<<
>>

7.2. Подсудность требования о зачете

Практическое значение имеет вопрос: может ли требование, отнесенное по договоренности сторон к исключительной компетенции определенного суда, быть заявлено в процессе, который осуществляется в ином суде, для зачета с исковым притязанием, в особенности если иметь в виду, что подсудность требования о зачете может определяться особым образом? Так, в соответствии с Кишиневской конвенцией требование о зачете, вытекающее из того же правоотношения, что и основной иск, подлежит рассмотрению в суде, который рассматривает основной иск (п. 2 ст. 24).

В данном случае речь идет не о встречном иске, а об особом средстве защиты, следующем из регулирования, подобного тому, которое предусматривается ст. 410 ГК РФ или § 387 и сл. ГГУ. Поскольку в соответствии с указанными нормами обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил, и для этого достаточно заявления одной стороны о зачете, то ответчик может это заявление сделать в процессе либо сослаться на то, что такое заявление уже имело место. Суд компетентен проверить допустимость зачета или истинность утверждений истца о зачете. Позитивный результат ведет к полному или частичному прекращению права, составляющего предмет искового требования. Коллизии договорной и специальной подсудности требования о зачете решаются по-разному.

Федеральный суд Германии признал приоритет договорной подсудности в следующей ситуации. Между несколькими организациями, одни из которых находились во Франции, другие - в Германии, был заключен долгосрочный договор, содержащий оговорку о подсудности споров, согласно которой все споры из этого договора отнесены к компетенции Торгового суда Парижа. При осуществлении договора возникли задолженности по оплате поставок. Порядок их погашения был урегулирован отдельным договором без каких-либо оговорок о подсудности. Когда условия этого договора были нарушены, иск о взыскании долга был предъявлен по месту нахождения ответчика в Земельный суд г. Хагена (Германия). В ходе начатого процесса ответчик предъявил к зачету встречное требование, основанное на первом договоре. Истец против этого возразил, ссылаясь на то, что рассмотрение заявленного встречного требования, согласно оговорке о подсудности, находится в исключительной компетенции французского суда. Земельный суд встречное требование к рассмотрению по существу не принял, полагая, что оно заявлено с нарушением договорной подсудности. Высший земельный суд г. Хамма (апелляционная инстанция), напротив, в оговорке о подсудности не обнаружил какого-либо прямо предусмотренного или подразумеваемого условия, которое запрещало бы предъявить требование о зачете в иной суд помимо парижского, и поэтому счел допустимым учесть его при пересмотре дела. Федеральный суд решение апелляционной инстанции отменил <1>.

<1> Решение Федерального суда от 20 декабря 1972 г. // BGHZ 60, 85.

Федеральный суд признал обоснованность требования о зачете с точки зрения подлежащего применению германского материального права, однако отверг его допустимость по процессуальным соображениям. Согласно германской судебной практике если ответчик заявляет о том, что исковое требование погашается посредством зачета встречного требования, то он тем самым использует средство защиты в виде возражения, которое основано на юридических фактах, прекращающих субъективное право истца. При этом требование о зачете не становится предметом судебного производства, поскольку речь идет не о встречном иске, а о средстве защиты <1>.

Предметом производства остается только исковое требование. По общему правилу, только ориентируясь на него, решается вопрос о подведомственности и подсудности. Однако действие этого правила ограничивается постольку, поскольку принятое по делу решение имеет преюдициальное значение для встречного требования (абз. 2 § 322 ГПУ) <2>.

<1> Решение Федерального суда от 11 ноября 1971 г. // BGHZ 57, 243.

<2> Абзац 2 § 322 ГПУ Германии гласит: "Если ответчик предъявил к зачету встречное требование, то судебное постановление об отсутствии встречного требования обладает законной силой в пределах предъявленной к зачету суммы".

Так, согласно практике Федерального суда решение о существовании заявленного для зачета встречного требования не может быть принято, если это требование не находится в германской юрисдикции <1> или оно заявлено с нарушением подведомственности <2>. В этих случаях императивные нормы процессуального права препятствуют тому, чтобы суды общей юрисдикции принимали постановления, предрешающие существование встречного требования. В рассматриваемом деле речь идет не об императивных нормах, регулирующих судебную компетенцию, а о соглашении, которым стороны изменили территориальную и одновременно международную подсудность.

