрозой распространения иных сведений личного характера, которые могут причинить вред правам и законным интересам потерпевшего или его близких, и желает совершить эти действия. При этом шантажист преследует цель получить, не имея ни действительных, ни предполагаемых прав, определённые имущественные выгоды или уклониться от материальных затрат.

Субъект шантажа общий - физическое вменяемое лицо, достигшее согласно ст.20 УК РФ четырнадцатилетнего возраста. Следует отметить, что в УК РСФСР 1960 г. возраст ответственности за шантаж (и за вымогательство) был установлен в 16 лет. Но в связи с тем, что состав вымогательства был дополнен квалифицирующими признаками, связанными с применением насилия, возраст снижен до 14 лет. Однако, это объяснимо только для вымогательства, но отнюдь не для шантажа. Названные квалифицирующие обстоятельства к шантажу не имеют отношения. В связи с этим мы считаем необходимым установить возраст привлечения к уголовной ответственности за шантаж в 16 лет. '

Осуществлённый нами сравнительный анализ объективных и субъективных признаков состава вымогательства и шантажа показал существенное их различие. Оно касается не каких-либо частных моментов, а качественного их содержания, особенностей непосредственных объектов, можно сказать, юридической природы, предопределяющих различную степень их общественной опасности. При этом основополагающим критерием разграничения является способ преступного поведения. Способ при вымогательстве - физическое и психическое насилие - уравнивает его с разбойным нападением, о чём свидетельствует и сходство законодательного описания: применение насилия, опасного для жизни и здоровья, причинение тяжкого вреда здоровью; пределы санкции: максимальное наказание до пятнадцати лет с конфискацией имущества. Принципиальные изменения, связанные с включением в состав физического насилия, понижение возраста привлечения к уголовной ответственности с шестнадцати до четырнадцати лет, вносимые в последние годы в ст. 148 УК РСФСР 1960 г. и в ст. 163 УК РФ 1996 г., касались только вымогательства.

Способ при шантаже - угроза распространить сведения, позорящие потерпевшего или его близких, либо иных сведений, которые могут причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего или его близких - обладает намного меньшей степенью общественное опасности. Наиболее тяжкие формы посягательства, а именно сопряжённые с применением насилия, к шантажу не имеют никакого отношения. Поэтому и установление суровых санкций, и снижение возраста субъекта преступления для данного вида посягательства на собственность нельзя признать приемлемым. А в то же время квалифицирующие обстоятельства, действительно повышающие степень общественной опасности шантажа и давно известные уголовному законодательству, почему-то остались без внимания законодателя.

Действующее законодательство справедливо связывает повышение опасности шантажа со следующими обстоятельствами, предусмотренными в частях 2 и 3 ст.163 УК. Прежде всего, это совершение шантажа группой лиц по предварительному сговору или организованной группой. Вполне естественно, что в данных случаях степень опасности посягательства зависит от формы соучастия, позволяющей более эффективно воздействовать на потерпевшего, подавлять его волю.

Ранее уже подробно проанализированы, применительно к вымогательству, особенности таких квалифицирующих признаков как неоднократность; совершение лицом, ранее два или более раза судимым за хищение либо вымогательство в целях получения имущества в крупном размере. Их характеристика, особенности оценки при квалификации шантажа аналогичны.

Наряду с отмеченными квалифицирующими признаками, мы считаем целесообразным включить в действующее законодательство дополнительные обстоятельства, объективно повышающие степень опасности шантажа. В первую очередь, это связано с широтой охвата круга лиц, которым будут предоставлены порочащие сведения, а равно иные сведения, создающие угрозу причинения вреда правам и законным интересам потерпевшего или его близких. Поэтому предлагаем предусмотреть квалифицированный состав шантажа, связанный с угрозой распространить соответствующие сведения в публичном выступлении, в публично демонстрирующемся произведении, в средствах массовой информации (типографским способом изготовленные листовки, передачи по радио и телевидению, выступление на митинге, видеофильмы и т.д.).

Представляет практический интерес квалифицирующий признак шантажа, содержавшийся в Уголовном уложении 1903 года, - совершение его "редактором, издателем или сотрудником повременного издания, грозившим огласить такие сведения в печати". В ч.2 ст.137 УК предусмотрена ответственность за нарушение неприкосновенности частной жизни, совершённое лицом с использованием своего служебного положения. Вполне естественно, что если угрозу распространения соответствующих сведений высказывает лицо, обладающее возможностью использовать, например, клубы, кинотеатры, театры, демонстрационные залы, и потерпевшему об этом известна, то воздействие подобной угрозы существенно возрастает. Поэтому считаем целесообразным сформулировать квалифицирующий признак следующего содержания: совершение тех же действий лицом с использованием своего служебного положения.

