ЭНЕРГИИ НЕТ В НЕСКОЛЬКИХ СОТНЯХ МЕТРОВ

В Омане, кажется, уже снова закрыли нефтяную скобку, выгодами которой никогда и не пользовались. Извилистая дорога вьется у подножия обрывистых и бесплодных скал коричневого цвета. Каменистый пейзаж спускается к порту Ха- заб.

Несколько небольших парусников — бутров, дамба, пустое здание морской таможни. Это спящее царство оставляет большие возможности для контрабанды между султанатом и соседним Ираном. Я убежден, что бутр, на который я сел, — большой, пузатый, с шестью членами экипажа — совершает эти тайные походы туда-сюда. Капитан, круглый человек с лысой головой, перестает улыбаться, когда я его спрашиванию: — Вы часто ходите в Иран? Положив руки на руль, он, прежде чем ответить, выправляет курс: — Редко. Власти обеих стран весьма щепетильны в этом отношении, и получить разрешение отнимает много времени. Он бросает на меня взгляд, чтобы увидеть, можно ли мне доверять. Тайная торговля между Оманом и Ираном существовала всегда, и власти закрывают на это глаза. Судно рассекает прозрачные воды, а справа крутые величественные берега из белого камня тонут в море. На некоторых из них эрозия создала скульптурные изображения, похожие на человеческие лица с грубыми и резкими чертами. Пока судно продвигается вперед, слегка покачиваясь на волнах, его сопровождают два дельфина, касаясь его бортов. Мы стоим на верхней палубе, и капитан вдруг протягивает руку: «Ормуз». Он повторяет это название несколько раз, так как звук его голоса перекрывает шум мотора. Берег весь изрезан многочисленными фьордами, врезающимися в глубь суши. Вдали жара настолько сильна, что над поверхностью моря стоит густой туман, похожий на ореол. Внезапно я замечаю силуэты супертанкеров, перевозящих нефть в Европу, Японию и Соединенные Штаты. Их корпуса выступают из тумана, словно мираж, они движутся медленно, на расстоянии нескольких сотен метров друг от друга. Бутр кажется крохотной пробкой на фоне этих гигантов. Несколько человек из экипажа работают на палубах. Груз, заключенный в этих танкерах, жизненно необходимый для нашей экономики, будет, возможно, перепродан несколько раз, прежде чем он через три месяца достигнет порта назначения. На мгновение эти символы процветания соприкасаются с нуждой и бедностью. Они плывут вдоль крутых берегов, на которых лепятся крохотные рыбацкие деревушки, где нет воды, электричества, нефти. Энергии нет в нескольких сотнях метров от самого большого нефтяного пути в мире.

<< | >>

↑

Источник: Лоран Э.. Нефтяные магнаты: кто делает мировую политику.. 2010

Еще по теме ЭНЕРГИИ НЕТ В НЕСКОЛЬКИХ СОТНЯХ МЕТРОВ: