Большую часть произведений С.Е. Десницкого составляют речи, "говоренные" им в торжественных собраниях Московского университета и публиковавшиеся тогда же в университетской типографии*(398)

Кроме вышеназванных речей он произнес в различные годы по разным торжественным дням: "Слово о причинах смертных казней по делам криминальным" (22 апреля 1770 г.), "Юридическое рассуждение о вещах Священных, Святых и принятых в благочестие, с показанием прав, какими оные у разных народов защищаются" (22 апреля 1772 г.), "Юридическое рассуждение о разных понятиях, какие имеют народы о собственности имения в различных состояниях общежительства" (21 апреля 1781 г.).

Помимо юридических наук Десницкий преподавал в Московском университете также английский язык. Он даже написал какое-то учебное пособие для русских студентов, изучавших английский язык. В последнее десятилетие своей жизни Семен Ефимович много занимался переводами с английского языка на русский. Так, в 1780 году вышел в свет его перевод труда английского ученого-агронома Томаса Боудена "Наставник земледельческий" (The Farmer's Director), изданный четырьмя годами раньше в Лондоне.

В 1780-1782 годах был издан в трех томах под названием "Истолкования английских законов" осуществленный Десницким перевод на русский язык четырехтомного труда Уильяма Блэкстоуна (William Blackstone, 1723-1780) "Комментарии к законам Англии (Commentaries on the Laws of England)", вышедшего первым изданием в 1765-1769 годах. Десницкий не ограничился простым переложением содержания этого грандиозного произведения английского правоведа, но снабдил его своими примечаниями*(399). Одно из самых интересных примечаний он сделал ко второму тому "Комментариев". "Г. Блэкстоун, - отмечал русский правовед, - полагает, что причиною смерти Карла первого было его подписание и соглашение на акт, уполномочивающий быть парламенту всегдашнему и несменяемому; но г. Гюм (Давид Юм, шотландский философ. - В.Т.), великий философ и историк аглинский, полагает причиною смерти сего несчастного государя коммерцию, которая в тогдашние времена столь безмерно усилилась, что даже мясники и пивовары, заседая в законодательстве, подавали страшный приговор на своего законного государя. Напротив того, сей же самый писатель утверждает, что когда при Генрике VIII коммерция аглинская не столь была обширна и безмерна, то и оба парламенты при сем государе были в трепете и, как восточных монархов гнусные рабы, похваляли в нем даже и самое бесчеловечие.

Приведенное примечание показывает, что Десницкий был не просто выдающимся ученым-правоведом, но и гражданином - человеком, жившим интересами общества. Его произведения являлись по своему содержанию не только научными трактатами, но и произведениями, выражавшими определенное политическое мировоззрение. Воспринимая учения шотландских ученых Адама Смита, Джона Миллара и Давида Юма, Десницкий видоизменял их в соответствии с собственными представлениями о социально-политическом устройстве и правовой жизни общества, привносил в их концепции новые идеи*(401). В лице С.Е. Десницкого Московский университет имел, таким образом, не просто первого русского профессора юриспруденции, но глубокого и оригинального мыслителя. "Самое блестящее украшение университета в XVIII веке"*(402), - так назвал Десницкого профессор-историк А.А. Кизеветтер.