<1> Решение Федерального суда от 10 января 1956 г. // BGHZ 19, 341. Встречное требование, основанное на предположительно неправомерных действиях Объединенного экспортно-импортного агентства, которое было создано на территории Западной Германии оккупационными властями и обладало судебным иммунитетом.

<2> Решение Федерального суда от 11 января 1955 г. // BGHZ 16, 124. В суд общей юрисдикции было заявлено требование, относящееся к компетенции судов по административным делам.

Возникает вопрос: содержится ли в этом соглашении о подсудности также и условие, в соответствии с которым стороны могут заявить требование о зачете, подпадающее под действие соглашения о подсудности, только в выбранном ими парижском суде? В германской судебной практике признаются допустимыми договоры, в которых стороны принимают на себя обязанность к определенному поведению в процессуальных отношениях, в том числе обязанность при производстве в определенном суде не заявлять требование о зачете, которое по соглашению сторон должно рассматриваться в третейском суде <1>.

<1> Решение Федерального суда от 22 ноября 1962 г. // BGHZ 38, 254.

В рассматриваемом деле, по мнению Федерального суда, также необходимо следовать данному правилу. При этом суд учитывает качественное отличие соглашения о подсудности от арбитражного соглашения. Соглашения о подсудности, как правило, предусматривают компетенцию государственного суда по месту жительства или месту нахождения одной из сторон. Преследуемый здесь интерес не связан с тем, что сторона, к месту жительства которой привязывается место судебного разбирательства, рассматривает выбранный суд как более квалифицированный по сравнению с судом по месту жительства ее контрагента. Соглашение о территориальной подсудности подчинено преимущественно интересам одной из сторон, полагающей, что вести процесс в ближайшем для нее суде более удобно, чем в отдаленном суде.

По представлению Федерального суда посредством арбитражного соглашения стороны изымают определенные споры из компетенции государственных судов и передают их частным третейским судам. Те соображения удобства, которые обнаруживаются в соглашении о подсудности, здесь не имеют решающего значения. Определяющим фактором является желание сторон все споры из определенного правоотношения изъять из ведения государственного суда и передать для рассмотрения в третейский суд как суд их доверия. В этом аспекте арбитражное соглашение схоже с соглашением, по которому стороны из различных стран в договорах, касающихся трансграничных поставок товаров или оказания услуг, наделяют исключительной компетенцией суды государства одной из сторон. Таким соглашением обеспечивается не только удобное место судебного разбирательства, как в случае соглашения о территориальной подсудности, когда стороны выбирают между судами в Кельне или Мюнхене. Фактор такого рода удобства играет в соглашениях о международной подсудности второстепенную роль. Сторона, оговорившая для себя возможность вести процесс в суде своего государства, получает юридическую гарантию того, что спор с ее участием будет рассматриваться не в чужой стране, а в ее государстве, организацию и функционирование которого она знает, языком которого она владеет и с которым она соединена разнообразными связями. Кроме того, международная подсудность определяет процессуальное право, в соответствии с которым будет осуществляться процедура судебного разбирательства по делу, а также влияет на выбор материального права, на основе которого это дело будет разрешаться по существу. Все это в совокупности составляет интерес, который по своей значимости не уступает интересу, преследуемому стороной при заключении арбитражного соглашения, что и в данном деле позволило Федеральному суду применить правило, выработанное судебной практикой по отношению к арбитражному соглашению: соглашение об исключительной международной подсудности допускает предъявление к зачету требования, на которое оно распространяется, только в суд, выбранный сторонами.