Подводя итоги осуществлённого анализа объективных и субъективных признаков состава шантажа, а также обстоятельств, наличие которых свидетельствует о значительном повышении степени общественной опасности конкретных фактов шантажа, считаем необходимым ввести в систему Особенной части УК РФ статью 163-1 УК следующего содержания:

Статья 163-1. Шантаж.

1. Шантаж, то есть требование противоправной безвозмездной передачи чужого имущества или права на имущество или совершения других

действий имущественного характера, не носящих признаков сделки, под угрозой распространения заведомо ложных сведений, позорящих потерпевшего или его близких, а равно иных сведений личного характера, которые могут причинить вред правам или законным интересам потерпевшего или его близких, -

наказывается штрафом в размере от ста до двухсот минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осуждённого за период от одного до двух месяцев, либо обязательными работами на срок от ста восьмидесяти до двухсот сорока часов, либо исправительными работами на срок от одного года до двух лет, либо лишением свободы на срок до трех лет. 2.

Шантаж, совершённый:

а) группой лиц по предварительному сговору, организованной группой;

б) неоднократно;

в) с угрозой распространения сведений в публичном выступлении, а равно с использованием средств массовой информации;

г) лицом с использованием своего служебного положения, - наказывается ограничением свободы на срок до трёх лет, либо арестом на срок от одного до четырёх месяцев, либо лишением свободы на срок от трёх до пяти лет и штрафом в размере до двухсот минимальных размеров оплаты труда. 3.

Шантаж, совершённый:

а) в целях получения имущества в крупном размере, права на имущество в крупном размере или совершения других действий имущественного характера на сумму в крупном размере;

б) лицом, ранее два или более раза судимым за хищение, вымогательство либо

шантаж;

в) с угрозой обвинить потерпевшего или его близких в совершении тяжкого или

особо тяжкого преступления, - наказывается арестом на срок от четырёх до шести месяцев либо лишением свободы на срок от пяти до семи лет и штрафом в размере от двухсот до трехсот минимальных размеров оплаты труда с конфискацией имущества или без таковой.

Кроме того, мы полагаем необходимым установить возраст привлечения к уголовной ответственности за шантаж с шестнадцати лет, поэтому предлагаемая статья 163-1 УК РФ не должна быть включена в перечень, предусмотренный ч.2 ст.20 УК РФ. 145

<< | >>
Источник: Уфалов Андрей Германович. Проблемы совершенствования уголовно- правового регулирования ответственности за вымогательство и шантаж. Диссертация на соискание учёной степени кандидата юридических наук. Москва. 2003

Еще по теме 2.3. Проблемные вопросы разграничения вымогательства с другими корыстно-насильственными преступлениями:

  1. ОГЛАВЛЕНИЕ
  2. Степень изученности темы исследования.
  3. 1.1. Характеристика общественной опасности вымогательства и шантажа, их место в системе имущественных преступлений
  4. 1.2. Развитие уголовно-правовых норм, регламентирующих ответственность за вымогательство и шантажв законодательстве России
  5. 1.3. Ответственность за вымогательство и шантаж по уголовному законодательству зарубежных стран
  6. 2.2. Анализ квалифицирующих и особо квалифицирующих признаков состава вымогательства (ч.2 и 3 ст. 163 УК РФ)
  7. 2.3. Проблемные вопросы разграничения вымогательства с другими корыстно-насильственными преступлениями
  8. 1.1. Характеристика общественной опасности вымогательства и шантажа, их место в системе имущественных преступлений
  9. 1.2. Развитие уголовно-правовых норм, регламентирующих ответственность за вымогательство и шантаж в законодательстве России
  10. 2.3. Проблемные вопросы разграничения вымогательства с другими корыстно-насильственными преступлениями
  11. §3. Проблемные вопросы квалификации налоговых преступлений. 3.1. Общие вопросы реформирования «налоговых» составов УК РФ.
  12. 3.4. Проблемные вопросы квалификации уклонения от уплаты налогов и сборов. 3.4.1. Предмет доказывания по делам о налоговых преступлениях. В
  13. А.А.Дунаев соискатель СГАП ПРОБЛЕМНЫЕ ВОПРОСЫ ВОЗНИКНОВЕНИЯ ПРАВА СОБСТВЕННОСТИ
  14. Следовая информация
  15. ТЕМА VIII. Международное морское право и Россия: проблемные вопросы
  16. Проблемные вопросы прогнозирования деятельности международных террористических организаций (на примере международной террористической организации «Исламское государство»)
  17. 4. Особенности последующего этапа расследования
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -