Нравственный закон.

Без духовного преображения человека, без восхождения общества на новую нравственную высоту невозможно спасение жизни на Земле. Надо признать, что нас может спасти только нравственный закон.

Нравственность рождается в момент свободы выбора, когда человек осознает свою ответственность за этот выбор, за его кармические последствия. Свобода не означает возможность делать все, что захочется, как полагают обыватели. Свобода состоит, скорее, в самоограничении и в правильном волеизъявлении, в способности к отказу от таких действий, которые могут привести к негативным последствиям для окружающего мира.

это преодоление собственного эгоизма, который всего более порабощает человека. Эгоистическая жажда наживы, например, превращает человека в раба материального интереса, тем самым отдаляя его от «свобо добытая» (Ж.-П. Сартр). «Свое достоинство человек черпает из возможности поступать нравственно, - пишет В. Хесле, - и ничто так его не унижает, как нарушение нравственного закона» (158. С.86). Тот, кто не считается с нравственным законом, тот бездуховен, следовательно, он несвободен. Поистине свободен человек лишь тогда, когда он принимает нравственный закон как собственную субстанцию. Возникает вопрос: каковы социальные условия свободы человека. По мнению американского философа Д. Ролза, реализация принципа свободы возможна только в справедливом обществе, «когда между людьми не делается произвольных различий в отношении основных прав и обязанностей и когда правила определяют надлежащий баланс между конкурирующими притязаниями на преимущества общественной жизни» (126. С.21). В современной социальной философии принцип справедливости расшифровывается следующим образом:

Все люди обладают равными правами на максимально большую совокупность равных основных свобод, совместимых с аналогичной системой свобод для всех.

Социальные и экономические неравенства должны регулироваться таким образом, чтобы они были направлены к наивысшей выгоде наименее преуспевших; доступ к должностям и социальные положения в обществе должны быть открыты для всех при условии честного соблюдения равенства возможностей (126. С.66, 84).

Как свидетельствует историческая практика, только то общество свободно и жизнеспособно, где имеется разумное регулирование общественной жизни в соответствии с принципом справедливости. «Даже при узком понимании устойчивого развития, - говорится в докладе Комиссии ООН по окружающей среде, - предусматривается забота о социальной справедливости по отношению к разным поколениям, - забота, которая логически должна быть распространена на отношения справедливости к различным слоям населения в пределах каждого поколения» (99.

Систему ценностей можно условно разделить на два уровня. Первый уровень - это материальные блага и социальные ценности. Они осуществляются лишь тогда, когда распространяются на все общество. Если материальные и общественные блага становятся привилегией отдельных элитарных групп, то они создают такую социальную напряженность, что эти блага обесцениваются даже для самой элиты. Например, вызывающее богатство так называемых «новых русских» не только оскорбляет честь и достоинство абсолютного большинства людей, но становится для самих нуворишей препятствием на пути к подлинно человеческой жизни.

Высший уровень иерархии ценностей представлен нравственным законом; он ограничивает и контролирует низшие уровни иерархии, и в этом смысле он выступает как «сверхценность», как мера всех вещей. Без этических ограничений любая общественная акция чревата опасными последствиями. Например, экологические акции приемлемы в той степени, в какой они не преступают границ этики. В противном случае действовал бы пресловутый принцип «цель оправдывает средства». То есть можно было бы жертвовать человеческими жизнями во имя спасения природы. Стоит только предположить такой вариант развития событий, как становится абсурдной идея «сверхценности» природы. Следовательно, при решении экологических проблем (также, как и всех других социальных проблем) должны действовать механизмы, реализующие приоритет этического критерия.

Наука этики говорит: «абсолютное (в моральном смысле) благо не может сводиться ни к какому утилитарному благу, ни к какому обретению вещи, общественного положения, т.е. ни к чему из того, что обычно человек стремится достичь в повседневной жизни, ибо все эти блага не только разрушаются от их комбинирования со злом, но и очень часто являются соблазном к согласию на использование средств, которые сами по себе являются моральным злом» (96. С. 18). Деградация человека начинается тогда, когда он перестает считаться с абсолютизмом нравственных требований и движим только эгоистическими страстями. Нетерпим любой эгоизм, но совершенно недопустим коллективный эгоизм, ибо в данном случае приводится в движение самая мощная сила - энергия масс. И эта энергия направляется против самой Жизни. Перспективы устойчивого развития во многом будут зависеть от того, в какой степени нам удастся четко локализовать и нейтрализовать «групповой эгоизм» сил, представляющих интересы капитала и технократии, в какой степени нам удастся преодолеть эгоизм человеческого рода по отношению к природе. Необходим мощный пассионарный импульс, который приведет нас к альтруизму, к пониманию единства человеческого рода. Только объединенное человечество, осознающее себя единым целым, имеющее Коллективный Разум, способно противостоять «вызову» окружающей среды (80).