Иначе вопрос о допустимости предъявления к зачету встречного требования, относительно которого имеется соглашение об исключительной подсудности, решен Судом ЕС в следующем деле. Между фирмой Николауса Мета по производству окон (Германия) и фирмой Гласеталь (Франция) был заключен договор поставки стекла. Стороны договорились о том, что возможные требования фирмы Мета к фирме Гласеталь будут находиться в юрисдикции французских судов, а требования фирмы Гласеталь к фирме Мета - в юрисдикции германских судов. Для взыскания задолженности по оплате части поставок стекла Гласеталь предъявила иск к Мету в германском суде. В начатом производстве по этому иску германская сторона заявила для зачета встречное требование о возмещении убытков, вызванных задержкой поставок и ненадлежащим исполнением обязанностей со стороны истца. Высший земельный суд Кобленца, действуя в качестве апелляционной инстанции, данное требование отклонил, ссылаясь на то, что оно заявлено ответчиком с нарушением соглашения о подсудности. В последующем принятое постановление, поскольку речь шла о применении ст. 17 Брюссельской конвенции, послужило поводом для обращения за разъяснением в Суд ЕС, который в своей позиции исходил из двух соображений - свободы сторон выбрать наиболее удобное для них место суда и процессуальной экономии. В результате он пришел к следующему выводу: ст. 17 Конвенции не следует истолковывать таким образом, что она в случае соглашения о подсудности данного типа препятствует суду рассматривать заявленное в порядке зачета требование, которое связано со спорным правоотношением <1>. В сущности, это означает, что если стороны своим соглашением прямо не исключили возможность требования о зачете, то ст. 17 это запрещение не предусматривает.

<1> Решение Суда ЕС от 9 ноября 1978 г. по делу N 23/78 Nikolaus Meeth v. Glacetal (п. 9).

Позиции Федерального суда Германии и Суда ЕС расходятся. Однако расхождение в определенной мере обусловлено различием обстоятельств дел. В первом из них соглашению о международной подсудности противостояла подсудность, определяемая нормами позитивного права, во втором речь шла о конкуренции двух вариантов договорной подсудности, касающихся одного и того же комплекса правоотношений между одними и теми же лицами. Эти особенности снижают действенность факторов, которые, по мнению Федерального суда, оправдывают присутствие в соглашении об исключительной международной подсудности подразумеваемого условия о недопустимости зачета встречного требования, заявленного с нарушением договорной подсудности. Во втором деле стороны договорились о двусторонней подсудности: французская фирма согласилась на компетенцию германского суда, а германская - на компетенцию французского суда. Следовательно, обе стороны в принципе не считают ведение процесса в иностранном суде чрезмерным обременением. Их соглашение диктовалось тем соображением удобства, которым руководствуются стороны при изменении территориальной подсудности спора.

Поэтому вопрос о допустимости требования, заявляемого для зачета, может решаться иначе: с учетом принципа процессуальной экономии и без распространения на это требование дерогационного эффекта соглашения о подсудности.

<< | >>
Источник: М.А. РОЖКОВА, Н.Г. ЕЛИСЕЕВ, О.Ю. СКВОРЦОВ. ДОГОВОРНОЕ ПРАВО: СОГЛАШЕНИЯ О ПОДСУДНОСТИ, МЕЖДУНАРОДНОЙ ПОДСУДНОСТИ, ПРИМИРИТЕЛЬНОЙ ПРОЦЕДУРЕ, АРБИТРАЖНОЕ (ТРЕТЕЙСКОЕ) И МИРОВОЕ СОГЛАШЕНИЯ. 2007

Еще по теме 7.2. Подсудность требования о зачете:

  1. 2. Финансирование под уступку денежного требования (факторинг)
  2. 43. Исполнение и изменение условий кредитного договора
  3. 2.1.3. Рассмотрение судьей споров о разделе общего имущества
  4. 7.2. Подсудность требования о зачете
  5. 7.3. Подсудность встречного иска
  6. § 3. Уступка доли как переход субъективного права особого рода (sui generis)
  7. 7. Исковое заявление и отзыв на иск. Представление документов и иных доказательств в обоснование требований и возражений
  8. 3. Компетенция арбитражных судов по Киевскому соглашению
  9. Статья 323. Права кредитора при солидарной обязанности 1.
  10. Статья 407. Основания прекращения обязательств
  11. Статья 849. Сроки операций по счету
  12. § 3. Зачет встречных требований
  13. 16.7. Способы защиты ответчика против иска
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -